May 3rd, 2015

Генуя наносит ответный удар (1250-1270). Эхо на востоке и западе Европы.

Продолжение цикла "За кулисами Столетней войны"

[Оглавление цикла]За кулисами Столетней войны: постановка задачи.
Столетняя война. На исторической сцене - Англия против Франции
Столетняя война. Спонсоры из Флоренции?
Столетняя война. Роль Фламандии: не объект, а игрок.
За кулисами Столетней войны. Век XIV: Фландрия против Генуи
За кулисами Столетней войны. Век XV: Милан против Венеции.
Трехсотлетняя война: задача двух тел.
Начало Трехсотлетней войны. Венеция в главе католического мира. Покорение Англии (1204-1235)
(Продолжение) Венеция в главе католического мира (1204-1235)
«Нейтралитет» Венеции. Мир в ступоре. (1235-1250)
Мир в ступоре ( (1235-1250). Монгольское нашествие на Европу.
Трехсотлетняя война. Генуя наносит ответный удар (1250-1270)
Генуя наносит ответный удар (1250-1270). Английское эхо.
Генуя наносит ответный удар (1250-1270). Эхо на востоке и западе Европы.
Трехсотлетняя война: взгляд из Венеции. Союз двух пауков (1270-1291)
Трехсотлетняя война. Следующий раунд (1291- 1299)
Трехсотлетняя война. Мир вверх дном. (1299-1380) Неожиданное завершение цикла.


Возобновление открытой войны между Венецией и Генуей в этот период отозвалось большими событиями и по всей Европе.
Если в двух словах, в Европе началась повсеместная смута. Помимо попытки госпереворота в Англии (которую я рассмотрел в отдельной главе) случилось сразу несколько враждующих Императоров в Священной Римской Империи.
Но я начну с событий на Апеннинском полуострове, где смутные времена прошли более-менее спокойно.

В 1252 г. кастильский трон перешел к Альфонсу Х Мудрому, оставившему заметный след в истории Кастилии и Западной Европы.


Альфонс X Мудрый помимо прочих своих достоинств был ещё и кандидатом в Императоры Священной Римской Империи.

Вики: Альфонс потратил почти 20 лет на то, чтобы стать императором Священной Римской империи, противодействуя английскому претенденту — Ричарду, графу Корнуоллскому; пока тот не умер в 1272 году и Папа Григорий X не убедил Альфонса оставить свои притязания.
(После 1270 года многие аристократы почему-то как по команде оставили свои притязания. А кто не оставил, того поправили.)

Басовская: Альфонс Х в первый же год своего правления возродил притязания на английскую Гасконь. Учитывая сложную ситуацию в этом последнем владении Англии, превратившемся в яблоко раздора между английской и французской монархиями, демарш кастильского короля не мог быть расценен иначе как крайне опасный для Англии. Слухи о готовящемся кастильском вторжении распространились в обстановке широкого недовольства английской властью на юго-западе, активизации оппозиции во главе с фактически независимым Гастоном Беарнским.

Всё логично. Кастилия – под контролем Генуи, а Гасконь – владение Англии (то есть, по контролем Венеции).

Почти одновременно, в 1254-1273 годах, в Германии наблюдается территориальная раздробленность, Священная Римская Империя фактически перестала существовать. Хотя императорский престол не оставался вакантным, в стране фактически не было никакой верховной власти, и местные территориальные владетели стали совершенно самостоятельными государями. Это обстоятельство служит аргументом в пользу моей идеи, что Империя не была самостоятельным образованием, но поддерживалась извне.
Как уже было сказано, после смерти Фридриха II Гогенштауфена Венеция поддерживала папство, гвельфов и Карла Анжуйского. Соответственно, гибеллины и Империя были предоставлены своей собственной судьбе – и вот результат.
К сожалению, мне пока удалось разыскать в Сети не много подробностей относительно событий междуцарствия 1254-1273 годов, обнаруживаются лишь какие-то обрывки информации. Ясно, что Генуя должна была выдвинуть каких-то своих кандидатов на престол в Империи. Это и произошло. Басовская:

Альфонс Х стал первым кастильским правителем, который решительно включился в западноевропейскую «большую политику». В 1256 г. он выдвинул претензии на корону Германской империи, в борьбе за которую участвовал также брат английского короля Ричард Корнуоллский. Франция, естественно, поддержала короля Кастилии.


Брат английского короля Ричард, тоже очень достойный кандидат в Императоры во времена Смуты.

В это время в Гаскони разгорается фактически гражданская война (события которой также связаны с именем того же Симона де Монфора, который занимался подавлением этого восстания, играя таким образом за Венецию).
А вот война между Англией и Кастилией не состоялась:

Генрих III немедленно предложил Альфонсу Х переговоры о союзе, о котором он «страстно мечтает». Полное согласие короля Кастилии на мирное урегулирование конфликта, видимо, объясняется несколькими причинами. Во-первых, добровольный отказ Альфонса Х от владений, которые он имел только теоретически, был не бескорыстным. В самом тексте англо-кастильского договора (март 1254 г.) этот момент обойден молчанием. Но в одном из более поздних писем Генриха III есть данные о том, что по условиям «союза» Альфонс Х получает деньги из гасконских доходов. Зная, какие грандиозные политические планы вынашивал кастильский король, нетрудно понять, что реальные деньги были ему в тот момент дороже юридических прав на Гасконь.

Короче, Англия откупилась. К слову, чрезмерные денежные поборы были одной из причин недовольства королем со стороны баронов и таким образом Кастилия внесла свою лепту в английскую революцию (пусть и косвенно).

Второе обстоятельство, которое могло подтолкнуть Кастилию к мирному урегулированию и «вечному союзу» с Англией, было связано с резким обострением в середине XIII в. противоречий между пиренейскими государствами. В 50-е гг. возникали пограничные конфликты между Кастилией и Португалией, Кастилией и Наваррой, которую поддержал традиционно связанный с ней Арагон.

Арагон, напомню, контролировался Венецией. Португалия в дальнейшей истории XIII-XV веков постоянно проявляет себя как агент Венеции на Пиренеях, с чем, собственно, и связана её особая судьба как испанской «Украины».
«Дружба» между Англией и Кастилией зашла так далеко, что (Басовская):

В 1255 г. Альфонс Х уже обратился к английскому королю за конкретной военной поддержкой против Арагона. На едва стабилизировавшиеся англо-кастильские отношения охлаждающе повлияло то, что реальной поддержки кастильскому королю Генрих III не оказал.

Естественно, не оказал. Было бы удивительно, если бы оказал… Басовская на полном серьезе рассматривает такую возможность, исходя из ложного представления о самостоятельности политики Англии в ту эпоху:

Предоставить Альфонсу Х войско из Гаскони было в тот момент практически невозможно из-за продолжающихся антианглийских выступлений, недавно постоянно подогреваемых самим кастильским королем. В конфликте пиренейских королевств Генрих III все же принял дипломатическое участие, выступив в 1257 г. в роли посредника на кастильско-арагонских переговорах

Я полагаю, что в действительности Англия скорее выступила бы в конфликте Арагона и Кастилии на стороне Арагона. Но она не сделала этого, а Кастилия в ответ на это воздержалась от нападения на Гасконь. Таким образом и сохранили мир.

Очень интересные события разворачивались в это время в Восточной Европе. Вики:

В 1251 году чешский королевич Пржемысл Отакар II, сын Вацлава I, вступив с чешским войском в Австрию, вынудил избрать себя герцогом. Австрийское дворянство согласилось отдать власть Пржемыслу Отакару II, но поставило условие: он должен был жениться на одной из наследниц Бабенбергской династии. Свадьба Отакара и Маргариты состоялась 11 февраля 1252 года в Хайнбурге-на-Дунае, невеста была на 26 лет старше жениха.
Однако в том же 1252 г. Даниил Галицкий по договору с Белой IV Венгерским женил сына Романа на Гертруде Бабенберг. Роман тоже стал претендовать на австрийский престол. Чтобы помочь Роману Даниловичу удержать австрийский престол, Бела IV и Даниил Галицкий создали военную коалицию, направленную против чешского короля Вацлава (Венцеслава) I (1230-1253) и его сына Пржемысла II Оттокара (1253-1278).



Чех Отакар - ещё один кандидат на ту же ответственную работу.

Современное историческое предание повествует об этих событиях так:

Летом 1253 одновременно выступили войска венгерского короля и его союзников - баварского герцога Отгона II (1231-1253), а также объединенные русско-польские силы. Венгерские войска вторглись в Австрию и, почти не встречая сопротивления, дошли до Тульна (город на Дунае к северо-западу от Вены).
Анналист из Хайлигенкройца (Нижняя Австрия) рассказывает, что венгры, убив и захватив в плен множество жителей, разграбили немало монастырей и сожгли несколько храмов вместе с укрывавшимися там людьми. Войска союзных половцев Бела направил в Моравию, где они перебили "многие тысячи христиан, не щадя ни пола, ни возраста", в том числе и многих клириков.
С русской стороны поход описан в Галицко-Волынской летописи: в нем участвовали войска Даниила Романовича, его брата Василька и сына Льва, литовских и польских князей - краковского Болеслава Стыдливого и опольского Владислава. Войска Даниила и Болеслава Стыдливого соединились в Кракове, а Владислав Опольский присоединился к ним у силезского города Козел на Одере. Оттуда объединенные силы двинулись в Моравию и подошли к городу Опаве. Однако противоречия между русскими и польскими участниками кампании не позволили добиться желаемых результатов.
В итоге венгерские войска, как и русско-польские, потерпели поражение. Оставшись без военной поддержки союзников, Роман Данилович не смог удержаться в Австрии. Осажденный войсками Пржемысла Оттокара в замке Гимберг неподалеку от Вены, Роман во второй половине 1253 должен был вернуться на Русь.
В Австрии бегство Романа было оценено как предательство. По словам современника - венского анналиста-доминиканца, русский князь "вернулся на родину, недостойным образом бросив свою жену". Ему вторит продолжатель Гарстенских анналов: Роман "бежал, оставив свою жену брошенной, как бы вдовой".



Даниил Галицкий был православным и потому на вакантный пост императора католиков не претендовал. А то почему бы и нет?
(Изображения его сына, Романа Даниловича, у которого католики отбили жену, я в Сети не нашел.)

6 мая 1552 года папа Иннокентий IV подтвердил законность перехода Австрии к Пржемыслу Отакару II как к мужу ближайшей кровной родственницы Фридриха II. Брак Романа с Гертрудой был расторгнут.

В 1253, скончался отец Отакара Вацлав I, и Пржемысл Отакар II стал королём Чехии, а Маргарита — королевой. Однако к тому времени уже было ясно, что 50-летняя Маргарита является бесплодной. Пржемысл Отакар II попытался получить у Папы признание наследником своего незаконного сына, но папа отказал в этом, и в 1261 году король объявил о расторжении брака с Маргаритой. Разведённая королева уехала в Крумау-ам-Камп, а Пржемысл Отакар II удержал за собой и Чехию, и Австрию, и Штирию.

Размышляя об этих событиях, я заключаю, что Роман Галицкий вместе с венграми, поляками (и другими пострадавшими от монголов) был в стане противников Венеции. Тогда по моей логике выходит, что Отакар II на стороне Венеции.

Посмотрим на этого Отакара поподробнее. Википедия:

Пржемысл Отакар был вторым сыном чешского короля Вацлава I и Кунигунды Гогенштауфен, внучки императора Фридриха I Барбароссы. После смерти своего старшего брата Владислава в 1247 году Пржемысл Отакар стал единственным наследником чешского престола.

Ага, опять Гогенштауфены. Всё логично.

После прекращения в 1246 году династии Бабенбергов в Австрии на несколько лет воцарилась анархия. Многочисленные претенденты на престол не пользовались популярностью у австрийского дворянства, попытки императора Фридриха II Гогенштауфена подчинить себе герцогство также провалились.

Император Фридрих (тот самый Ступор мунди, о котором у нас уже была речь в главе «Мир в ступоре») с поставленной задачей не справился, люди поручили дело Отакару. Этот справился.

Воспользовавшись установлением мира с Венгрией, король в 1254 году предпринял по предложению папы римского крестовый поход на язычников Пруссии. Во время похода в январе 1255 года Отакар и Великий магистр Тевтонского ордена Поппо фон Остерна заложили орденскую крепость Кёнигсберг в нижнем течении реки Преголи. Установленные Отакаром дружеские отношения между Чехией и Орденским государством существовали вплоть до середины XV века.

Ага, Тевтонский орден, Гогенштауфены… С Отакаром, как говорится, усё ясно. Когда рассматриваешь Европейскую историю этой эпохи в аспекте «задачи двух тел», с точки зрения глобального противостояния Венеции с Генуей, она оказывается удивительно простой и логичной. Все основные персонажи сами собой делятся на «добрых» и «злых». Естественно, эти два понятия легко меняются местами в зависимости от того, какую именно из двух противостоящих партий принять за начало отсчета.
Даже читая современного автора, можно сразу определить, на чьей он стороне:

В 1260 году сословия Штирии восстали против венгерской власти, чем воспользовался Пршемысл Отакар II, разбивший армию венгров при Крессенбрунне и присоединивший саму Штирию к своим владениям.

Отакар стал большим человеком.

В 1272 году король Отакар был назначен генерал-капитаном Фриули, что сделало его фактическим правителем Аквилейского патриархата и Истрии. В результате в начале 1270-х годов территория государства Пржемысла Отакара II стала охватывать огромную территорию от Судет до Адриатики.
Расширение владений Пржемысла Отакара II пришлось на годы хаоса в Германии и непрекращающейся борьбы различных группировок за имперский престол. Отакар деятельно поддерживал анархию в Германии, понимая, что слабость номинальных императоров (графа Ричарда Корнуэльсского и короля Альфонса Кастильского) позволит ему захватывать и удерживать земли, населенные немцами. В то же время он охотно призывал немцев к себе на службу, помогал им расселяться в своем королевстве, чем вызывал недовольство среди чехов. Одновременно Отакар II лелеял надежду самому стать императором.


Вызывал недовольство среди чехов… снова знакомые мотивы. Одновременно на другом конце Европы английский король Генрих III, тоже резидент Венеции, вызывал недовольство англичан засильем «понаехавших» из Прованса. Европа той эпохи представляла собою такое же единое целое, как и сегодня. Как и всегда.

Немного забегая вперед, скажу о конце всей этой истории. Как мы уже знаем, в 1270-и году Венеция и Генуя заключают перемирие. Положение в Империи начинает налаживаться:


Рудольф Габсбург, ставший Императором после того, как прочие кандидаты на эту должность внезапно умерли или оставили свои притязания. Обратите внимание - это первый Габсбург в нарицательном смысле этого слова.

В 1273 году королём Германии был избран граф Рудольф Габсбург, который начал проводить политику возрождения империи. Ему удалось прийти к соглашению с папой, что позволило ему активно заняться укреплением своей власти в самой Германии. Естественно, что одним из первых противников Рудольфа I стал Пржемысл Отакар II, чьи обширные владения давали ему возможность чувствовать себя независимо от короля Германии. В 1274 году Рудольф потребовал от Отакара II присяги в верности и возвращения имперских ленов, незаконно занятых чешским королём, то есть Австрии, Штирии, Каринтии и Крайны. Отказ Отакара II привёл к объявлению его в 1275 году изменником.
Король Германии нашёл поддержку у австрийского дворянства и епископов Пассау, Зальцбурга, Бамберга и Регенсбурга. Имперская армия вторглась на территорию Австрии и Штирии и принудила самого Отакара II заключить в 1276 году мир, ценой отказа от всех своих владений, кроме Чехии и Моравии.


А далее происходит нечто интересное:

Пржемысл Отакар попытался вернуть свои земли силой. В 1278 году в битве у Сухих Крут чешские войска были разбиты армией Рудольфа I (на стороне чешского короля выступали некоторые немецкие княжества, в частности Саксония и Мейсен, на стороне Габсбурга сражались венгры и даже половцы, которых прислал венгерский король Ласло IV). Отакар сражался до конца, находясь в арьергарде, и погиб в битве. После нескольких перезахоронений могила короля была перенесена в 1373 году в собор Святого Вита в Пражском граде.
Смерть Отакара II в 1278 году привела к переходу австрийских земель под власть дома Габсбургов.


Именно с этого времени и до конца Первой мировой имя Габсбургов прочно ассоциируется с Австрией.
Насколько я понимаю, Габсбургов продвигала Венеция. И потому я пока просто в недоумении, почему же первый из Габсбургов, ставший королем Австрии (с чего и начинается их возвышение), вдруг выступает в связке с Венгрией?
Это какая-то аномалия, не укладывающаяся в мою теорию. Буду рад, если кто-нибудь выскажет по этому поводу свои соображения.
(Добавлено позже:) Поразмыслив, я понял, что ответ на этот вопрос почти очевиден. Ведь речь идет о событиях 1278 года, а в 1270-м году Генуя и Венеция заключили перемирие (которое соблюдалось 21 год!). Потому не столь уж удивительно, что венгры в 1278 году помогают Габсбургам, воюя против общего противника - Отакара, который 16 лет назад разбил армию венгров. Наверняка ещё были живы и даже боеспособны близкие друзья и родственники тех, кто был убит воинами Отакара в 1264 году. А если бы хозяева из Генуи запретили венграм участвовать в деле, это тем самым они проявили бы явную враждебность к своим заклятым друзьям из Венеции. Между тем в 1278 году борьба Генуи с Карлом Анжуйским была в полном разгаре, и содействие Венеции (или хотя бы отсутствие противодействия с её стороны) было ей необходимо.
Таким образом, остается неясным только одно: почему венецианцы предпочли видеть хозяином Австрии Габсбурга, предав таким образом Отакара и обрекши его на смерть. Ответа на этот вопрос я дать не могу за отсутствием более подробной информации по этому поводу.

Но пользуюсь случаем, чтобы сделать одно важное дополнение. У внимательного читателя должен возникнуть вопрос: почему вдруг король Чехии Отакар пользуется, по моим словам, венецианской крышей, если (по моим же словам) Чехия в XIII веке была под контролем Генуи (напомню, что монголы атаковали наряду с другими оппозиционными к Венеции странами также и Чехию)?
Ответ на этот вопрос находится в ранней биографии Отакара.

При жизни отца Отакар управлял Моравией, а в 1248 году недовольные чешские аристократы предложили молодому принцу возглавить восстание против своего отца и получить корону чешского королевства. Вацлав I, однако, смог сдержать честолюбие своего сына и на короткое время даже посадил его в тюрьму. После освобождения активность Пржемысла Отакара II направилась в новое русло: в сторону Австрии.

Оказывается, здесь тот случай, когда наследник копает под своего отца. Очевидно, Отакар со своим отцом разошелся в глобальной политической ориентации.

Продолжение:
Трехсотлетняя война: взгляд из Венеции. Союз двух пауков (1270-1291)

Трехсотлетняя война: взгляд из Венеции. Союз двух пауков (1270-1291)

Этот текст - продолжение цикла "За кулисами Столетней войны"

Оглавление цикла.

Вкратце напомню содержание предыдущих глав.
После смерти Фридриха II Гогенштауфена развернулся военный конфликт Венеции с Генуей. Венецианцы нашли Фридриху достойную замену – Карла Анжуйского, которому удалось захватить Ломбардию и сильно отравить жизнь конкурентам. Однако планы Карла простирались слишком далеко. Под его ударом оказалось уже Византия, от нового крушения которой пострадали бы обе враждующие торговые империи.

В 1270 году Венеция и Генуя заключили перемирие, которое фактически длилось до 1291 года. Мы не можем быть уверены, что Генуе это перемирие было не было навязано, так как известно, что в 1270 г. Оберто Дориа и Оберто Спинола захватили верховную власть в Генуе и на протяжении 15 лет правили городом самовластно. А семейство Спинола имело "нетрадиционную" для Генуэзцев политическую ориентацию: в пропапски настроенной Генуе средневековья нобили и консулы рода Спинола действовали в интересах императоров Священной Римской империи - то есть, с точки зрения моего понимания логики этих событий, в интересах Венецианской республики.
Так что нельзя исключить, что помимо организации давления на Геную извне (со стороны Карла Анжуйского) венецианцы ещё и помогли устроить государственный переворот в Генуе изнутри. Ну, дружба двух пауков - это всегда любопытное и завораживающее зрелище.



Что ими движет, чего они опасаются, к чему стремятся, чего там больше - любви или ненависти, любопытства или подозрительности - это загадка природы...
Как бы то ни было, непримиримые враги внезапно сделались друзьями.

И как по волшебству - тут же в ослепительной карьере Карла Анжуйского наступает первый сбой.
Хронология событий:

В 1270 году в VIII крестовом походе умирает в Тунисе Людовик IX Святой. Смерть брата стала серьёзным ударом для Карла. Несмотря на то, что Людовик IX не одобрял многие начинания Карла, он был верным союзником. Новый король Франции, Филипп III, наследник Людовика, был слабовольным человеком. Как считается, он находился под сильным влиянием матери, Маргариты Прованской, которая ненавидела Карла из-за того, что ему досталось прованское наследство.
Здесь я напомню, что Маргарита Прованская происходила из семьи, давшей Европе сразу четырех королев. Её сестра Элеонора – та самая английская королева, жена Генриха III, которая так раздражала английских баронов тем, что следом за ней в Англию понаехали провансальцы. Другая сестра, Беатриса, была замужем за нашим Карлом Анжуйским. А четвертая – Санча – за Ричардом Конуэльским, одним из кандидатов на корону Императора Священной Римской Империи. Словом, вся семья была при деле, и все приносили Венеции большую пользу, каждая на своем месте.

В 1272 году Карл Анжуйский провозгласил себя королём Албании. Теперь на повестке дня стояло завоевание Византии. Но это никоим образом не входило ни в планы Генуи, ни в планы Венеции. И вот, новый папа Григорий вдруг решительно запретил Карлу предпринимать враждебные действия, надеясь на унию между католиками и православными. Император Византии Михаил VIII Палеолог развил бурную дипломатическую деятельность, заключив союзы с Генуей, с царём Болгарии и королём Венгрии, а также с Золотой Ордой. А в 1274 году он объявил Папе, что принимает унию. Это связало Карлу руки.

С ноября 1272 года Карл вступил войну против Генуи, а в 1275 году она переросла в войну против возрождённой лиги гибеллинов. И сложилась она на сей раз неудачно: к лету 1276 года Карл потерял почти все владения в Пьемонте.

Полоса неудач продолжалась.

В 1278 году по требованию Папы римского Карл Анжуйский был вынужден отказаться от поста сенатора Рима.
Отношения с Папой натянулись, но удивительным образом Карл одновременно рассорился и с императором Рудольфом (первым Габсбургом-императором). Камнем преткновения стало графство Прованс. Поскольку номинально его граф считался вассалом императора (хотя Карл об этом предпочёл «забыть»), то вдова Людовика IX, Маргарита Прованская, ненавидевшая Карла, обратилась к новоявленному императору Рудольфу Габсбургу с просьбой отдать ей её графство. Её поддержал в этом король Англии Эдуард I.

Этот «двойной удар» одновременно со стороны Папы и Императора, вечно враждовавших между собой, был явным знаком примирения Венеции и Генуи. Венеция, как всегда, стояла за спиной Императора. А Генуя как всегда союзничала с Папой.

Вокруг Карла сгустились тучи. Послы Маргариты Прованской договорились с императором Рудольфом о тройственном союзе. По договору старший сын Рудольфа, Гартман, женится на дочери Эдуарда I Английского. После коронации Рудольфа императором Гартман должен был быть признан его наследником и римским королём, получив при этом Арелатское и Вьеннское королевство, включая Прованс. Надо было обеспечить сына наследством. И вот Рудольф Габсбург вторгся в Италию и Прованс. Лишь к маю 1280 года при посредничестве Папы удалось примирить стороны. Но Карл при этом вынужден был отказался от наместничества в Тоскане.

Карл предпринимает усилия, чтобы прекратить эту полосу неудач.

В 1281 он смог вмешаться в папские выборы. 22 февраля 1281 года новым папой стал Мартин IV, давний друг французской королевской семьи. Карл был снова назначен сенатором Рима. Карл попытался воспользоваться расположением папы для захвата Пьемонта, но был в мае 1281 года разгромлен маркграфом Салуццо в Борго Сан-Далмацо. Также потерпели неудачу и его попытки сохранить контроль над Ломбардией.
Под давлением Карла папа прекратил переговоры с Византией о церковной унии. Теперь у Карла оказались развязаны руки и он мог попытаться реализовать свою мечту о захвате Константинополя. В 1280 году его армия захватила Бутринти у деспота Эпира и начала осаду Берата. Но осада окончилась неудачно, византийская армия в 1281 году смогла отбросить армию Карла, но прибрежные города остались у Карла.

Развязка приблизилась!

И вот на Пасху, 29 марта 1282 года, в Палермо «внезапно» начинается восстание против французов — Сицилийская вечерня. Восстание вскоре охватывает весь остров, все французы перебиты. Карл I Анжуйский, собиравшийся начать войну против Византии, вынужден кардинально изменить планы. Он намерен быстро и решительно подавить восстание.
Восставшие направляют послов к королю Арагона, который чисто случайно проплывает мимо со всем своим военным флотом, направляясь как бы в Крестовый поход. Послы Сицилии умоляют Педро принять корону Сицилии и защитить ее от Карла I Анжуйского. Принять корону Педро сразу же соглашается. 4 сентября 1282 года он коронуется в Палермо как король Сицилии Педро I.



Сегодня можно считать документально доказанным, что Педро III Арагонский состоял в заговоре с генуэзцами и получал деньги из Константинополя. (Случайности в этих делах неслучайны.)

В 1282 году взбешенный Карл вызвал Педро на судебный поединок, который должен был состояться 1 июня 1283 года в Бордо, принадлежавшем тогда королю Англии Эдуарду I. Но поединок в итоге не состоялся.

Этот удар по Карлу был последним и сокрушительным. Потеряв Сицилию – базу для атаки на Царьград - Карл Анжуйский основательно увяз в войне с Педро Арагонским. Так основательно, что он, собственно, так и не дожил до конца этой войны.

Генуя и Венеция, два непримиримых противника, объединившись, составляли силу, противиться которой не мог тогда никто в Европе.

И вообще, бороться против Генуи можно было только опираясь на Венецию. И наоборот - бороться с Венецией имело смысл только опираясь на Геную.
Чтобы совместными усилиями сокрушить могущество непобедимого Анжуйского дома, им понадобилось 12 лет спокойной дипломатической работы. Генуя напрямую повоевала с Карлом всего пару раз, а Венеция вообще осталась как бы в стороне, традиционно придерживаясь линии своего «несокрушимого нейтралитета».
Основную часть грязной работы сделали испанцы (в смысле, арагонцы – единой Испании ещё не было). Вспомогательную – гибеллины.
Так люди делают дела. Главное - чтобы всё было тихо и чинно.



Этот эпизод европейской истории широко известен под названием «Сицилийская вечерня» (1282). Ключевая роль Генуи в подготовке этого переворота общепризнана. Мне кажется вполне доказанной и очевидной роль недавно восстановленной (1261) Византии, уже не империи по материальным возможностям и ресурсам, но ещё сильной на дипломатическом фронте. Об этом интересно написал Дворкин (Роль византийско-арагонского тайного союза Александр Леонидович Дворкин, Альманах "Альфа и Омега" | 01 февраля 2012 г.), хотя я с ним не могу согласиться в оценке роли Венеции: Дворкин почему-то уверен, что Венеция хотела второй раз завоевать Византию, на этот раз руками Карла Анжуйского, а значит, и в этот раз выступала противницей Генуи.

Однако у Норвича находим по поводу «Сицилийской вечерни» следующую информацию:

> Когда папа Мартин IV, француз по национальности и, соответственно, сторонник Карла, в 1284 году начал крестовый поход против Петра, Венеция отказалась принять в нем участие и запретила своим священнослужителям, патриарху Градо и епископу Кастелло, поддерживать его со своих кафедр. Результатом стало отлучение от церкви (первое, но не последнее из тех, что выпали на долю Венеции)…

Если венецианской элите того времени было глубоко наплевать на какое-то там отлучение, то для простого народа это был серьёзный удар. Спрашивается, зачем Венеции такие проблемы?
Если Венеция была за Карла Анжуйского и против «Сицилийской вечерни», то почему она не поддержала Папу в борьбе против Педро Арагонского? С другой стороны, разве не очевидно, что Венеция не менее других участников заговора против Карла Анжуйского была заинтересована в том, чтобы остановить усиление Анжуйского дома. А что касается торговых привилегий Генуи перед Венецией, на которые напирает Дворкин – ну мы же знаем из сообщений того же Норвича, что Венеция очень быстро (уже к 1265 году) восстановила паритет с Генуей в этом вопросе.
Так что крушить Византию Венеции было на сей раз ни к чему.

Влюбленный в Венецию Джон Норвич настолько уверен, что «Сицилийская вечерня» есть случайное стечение обстоятельств, он настолько обаятельно наивен, что невольно закрадываются подозрение, что архивы Светлейшей республики скрывают от нас что-то интересное. Норвич посвящает «Сицилийской вечерне» всего несколько строк, упоминая о нем лишь мимоходом, в ряду других «неприятностей», которые переживала Италия в то время:

Были и другие неприятности. Королевство обеих Сицилий, фактически включавшее в себя всю территорию к югу от Рима, с 1266 года управлялось братом Людовика Святого Карлом Анжуйским из его столицы, Неаполя. В 1282 году в Палермо на следующий день после Пасхи пьяный французский сержант начал приставать к сицилийской женщине. Произошло это возле церкви Санто Спирито перед вечерней службой. Муж женщины убил сержанта, убийство привело к бунту, бунт — к массовому побоищу. К утру две тысячи французов были мертвы. Остальные бежали с острова и обратились за помощью к Карлу. Сицилийцы посадили на трон в Палермо Петра III Арагонского.

Ну скажите на милость, при чем тут Венеция?
Да вообще непонятно, зачем Норвич упомянул о такой мелочи как «Сицилийская вечерня», живописуя нам историю всегда нейтральной и держащейся в стороне от грязных европейских склок Светлейшей Республики. Несомненно, это показывает в Норвиче исключительно добросовестного английского историка.

Я не могу утверждать, что внезапное усиление Анжуйского дома было следствием тайных интриг венецианцев, искавших для Генуи новых проблем взамен умершего Гогенштауфена. Может быть, Карл Анжуйский и правда был гением, типа Наполеона, и его успехи объясняются влиянием чисто личностного фактора. Но невозможно отделаться от ощущения, что начало полосы несчастий в жизни Карла неслучайно совпала по времени с моментом (1270), когда Генуя и Венеция заключили между собой мирный договор.

Было ли это простой удачей для Венеции или следствием дипломатического искусства её элиты, но факт остается фактом: Анжуйский дом настолько усилился, что два гигантских паука в одной Северной Италии на время приостановили свои разборки и решили не вставлять друг другу палки в колеса – до тех пор, пока клиент не обнаружит себя на столе у паталогоанатома.

Может быть, Венеции с Карлом Анжуйским просто повезло. Всё может быть. Вот и Норвич тоже отмечает, что постоянное везение является яркой и характерной чертой истории Светлейшей Республики. Ну, просто везло людям. Просто так случайно получалось, что Генуе постоянно что-то мешало спокойно повоевать с Венецией. Ну, просто не везло людям.

Что касается Педро Арагонского, нового хозяина Сицилии, Википедия оценивает его личность следующим образом:

Педро III, вмешавшись в борьбу сицилийцев против Карла I Анжуйского, добился распада могущественного Сицилийского королевства. Этого не удалось достичь ни Византии, ни папству, ни Священной Римской империи. После Педро III гегемония на Средиземноморье постепенно перешла от Анжуйской династии к Арагонскому дому. Преемникам Педро III удалось в течение XIV века присоединить к своим владениям Сардинию, Корсику, Афины, а в XV веке и Неаполь.
Разгром Карла I Анжуйского спас Византию от повторения Четвертого крестового похода и позволил ей продлить существование еще на полтора века.


Вот как велик был Педро III – а главное, как ему повезло, что он вовремя проплывал со всем своим войском мимо Сицилии как раз в то время, когда тамошней мафии срочно потребовался какой-нибудь король с войском.

Для нас этот эпизод интересен в контексте Столетней войны, потому что выдавливание Плантагенетов из их континентальных владений было одним из периферийных проявлений общеевропейского процесса, причина которого была в том, что Анжуйская династия слишком уж усилилась по всем направлениям. Это не могло не беспокоить Венецию. Карл Анжуйский и Людовик Святой были братьями. Константинополь венецианцы взяли при помощи французского оружия, и французы, набирая инерцию, приобрели в XIII веке огромную силу и их влияние продолжало расти, возможно, даже уже независимо от внешней подпитки.
Но ведь, как любят говорить профессиональные историки, «время национальных государств ещё не пришло», так что Карла в соответствии с законами профессиональной истории следовало остановить. На юго-восточном направлении этот процесс был остановлен при помощи «Сицилийской вечерни» (1282), а на северно-западном – при помощи англичан, которые развязали Столетнюю войну (1337). Англия и Арагон сыграли в этом смысле похожую роль, роль ударных инструментов, при помощи которых итальянцам удалось осадить зарвавшихся «аристократов», надутых от гордости французишек из Анжуйского дома, и умерить их амбиции.

Итак, перемирие в войне Генуи в Венеции. Таково главное содержание периода 1270-1291 гг.
Посмотрим, что происходит в эти годы на периферии Европы – в Лондоне, Париже и других второстепенных провинциальных городах.

В Англии наступает мир и совершеннейшее благорастворение воздухов.
1270 год. Англичане совершили рейд в Ирландию.
1272 год. Умер Генрих III. Английские магнаты присягнули новому королю Эдуарду I Плантагенету, который в это время занят Крестовым походом. Недавно в стране была смута, но теперь Эдуард поразительно спокоен. Он не спешит вернуться в Англию и до 1274 года меланхолично доделывает свои дела на Континенте. Очевидно, он совершенно уверен, что никакие смуты дома ему не грозят. После его возвращения в 1274–1275 годах в Англии наступает «реакция». Проводится расследование посягательств крупных феодалов на права короны.
В 1282-1283 годах англичане завершают покорение Уэльса.
Эдуард I, прославленный современными историками как Английский Юстиниан (Юстиниан - в том смысле, что он дал Англии юридический кодекс) начинает оправдывать свое прозвище. Прежде всего, в 1283 год – принят статут о купцах - судебная защита кредиторов. Интересы Венеции – превыше всего. 1285 год - Второй Вестминстерский статут, а также "Винчестерский статут" – что-то типа Уголовного кодекса - меры для борьбы с уголовными преступниками и нарушениями "королевского мира". 1290 год - Третий Вестминстерский статут или Статут Quia emptores.
Кстати, в конце рассматриваемого периода (1290) из Англии были изгнаны евреи:
Эдуард официально приказал изгнать всех евреев из Англии. Это не только дало доходы после присвоения королём еврейских займов и собственности, но и дало Эдуарду политический капитал для сделок 1290 года с парламентом о существенных светских субсидиях. Эдикт об изгнании так и не был отменен вплоть до 1656 года

В Империи завершается смута, императором становится в 1273 году Рудольф Габсбург, который убивает Отакара Чешского и становится королем Австрии, где с тех пор и утверждаются Габсбурги.
Словом, мирная жизнь налаживается. В 1270-1285 годах Генуей правят Спиола, друзья Венеции. Но дрцжба пауков не может длиться вечно - и вот в 1291 году Венеция и Генуя возобновляют свои разборки.

Продолжение:

Трехсотлетняя война. Следующий раунд (1291- 1299)