July 8th, 2015

Новые жанры художественной литературы.

Эпоха бумажной книги ушла в прошлое. Эпоха книги электронной открывает новые возможности и накладывает новые ограничения.

Во-первых, читать с экрана труднее, чем с листа. Потому писать теперь надо короче. Рассказ лучше повести, а повесть лучше романа. Но это лишь одна сторона дела.

Другая сторона связана прежде всего с легкостью перехода по ссылке. Это открывает возможность бесконечно ветвить повествование, в каждой отдельной ветке рассказывая лишь часть всей правды. Остальные части можно узнать по ссылкам. Получается нечто вроде сборника рассказов (или коротких повестей), каждая из которых может быть предельно лаконичной и изящной по форме, так как всевозможные детали, пояснения и разъяснения можно найти в других повестях. Но от обычного сборника это отличается сильной взаимосвязью и взаимообусловленностью всех сюжетов, которые нуждаются в друг друге, дополняют друг друга и отсылают друг ко другу.

В совокупности это дает возможность создать гипертекст, по объему и содержанию несравненно превышающий романы и даже циклы романов прошлого. Объем этого гипертекста потенциально бесконечен, количество действующих лиц тоже потенциально бесконечно. Это как сама жизнь, которая состоит не из одного какого-то сюжета или сравнительно небольшого набора переплетающихся сюжетных линий, но из огромного множества этих линий, тесно переплетенных между собой.

Важна также возможность изменять и дополнять уже опубликованный текст, внося в него новые и новые детали, а также ссылки на новые отрывки. Значит, гипертекст может постепенно годами расти, делая заинтересованного читателя свидетелем творчества, а может быть, и участником. Бумажная книга статична и задана раз навсегда, электронная может развиваться по желанию автора.

Интересна также возможность начитывать текст голосом. Ведь слушать аудиокнигу легче, чем читать даже с листа. А во-вторых, автор (если он одарен ещё и артистически) может быть интересным чтецом, так как он глубже, чем актер, понимает смысл своего текста и яснее понимает аллюзии, на которых он держится. Возможность слушать голос автора – это дополнительная важная опция эпохи электронной книги.

Коммент mmnt:

-- Заметьте, как широко практикуются в ЖЖ пробелы между абзацами. А ведь в печатную эпоху такой пробел означал смену кадра. В том-то и штука, что кадры теперь меняются намного быстрее.

Это верное наблюдение.
Лично я уже давно использую несколько разных уровней деления текста.
Просто абзац, пустая строка плюс абзац, несколько пустых строк плюс абзац - это разные уровни иерархии деления.

Разбивать текст на линейную последовательность глав теперь бессмысленно; новая глава - это просто гиперссылка, одна из целого ряда. Прочитав данный отрывок (например, беседу двух героев) дальше можно двигаться в нескольких ветвящихся направлениях. Последовать за одним из героев; последовать за другим; остаться на том же месте после их ухода и посмотреть, что будет делать третий, который подслушивал их разговор. Все три варианта равно доступны читателю, к каждому из них приглашает своя ссылка из текущей "главы".
Располагать такой ветвящийся текст в виде линейной последовательности глав бессмысленно; это не последовательность, а дерево.

Возникает ещё интересный вопрос, как строить оглавление к такому гипертексту?

Должна ли бы одна точка входа в произведение или же целый ряд разных точек, разных предысторий? ведь ветвить повествование можно не только в будущее, но и в прошлое.

Коммент mmnt:

-- ЖЖ Галковского - чисто как прообраз. Просто логика интересная. Без чтения комментариев (особенно ответов автора на комментарии) теряется половина смысла такого текста. Мусора только в комментариях очень много. В ЖЖ раздражает, но терпимо. А в рамках "гипертекста" 3/4 комментариев надо выкидывать.

Вот то, что Вы сейчас сказали - это концептуально.
То есть, монологический текст автора дополняется и раскрывается комментариями и главное - ответами на комментарии.
В сущности, тут неважно, будут ли комментарии исходить от других людей или от самого автора. Это сейчас считается неприличным (самокомментирование), но почему бы и нет?
Неконструктивные комменты, которые не рождают интересного ответа, безжалостно удалять.
Комментатор как участник творчества, а не как критик. Критика - это другой жанр, для неё можно выделить отдельное пространство.

Из жизни оборотней


Пролетарий Че Гевара в компании с какой-то светской дамочкой.

В городе Куско Эрнесто по нескольку часов зачитывался в местной библиотеке книгами об империи инков. Несколько дней провели на развалинах древнего города инков Мачу-Пикчу в Перу. Расположившись на площадке для жертвоприношений старинного храма (это где живым людям сердце-то вырезали? - palaman), стали пить матэ и фантазировать. Гранадо вспоминал диалог с Эрнесто:

«Знаешь, старик, давай останемся здесь. Я женюсь на индианке из знатного инкского рода, провозглашу себя императором и стану правителем Перу, а тебя назначу премьер-министром, и мы вместе осуществим социальную революцию».

Че ответил: «Ты сумасшедший, Миаль, революцию без стрельбы не делают!»



[Несколько фотографий товарища Че]
Господин Гевара в естественном обличии денди.



Че всегда мечтал о небе.


Но любил также и велосипед.

И женщин он тоже любил.
Юношеской любовью Че была Чинчина (в переводе «погремушка»), дочь одного из самых богатых помещиков провинции Кордоба. Согласно свидетельству её сестры и других людей, Че любил её и хотел на ней жениться. Он являлся на званые вечера в потрёпанной одежде и лохматый, что являло собой контраст с отпрысками богатых семейств, добивавшихся её руки, и с типичным обликом аргентинских молодых людей того времени.

Четвертой женщиной Че стала Тамара Бидер, больше известная под именем Таня (псевдоним, который взяла себе Зоя Космодемьянская). Тамара не была красавицей, но в женщинах Че привлекали не красота, а талант. Тамара была безмерно одаренной: в совершенстве владела немецким и русским, прекрасно пела и играла на фортепиано, гитаре и аккордеоне, была спортсменкой и балериной. Именно Таня готовила в Боливии базу для подпольщиков, а потом ушла месте с Че в горы, чтобы погибнуть вместе с ним. Именно с ней гораздо позже он и был захоронен в мавзолее Санта-Клара.

Несколько фотографий "Тани" [Под катом от слабонервных]




Комбинированное фото. Прикид революционный, а ухмылочка салонная.



Господин Че изволил осчастливить Совесткий Союз своим посещением.



Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит Человек.

В свободное время, когда можно расслабиться:


Большой человек!


Беседа за жизнь с другим аристократом, Фиделем Кастро, который тоже увлекается петушиными боями.


А вот так с ним обращались американцы. Что поделаешь, конкурирующая фирма!


Свидетельство сведущего человека, Александра фон Шёнбурга:

Эрнесто Че Гевара тоже относился к числу простых денди. Че превратился в культовую фигуру целого поко­ления, стал мучеником и мстителем за обездоленных, но ему никогда не удавалось скрыть свое знатное проис­хождение, хотя он и демонстрировал открытое прене­брежение к деньгам и разделению общества на социаль­ные классы. После свержения Батисты в 1959 году Гевара стал президентом Национального банка Кубы и министром национальной промышленности, а прозви­ще Че сделалось нарицательным и приобрело значение «дружище, приятель». Че Геваре нравилось принимать гостей в незаправленной рубашке, положив ноги в ды­рявых носках на письменный стол. Его вдохновляла идея отмены денег на Кубе, мораль, ориентированная на общее благо, должна была стать двигателем экономики и общественной жизни. При этом Че выступал и в роли палача: он вынес более двухсот смертных приговоров, один из которых привел в исполнение собственноручно.

Когда его миссия на Кубе была закончена, Гевара от­правился в Конго, чтобы разжечь там мировую револю­цию. Затея не удалась во многом потому, что конголез­цы не доверяли революционеру-аристократу. В итоге Гевара перебрался в Боливию, где с небольшим отрядом своих приверженцев пытался устроить государственный переворот. Однако боливийские крестьяне не видели в нем освободителя. Самые бедные из них владели крохот­ным участком земли и не подходили на роль тех неиму­щих, о которых часто рассуждал Че. Но революционера это нисколько не смущало: скромные потребности бо­ливийских крестьян казались ему незначительными в масштабах мировой революции — в этом он оставался верен высокомерию верхних социальных слоев. Когда спецподразделения ЦРУ захватили его отряд в октябре 1967 года посреди джунглей, у Гевары нашли двое часов «ролекс» и пятнадцать тысяч долларов.

После того как Че тайно казнили, он стал современ­ной альтернативой Христу, а его портрет — модным ак­сессуаром, которым поп-индустрия отомстила пуритан­ской революции. Теперь без труда можно купить пиво «Че» и сигары «Че», производство которых стало, пожа­луй, величайшим наказанием революционно настроен­ному аристократу. То, что Гевара был ярым палачом, что он разозлился на Хрущева за ненанесение ядерного уда­ра по Америке во время Карибского кризиса, никак не повредило мифу. От Гевары остался образ аскета-аль­труиста, ратующего за права бедняков. А на самом деле бедняки на Кубе, в Конго и Боливии бежали без огляд­ки, заслышав имя аргентинского аристократа и студен­та-медика, «дружищи» Гевары.



Фото по запросу "Трафарет Че Гевара".