Максим Солохин (palaman) wrote,
Максим Солохин
palaman

Categories:

За кулисами Столетней войны. Век XV: Милан против Венеции.

Продолжение цикла "За кулисами Столетней войны"

[Оглавление цикла]За кулисами Столетней войны: постановка задачи.
Столетняя война. На исторической сцене - Англия против Франции
Столетняя война. Спонсоры из Флоренции?
Столетняя война. Роль Фламандии: не объект, а игрок.
За кулисами Столетней войны. Век XIV: Фландрия против Генуи
За кулисами Столетней войны. Век XV: Милан против Венеции.
Трехсотлетняя война: задача двух тел.
Начало Трехсотлетней войны. Венеция в главе католического мира. Покорение Англии (1204-1235)
(Продолжение) Венеция в главе католического мира (1204-1235)
«Нейтралитет» Венеции. Мир в ступоре. (1235-1250)
Мир в ступоре ( (1235-1250). Монгольское нашествие на Европу.
Трехсотлетняя война. Генуя наносит ответный удар (1250-1270)
Генуя наносит ответный удар (1250-1270). Английское эхо.
Генуя наносит ответный удар (1250-1270). Эхо на востоке и западе Европы.
Трехсотлетняя война: взгляд из Венеции. Союз двух пауков (1270-1291)
Трехсотлетняя война. Следующий раунд (1291- 1299)
Трехсотлетняя война. Мир вверх дном. (1299-1380) Неожиданное завершение цикла.



Сначала кратко изложим события, которые наблюдаются на исторической сцене на последнем этапе Столетней войны (XV век).

В 1407 году герцог Бургундии Жан Бесстрашный (вот его портрет)



организовал убийство своего племянника, герцога Людовика Орлеанского, брата французского короля (вот памятник убиенному)


после чего партия бургиньонов сохраняла первенство вплоть до 1413 года, когда отряды арманьяков взяли Париж. После этого власть перешла к арманьякам.

В 1418 году в результате восстания в Париже арманьяки лишились власти, контроль над столицей перешёл в руки бургиньонов. После 1418 года во Франции существовали два параллельных правительства — бургиньонов с номинальной главой Изабеллой Баварской и арманьяков во главе с дофином Карлом.

В 1419 Арманьяки организовали убийство Жана Бестрашного,



после чего взаимная вражда достигла особого ожесточения. Бургиньоны спровоцировали новое вторжение англичан (1415) и вместе с королевой Изабеллой едва не покончили с французской государственностью как таковой. После договора в Труа в 1420 году бургиньоны становятся союзниками англичан. Карта Европы и вся её дальнейшая история могла бы стать совершенно иной, если бы враждующим сторонам не удалось заключить Аррасский договор (1435 год). Англию опять кинули. По условиям договора герцог Бургундии Филипп III Добрый признал короля Франции Карла VII своим сюзереном, взамен получив независимость и присоединив к своим владениям Пикардию. После чего англичане стали на сцене лишними и бургундцы с французами совместными усилиями выпроводили их обратно на Остров.

Таковы наблюдаемые на сцене события сего спектакля. Чтобы разобраться в их реальной подоплеке, вспомним, что в это время происходило за кулисами у взрослых, в Северной Италии. А там происходила титаническая борьба Венеции с беспрецедентно усилившимся Миланом. Теперь Милан заступил место Генуи в роли главного врага Вечной Республики и пытался вырвать пальму мирового первенства у тогдашней Владычицы морей. В 1388 году Милан и Венеция поделили территорию Падуи и обрели общую границу. Война становилась неизбежной.

Миланом тогда правил род Висконти, могущество которого росло и росло. В 1395 году правители Милана получили титул герцогов. Милан теперь контролировал Геную, генуэзцы продолжают сражаться против венецианцев – но уже не за себя, а за интересы Милана. О первом герцоге Миланском Норвич в «Истории венецианской республики» говорит просто и без обиняков:

Джан Галеаццо в то время был самым могучим повелителем Европы, гораздо сильнее, чем Ричард II Английский



И, добавим, если и не «гораздо», то все-таки посильнее, чем французский король или германский Император. Это правда, таким был расклад сил в Европе до XVI века. Центром мира в тот момент была Северная Италия, самыми сильными государствами – Венеция и Милан, а Франция с Англией были глухой периферией, докуда лишь докатывались волны действительно серьезных конфликтов.

Изучать историю XIII-XV веков надо начинать с Италии, с конфликтов между итальянскими Городами, а уже отталкиваясь от Италии, зная основной расклад сил, смотреть на все прочие побочные мелкие провинциальные конфликты вроде Столетней войны.

Конфликт между Венецией и Миланом начался в 1390. Обратимся к книге Норвича:

Франческо Новелло… собрал временный союз против Висконти и стал главным его идейным вдохновителем. Вместе с ним самим, Флоренцией и Болоньей в союз входили Франческо Гонзага Мантуанский, Кан Франческо Веронский (обездоленный сын Франческо делла Скала) и герцог Роберт Баварский. Теперь им требовалась еще и поддержка Венеции. Тут уж Венеция не колебалась. Всего два года назад Джан Галеаццо был ей союзником, а Каррара — заклятым врагом. Но верность — роскошь, которую не могло себе позволить ни одно итальянское государство. Дипломатия основывалась на сохранении баланса сил путем стравливания одного врага с другим. Венеция легко и непринужденно сменила сторону, вступила в союз и охотно предоставила Франческо Новелло и молодому Антонио недавно отвоеванный Тревизо в качестве базы для действий против Падуи.

Откровенные военные конфликты между Венецией и Миланом занимают сравнительно небольшой промежуток времени, с 1423 по 1433 годы. За это время имели место три войны, которые Венеция провела с переменным успехом. Остальное время Венеция натравливала на Милан другие итальянские города-государства и поддерживала его противников дипломатически и экономически.


На этой карте можно видеть герцогство Миланское (Herzogtum Mailand) около 1400 года, когда Джан Галеаццо был на вершине своей славы.

А в целом борьба Венеции (в союзе с Флоренцией) против Милана длилась до 1447 года и окончилась превращением герцогства Миланского в виртуальную Амброзианскую республику (1447-1450) с последующим закономерным ниспадением оной республики под власть Флоренции. Это венецианский стиль борьбы, фирменный стиль, в общих чертах разработанный, как видим, ещё в Средние века.

Кто же победил в этом многостороннем конфликте? Как ни странно, победила в нем Флоренция. Собственно, именно отсюда начинается необыкновенное возвышение флорентийского дома Медичи, которое привело двух её представительниц на французский престол. Венеция постоянно действовала руками Флоренции, у неё за спиной. И кончилось это тем, что поверженный Милан сделался добычей Флоренции. Флорентийцы посадили на место рода Висконти новый род – Сфорца. И вскоре Милан в союзе с Флоренцией уже сражался против Венеции. В четвертой и последней кампании против Милана сражалась уже не Венеция, а первый Сфорца, о котором можно сказать только, что этот человек всю жизнь сражался сам за себя:

[Головокружительная биография великого воина Франческо Сфорца, ставшего повелителем Милана. Нажмите, чтобы прочитать.]


С 1419 года Франческо Сфорца воевал вместе с отцом, заслужив славу тем, что мог голыми руками сгибать металлические бруски. Позже он показал себя профессиональным тактиком и очень способным лидером на поле боя... он поочередно служил в неаполитанской армии, у римского папы Мартина V, у миланского герцога Филиппо Мария Висконти… в 1431 году Франческо Сфорца оставил войско папского государства и повёл армию Милана против Венеции… в 1433—1435 годах Сфорца сражался против Папского государства на стороне Миланского герцогства, но, завоевав Анкону в Марке, он перешёл в другой лагерь, получив титул подесты города из рук папы римского Евгения IV. В 1436—1439 годах Сфорца воевал попеременно за Флоренцию и Венецию. В 1440 году феодальные владения Сфорца в Неаполитанском королевстве были оккупированы королём Альфонсом I. Тот был вынужден примириться с Филиппо Висконти, чтобы вернуть свои земли. В 1442 году, объединившись с Рене Анжуйским, претендентом на неаполитанский трон, он выступил в Южную Италию. После неудач в неаполитанском походе Сфорца с помощью Сиджизмондо Пандольфо Малатесты (который был женат на его дочери Полиссене) и венецианцев разбил войска кондотьера Никколо Пиччинино, занявшего владения Сфорца в Романье и Марке, и вернулся в Милан. Затем Сфорца пришлось воевать сначала с Франческо, приёмным сыном Никколо Пиччинино, а затем против союза Висконти, Евгения IV и Сиджизмондо Малатеста (якобы убившего Полиссену, дочь Сфорца). Из этого противостояния кондотьер снова вышел победителем, снова не без помощи венецианцев. В обмен на расторжение союза с Венецией Франческо Сфорца получил звание главнокомандующего (capitano generale) войсками Миланского герцогства. После смерти герцога Висконти в 1447 году, не оставившего наследников мужского пола, в Милане вспыхнул конфликт, целью одной из сторон которого было восстановление Амброзийской республики. Сфорца стал сеньором нескольких городов герцогства… По прошествии нескольких голодных лет в 1450 году в Милане вспыхнул бунт, и сенат города решил передать герцогство Сфорца.
В правление Францеско Сфорца в Милане во главе Флоренции фактически стоял Козимо Медичи. Между двумя этими правителями завязалась дружба… Сфорца поставил себе целью покорить одно из владений Анжуйского дома — Геную. И ему это удалось: в 1461 в городе поднялось восстание, новым дожем был избран Спинетта Кампофрегозо, ставленник Сфорца. Сфорца оккупировал Геную и Савону к 1464 году.
В старости Сфорца страдал отёками и подагрой. В 1462 году распространился слух о том, что он мёртв, в результате чего в Милане начались беспорядки. На самом деле герцог умер только через четыре года.


Вот такая запутанная история, подтверждающая старое правило, что большой политик всегда воюет по сути только на одной стороне - своей собственной.

Сфорца, как видим, много и охотно использовал Венецию и позволял ей себя использовать, однако в конце концов оказался на стороне её противников. Ничего личного, просто геополитика: мог ли хозяин Милана и Генуи оставаться союзником Венеции?

Итак, разобравшись в общих чертах в итальянских делах интересующей нас эпохи, составлявших тогда суть и содержание Европейской большой политики, вернемся теперь к частному и к периферийному конфликту, именуемому Столетней войной.

Не является ли конфликт арманьяков с бургиньонами одним и побочных фронтов в противостоянии Венеции и Милана? На первый взгляд, такое предположение может показаться ну совершенно безосновательным. Но обратимся к фактам.

Итак, у бургиньонов и арманьяков всё начинается с того, что в 1407 году герцог Бургундии Жан Бесстрашный организовал убийство герцога Людовика Орлеанского.

Присмотримся к биографии Людовика Орлеанского. Первое, что нам бросается в глаза – это фигура его жены. Фамилия этой женщины, как ни странно на первый взгляд - Висконти:

Валентина Висконти (итал. Valentina Visconti; 1366/1371, Милан — 4 декабря 1408, Блуа) — жена герцога Людовика Орлеанского, младшего брата французского короля Карла VI Безумного.



Её отец – тот самый Джан Галеаццо Висконти, первый герцог Милана, портрет которого я поместил выше, которого историк Венеции англичанин Джон Норвич назвал «самым могучим повелителем Европы, гораздо сильнее, чем Ричард II Английский». Это всего лишь совпадение, не так ли?

Мать Валентины Висконти – французская принцесса, Изабелла Валуа, дочь французского короля Иоанна II Доброго, который проиграл битву при Пуатье (1365) и был взят Черным Принцем в плен и отвезен в Лондон. Он был отпущен из плена под залог собственного сына, однако сын из-под залога бежал, и наш рыцарь добровольно вернулся в Лондон, где вскоре "умер от неизвестной болезни". В общем, довольно известный человек, по странному недоразумению даже более известный современным историкам, чем сам Джан Галеаццо Висконти.
Не спрашивайте меня, почему это вдруг французскую принцессу отдали замуж в какую-то дыру на край света, в герцогство Миланское…

Итак, наша Валентина Висконти - единственная дочь «самого могучего повелителя Европы» Джан Галлеаццо Висконти, первого герцога Милана, и французской принцессы Изабеллы Валуа (дочери Иоанна Доброго). В Википедии читаем:

Валентина была одной из самых желанных невест Европы (её обручали четыре раза)… в 1395 году отец решил выдать Валентину замуж за брата французского короля, чтобы укрепить свои политические позиции.

Кто из них двоих хотел укрепить свои политические позиции, об этом можно судить, исходя из таких подробностей:

В 1386 году при благословении папы Климента VII был заключён контракт: невеста получала город Асти, графство Верту, 450 тыс. флоринов, ювелирных изделий на 75 тыс. флоринов и право на наследование Милана. Тем не менее, Джан Галлеаццо не позволил пока своей дочери покинуть Милан, ссылаясь на её юный возраст. Свадебные церемонии состоялись в Милане только 8 апреля 1387 года. На самом деле миланский герцог надеялся, что его новая жена Екатерина разрешится от бремени мальчиком, что позволит изменить брачный договор. И действительно, 7 сентября 1388 года у Валентины родился брат, Джованни Мария, и положение брачного контракта по поводу наследования были пересмотрены. Наконец Валентина была отправлена к мужу в сопровождении своего кузена Амадео VII, графа Россо, везя с собой значительное приданое.
Наконец венчание свершилось в Мелёне 17 августа 1389 года.


Да, явно не спешил «самый могущественный повелитель Европы» выдавать свою дочку за брата французского королька. И условия брачного договора писал так, как ему заблагорассудится. А жених мог и подождать три года, никуда он не делся бы…

Но кому-то налаживание новых и новых родственных связей между Миланом и Парижем было не по нутру:

Валентину обвинили в попытке отравления дофина ядовитым яблоком и наведении порчи на короля. Королю действительно становилось лучше в присутствии Валентины или её мужа, что приписывали колдовству и чёрной магии. После каждого нового приступа безумия короля положение герцогини Орлеанской становилось всё более шатким, королева Изабелла и старая герцогиня Бургундская, ненавидевшие Валентину, добились от герцога Орлеанского и королевского совета сначала удаления герцогини Орлеанской от двора, а весной 1396 — её изгнания из Парижа.

Википедия наивно замечает:

Изгнание Валентины совпало с переориентацией французской политики на союз с Флоренцией вместо Милана.

Напомню, что Флоренция была в то время союзницей Венеции в борьбе против Милана. Сколько бывает в истории удивительных совпадений, не правда ли?

Известно, что муж Валентины, Людовик Орлеанской, заключил союз со своей невесткой королевой Изабеллой и помогал ей против бургундцев. Ходили даже даже слухи об их любовной связи.
23 ноября 1407 королева Изабелла родила своего последнего ребёнка, который скончался несколько часов спустя. В тот же день её деверь Людовик был убит в Париже по приказу бургундского герцога Жана Бесстрашного. По слухам, его убили как раз тогда, когда он выходил из дома своей любовницы королевы Изабеллы.

Справимся, что такое это Изабелла Баварская. Ага, оказывается, она по матери тоже Висконти. Оно дочь Таддеи Висконти, из того же Миланского дома. Сколько странных совпадений, не так ли?
Мало брату короля, Людовику Орлеанскому, жены из рода Висконти, он ничтоже сумняся заводит себе ещё и любовницу из того же рода, жену своего брата-короля.

После убийства мужа Валентина отправилась в Париж к королю, с просьбой о наказании виновных… Никакого возмездия за открыто признанное убийство не последовало…

Почему же это король не стал мстить своему дяде за убийство своего брата, любовника своей жены?



Есть о чем подумать, тут материал для Достоевского.

Подумайте: все лица, фотографии которых размещены в этой заметке (кроме, естественного, великого воина Сфорца, ставшего герцогом Милана вместо Висконти, являются близкими родственниками. Это всё одна семейка. Я даже думал, не убрать ли мне фотографию Сфорца, чтобы не портить впечатление от этого единообразия. Но решил, что достаточно спрятать её под кат.

Валентина пережила своего мужа примерно на год, скончавшись в Блуа в возрасте 38 лет. На смертном одре она заставила детей поклясться поддержать величие своего дома и отомстить за убиение отца.

Говорят, умерла с горя. Но зная подробности дела, трудно не допустить, что тут могли использоваться и более сильнодействующие средства.
С этого начинается противостояние бургиньонов и арманьяков, которое и было, как мы уже видели, основным мотивом Столетней войны на её втором этапе.

Отметим мимоходом, что наследные права Валентины Висконти на Милан впоследствии стали поводом к Итальянским войнам Франции (1494-1559), с которых, собственно, и начинается Новое время – знакомая нам по опыту эпоха, когда реальную политику делают уже не города-государства, а просто государства.

Так что Валентина Висконти во всей этой истории фигура неслучайная и немаловажная.

Давайте посмотрим на неё ещё раз.



Познакомившись с нею, мы вправе предположить, что за плечами Орлеанского дома в XV веке стоял Милан. Милан сменил Геную в роли основного противника Венеции (как сказал бы Галковский, в роли субгегемона). Но даже зарывшись в такие дебри, мы обнаруживаем в качестве основного претендента на роль главного кукловода опять-таки не Венецию. А Флоренцию.

Арманьяки ориентировались на Милан, Бургиньоны – на Флоренцию. В конце концов, как мы помним, Милан и Флоренция стали союзниками в борьбе против Венеции.

Ну, а арманьяки объединились с бургиньонами в борьбе против Англии, что и привело Францию к окончательной победе над Англией в Столетней Войне.

И вот ведь, как ни крути, снова и снова получается, что за спиной Англии, по логике вещей, должна обнаруживаться Венеция. Помните? Когда герцог Бургундский предал Англию, англичане устроили карательную экспедицию против Фландрии, сделавшись на тот момент противниками Бургундского дома. Это важный эпизод, который показывает, что, хотя Англия на протяжении почти всех событий Столетней войны играет в пользу Фландрии, она всё-таки не являлась простой марионеткой Фландрии.

Фландрия не годится на роль кукловода. А вот Венеция – очень даже годится. Хотя прямые доказательства этому найти очень трудно. Люди умели прятать концы в воду.

Продолжение:
Трехсотлетняя война: задача двух тел.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments