November 26th, 2016

Новый уровень дискуссии (уровень банальной истины)

Всё новое - это основательно позабытое старое



Когда мы делаем попытку убедить кого-то в своей правоте, мы поступаем гуманно и человеколюбиво, исходя из презумпции невиновности: всякий человек имеет право видеть, знать и понимать то, что сами мы видим, знаем и понимаем.

Но когда мы упорствуем в этом начинании, мы совершаем большую ошибку: всякий человек имеет право на заблуждение. Это право дано человеку Самим Богом и является одной из фундаментальных человеческих свобод.

Если оппонент хочет оставаться в заблуждении, не пытайся его переубедить. Пойми его точку зрения и прими факт её существования как часть реальности. Найди выгоду в таком положении вещей. Понимать - это право, но не обязанность! Понятый человек - это предсказуемый человек. Заблуждающийся человек - это управляемый человек. Мы никого не вводим в заблуждение, однако если кто-то сам желает заблуждаться, значит, нам удобно, чтобы он пребывал в своем заблуждении.

Каждый человек имеет право быть человеком, но это не является обязанностью. Может быть, это звучит цинично, но здесь естественная граница гуманизма. Было бы ошибкой делать из каждого Шарика - Шарикова. Если Шарик не хочет, чтобы ему взрывали мозг, надо позволить Шарику быть Шариком - чтобы использовать Шарика по назначению.

По сути дела, это банальность. Но это позабытая русскими банальность. Мы немножечко разучились работать на этом уровне, немножечко обукраинились, чересчур много и плотно общаясь с украинцами. Давайте вернемся на свой нормальный уровень.

Баски (для себя, для памяти)

Опубликовал в Facebook "задачку" по истории:
СССР был против капитализма? - Против. Значит против Англии? - Против. - Так почему советская пресса была всегда против ирландских борцов за независимость от Англии, называя из террористами и почему СССР не поддерживал ИРА, хотя по всей идеологии должен был это делать?

Ответ очевиден: Ирландскую борьбу за независимость от Британии раскрутили американцы. С другой стороны, не забудем, что Карл Маркс написал свой "Капитал" в Лондоне. Вот и рассудите сами, неужели советские коммунисты объединятся с империалистической Америкой, расшатывая колыбель пролетарской революции?!
Ну, или без юродства:
Суть дела в том, что везде, по всему миру коммунисты трудятся в пользу Англии. Исключения - единичные коммунистические опыты, например, Франции (Румыния).

На это мне было выдвинуто дельное возражение:

А к баскам, если мне не изменяет память, СССР так же относился.

А ведь и правда, подумал я. Баски досаждали Испании, ну так почему бы Советским коммунистам не поддержать их борьбу? Ведь Британии это вроде бы никак не касается?!

С целью прояснения этого вопроса я покопался в истории. И вот что выяснилось.

"Катализатором роста национального самосознания басков стало распространение идей карлизма в Испании ХIХ века. Истоки баскского национализма коренятся в карлистских войнах, что уничтожили традиционную систему отношений между баскскими провинциями и испанской монархией"
" Борьба этих двух партий привлекала внимание всех европейских правительств, причём Россия, Австрия, Пруссия и итальянские дворы склонялись на сторону карлистов, а Великобритания и Франция — кристиносов."

Таким образом, баски, будучи карлистами, исторически были раскручены противниками Великобритании.
Как видите, всё предельно логично. Было бы странно, если бы советские коммунисты, верные рабы Её величества, поддерживали басков.

Дети из других стран в России (свидетельства родителей)

Потрясающе интересные тексты ivankravtsov

Иностранцы о России.[Spoiler (click to open)]
1) Ганс, 11 лет, немец. Не хочу быть «немцем»!

Сама игра в войну меня покоробила и даже испугала. То, что русские дети в неё увлечённо играют, я видела даже из окна нашего нового дома в большом саду на окраине. Мне казалось диким, что мальчики 10-12 лет могут с таким азартом играть в убийство. Я даже поговорила об этом с классной руководительницей Ганса, но она совершенно неожиданно, внимательно меня выслушав, спросила, играете ли Ганс в компьютерные игры со стрельбой и знаю ли я, что там показывают на экране?[Spoiler (click to open)]Я смутилась и не нашлась с ответом. Дома, я имею в виду, в Германии, я была не очень довольна тем, что он много сидит за такими игрушками, но так его по крайней мере не тянуло на улицу, и я могла быть за него спокойна. Кроме того, компьютерная игра — это ведь не реальность, а тут всё происходит с живыми детьми, разве нет? Я даже хотела это сказать, но вдруг остро ощутила свою неправоту, для которой у меня тоже не нашлось слов. Классная руководительница смотрела на меня очень внимательно, но по-доброму, и потом сказал мягко и доверительно: «Послушайте, вам тут будет непривычно, поймите. Но ваш сын — не вы, он мальчик, и, если вы не станете ему мешать расти, как здешние дети, то с ним не произойдёт ничего плохого — разве что тоже только непривычное. А на самом деле плохие вещи, я думаю, одинаковы и у нас, и в Германии.» Мне показалось, что это мудрые слова, и я немного успокоилась.

Раньше сын никогда не играл в войну и даже не держал в руках игрушечного оружия. Надо сказать, он не часто просил у меня какие-то подарки, довольствуясь тем, что покупала ему я или что он сам покупал на карманные деньги. Но тут он очень настойчиво стал просить у меня игрушечный автомат, потому что ему не нравится играть чужими, хотя ему даёт оружие один мальчик, который ему очень нравится — он назвал мальчика, и я заранее этого нового друга невзлюбила. Но отказывать не хотелось, тем более, что, посидев с самого начала над расчётами, я поняла поразительную вещь: жизнь в России — дешевле, чем у нас, просто очень непривычен её внешний антураж и какая-то беспечность и непричёсанность. В майские выходные (их тут несколько) мы пошли за покупками; новый друг Ганса присоединился к нам, и я вынуждена была изменить своё мнение о нём, хотя и не сразу, потому что он явился босиком, и на улице, идя рядом с мальчиками, я была натянута, как струна — мне казалось каждую секунду, что сейчас нас просто задержат, и мне придётся объяснять, что я не мать этого мальчика. Но несмотря на его внешний вид, он оказался очень воспитанным и культурным. Кроме того, в Австралии я видела, что многие дети тоже ходят примерно в таком виде.

Покупка производилась со знанием дела, с обсуждением оружия и даже его примеркой. Я чувствовала себя главарём банды. В конце концов мы купили какой-то пистолет (мальчики его называли, но я забыла) и автомат, в точности такой, какими пользовались наши, немецкие солдаты в последнюю Мировую войну. Теперь мой сын был вооружён и мог принимать участие в боевых действиях.

Уже позже я узнала, что сами боевые действия ему доставили сперва немало огорчений. Дело в том, что у русских детей есть традиция делиться в такой игре на команды с названиями настоящих народов — как правило, тех, с которыми русские воевали. И, конечно, почётным считается быть «русским», из-за раздела на команды даже возникают драки. После того, как Ганс принёс в игру своё новое оружие такого характерного вида — его тут же записали в «немцы». В смысле, в гитлеровские нацисты, чего он, разумеется, не хотел.

Ему возражали, причём с точки зрения логики вполне резонно: «Почему не хочешь, ты же немец!» «Но я не такой немец!» — вопил мой несчастный сын. Он уже успел посмотреть по телевидению несколько очень неприятных фильмов и, хотя я понимаю, что показанное там — правда, и мы на самом деле виноваты, но мальчику одиннадцати лет объяснить это трудно: «таким» немцем он быть наотрез отказывался.

Выручил Ганса, да и всю игру, тот самый мальчик, новый друг моего сына. Я передаю его слова так, как мне их передал Ганс — видимо, дословно: «Тогда знаете что?! Будем все вместе воевать против американцев!»
Это совершенно безумная страна. Но мне тут нравится, и моему мальчику тоже.



2) Макс, 13 лет, немец. Кража со взломом из соседского погреба (не первая кража со взломом на его счету, но первая — в России)

Пришедший к нам участковый был очень вежлив. Это вообще общее место у русских — к иностранцам из Европы они относятся робко-вежливо-настороженно, очень много нужно времени, чтобы тебя признали «своим». Но вещи, которые он говорил, нас напугали. Оказывается, Макс совершил УГОЛОВНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ — КРАЖУ СО ВЗЛОМОМ! И нам повезло, что ему ещё нет 14 лет, иначе мог бы рассматриваться вопрос о сроке реального заключения до пяти лет! То есть, от преступления по полной ответственности его отделяли те три дня, которые оставались до его дня рождения! Мы не верили своим ушам. Оказывается, в России с 14 лет можно по-настоящему сесть в тюрьму! Мы пожалели, что приехали. На наши робкие расспросы — мол, как же так, почему ребёнок должен отвечать с такого возраста — участковый удивился, мы просто не поняли друг друга. Мы привыкли, что в Германии ребёнок находится в сверхприоритетном положении, максимум, что грозило бы Максу за такое на старой родине — профилактическая беседа. Впрочем, участковый сказал, что всё-таки едва ли суд назначил бы нашему сыну даже после 14 лет настоящий тюремный срок; это очень редко делают с первого раза за преступления, не связанные с покушением на безопасность личности. Ещё нам повезло, что соседи не написали заявления (в России это играет большую роль — без заявления пострадавшей стороны не рассматривают и более серьёзные преступления), и нам не придётся даже платить штраф. Нас это тоже удивило — сочетание такого жестокого закона и такой странной позиции людей, не желающих им пользоваться. Помявшись перед самым уходом, участковый спросил, склонен ли Макс вообще к асоциальному поведению. Пришлось признать, что склонен, более того — ему не нравится в России, но связано это, конечно с периодом взросления и должно пройти с возрастом. На что участковый заметил, что мальчишку надо было выдрать после первой же его выходки, и дело с концом, а не ждать, пока он вырастет в вора. И ушёл.

Нас это пожелание из уст стража порядка тоже поразило. Мы, честно говоря, и не думали в тот момент, как близки к исполнению пожеланий офицера.

Сразу после его ухода муж поговорил с Максом и потребовал от него пойти к соседям, извиниться и предложить отработать ущерб. Начался грандиозный скандал — Макс наотрез отказывался так поступать. Дальнейшее описывать я не буду — после очередного очень грубого выпада в наш адрес сына муж сделал именно так, как советовал участковый. Сейчас я осознаю, что это выглядело и было более смешно, чем на самом деле сурово, но тогда это поразило меня и потрясло Макса. Когда муж его отпустил — сам потрясённый тем, что сделал — наш сын убежал в комнату. Видимо, это был катарсис — до него вдруг дошло, что отец намного сильнее физически, что ему некуда и некому пожаловаться на «родительское насилие», что от него ТРЕБУЕТСЯ возместить ущерб самому, что он находился в шаге от настоящих суда и тюрьмы. В комнате он плакал, не напоказ, а по-настоящему. Мы сидели в гостиной, как две статуи, ощущая себя настоящими преступниками, более того — нарушителями табу. Мы ждали требовательного стука в дверь. В наших головах роились ужасные мысли — о том, что сын перестанет нам доверять, что он совершит самоубийство, что мы нанесли ему тяжкую психическую травму — в общем, множество тех слов и формул, которые мы заучили на психотренингах ещё до рождения Макса.

К ужину Макс не вышел и крикнул всё ещё со слезами, что будет есть в своей комнате. К моему удивлению и ужасу муж ответил, что в этом случае ужина Макс не получит, а если он не будет сидеть за столом через минуту, то не получит и завтрака.

Макс вышел через полминуты. Я таким его ещё никогда не видела. Впрочем, мужа я тоже не видела таким — он отправил Макса умываться и приказал, когда тот вернулся, попросить сперва прощенья, а потом разрешения сесть за стол. Я была поражена — Макс делал всё это, угрюмо, не поднимая на нас глаз. Перед тем, как начать есть, муж сказал: «Послушай, сынок. Русские воспитывают своих детей именно так, и я буду тебя воспитывать так. Глупости кончились. Я не хочу, чтобы ты попал за решётку, думаю — ты тоже этого не хочешь, и ты слышал, что сказал офицер. Но я не хочу ещё и того, чтобы ты вырос бесчувственным бездельником. И вот тут мне плевать на твоё мнение. Завтра ты пойдёшь к соседям с извинениями и будешь работать там и так, где и как они скажут. Пока не отработаешь сумму, которой ты их лишил. Ты понял меня?»

Макс несколько секунд молчал. Потом поднял глаза и ответил негромко, но отчётливо: «Да, пап.»…

…Вы не поверите, но у нас не просто более не было нужды в таких диких сценах, как разыгравшаяся в гостиной после ухода участкового — нашего сына словно бы подменили. Первое время я даже боялась этой перемены. Мне казалось, что Макс затаил обиду. И только через месяц с лишним я поняла, что ничего подобного нет. И ещё я поняла гораздо более важную вещь. В нашем доме и за наш счёт много лет жил маленький (и уже не очень маленький) деспот и бездельник, который вовсе нам не доверял и не смотрел на нас, как на друзей, в чём нас убеждали те, по чьим методикам мы его «воспитывали» — он нас втайне презирал и нами умело пользовался. И виноваты в этом были именно мы — виноваты в том, что вели себя с ним так, как нам внушили «авторитетные специалисты». С другой стороны — был ли в Германии у нас выбор? Нет, не было, честно говорю я себе. Там на страже нашего страха и детского эгоизма Макса стоял нелепый закон. Здесь выбор — есть. Мы его сделали, и он оказался верным. Мы счастливы, а главное — на самом деле счастлив Макс. У него появились родители. А у меня и мужа — сын. А у нас — СЕМЬЯ.

3) Микко, 10 лет, финн. Настучал на одноклассников

Его вчетвером избили одноклассники. Как мы поняли — избили не очень сильно, сбили с ног и настукали рюкзаками. Причиной было то, что Микко наткнулся на двоих из них, курящих за школой в саду. Ему тоже предложили курить, он отказался и тут же сообщил об этом учительнице. Она наказала маленьких курильщиков, отобрав у них сигареты и заставив мыть полы в классе (что нас само по себе поразило в этой истории). Микко она не назвала, но догадаться о том, кто рассказал про них, было легко.

Он был в полном расстройстве и не столько даже переживал побои, сколько недоумевал — разве о таких вещах не надо докладывать учительнице?! Пришлось объяснить ему, что у русских детей не принято так делать, напротив — принято молчать о таких вещах, даже если напрямую спросят взрослые. Мы были злы и на себя — мы не объяснили этого сыну. Я предложила мужу рассказать учительнице или поговорить с родителями тех, кто участвовал в нападении на Микко, однако, обсудив этот вопрос, мы отказались от таких действий. Между тем наш сын не находил себе места. «Но тогда получается, что теперь меня будут презирать?!» — спросил он. Он был в ужасе. Он был похож на человека, попавшего к инопланетянам и обнаружившего, что ничего не знает об их законах. А мы ничего не могли ему посоветовать, потому что ничто из предыдущего опыта нам не подсказывало, как тут быть. Меня лично злила здесь какая-то русская двойная мораль — разве можно учить детей говорить правду и тут же приучать, что говорить правду нельзя?! Но в то же время мучили меня и какие-то сомнения — что-то мне подсказывало: не всё так просто, хотя сформулировать это я не могла. Муж между тем думал — лицо у него было угрюмое. Вдруг он взял Микко за локти, поставил перед собой и сказал ему, сделав мне жест, чтобы я не вмешивалась: «Завтра просто скажи тем ребятам, что ты не хотел доносить, ты не знал, что нельзя и ты просишь прощенья. Они станут над тобой смеяться. И тогда ты ударишь того, кто засмеётся первым.» «Но папа, они меня по-настоящему изобьют!» — захныкал Микко. «Я знаю. Ты будешь отбиваться и тебя изобьют, потому что их много. Но ты сильный, и ты тоже успеешь ударить не раз. А потом, на следующий день, ты снова повторишь то же самое и, если кто-то засмеётся, ты снова его ударишь.» «Но папаааа!» — Микко почти взвыл, однако отец его оборвал: «Ты сделаешь так, как я сказал, понял?!» И сын кивнул, хотя на глазах у него были слёзы. Отец ещё добавил: «Я узнаю специально, был разговор или нет.»

На следующий день Микко побили. Довольно сильно. Я не находила себе места. Муж тоже мучился, я это видела. Но к нашему изумлению и радости Микко, через день драки не было. Он прибежал домой очень весёлый и взахлёб рассказал, что он сделал так, как велел отец, и никто не стал смеяться, только кто-то буркнул: «Да хватит, слышали уже все…» Самое странное на мой взгляд, что с этого момента класс принял нашего сына совершенно за своего, и никто не напоминал ему о том конфликте.



4) Зорко, 13 лет, серб. О беспечности русских

Сама страна Зорко очень понравилась. Дело в том, что он не помнит, как бывает, когда нет войны, взрывов, террористов и прочего. Он родился как раз во время Отечественной Войны 99-го и фактически всю жизнь прожил за колючей проволокой в анклаве, а у меня над кроватью висел автомат. Два ружья с картечью лежали на шкафу у внешнего окна. Пока мы не оформили тут два ружья, Зорко был в постоянном беспокойстве. Ещё его настораживало, что окна комнаты выходят на лес. В общем, попасть в мир, где никто не стреляет иначе как в лесу на охоте, для него было настоящим откровением. Старшая наша девочка и младший брат Зорко всё приняли намного быстрей и спокойней в силу своего возраста.

Но больше всего моего сына поразило и ужаснуло то, что русские дети невероятно беспечны. Они готовы дружить с кем угодно, как говорят русские взрослые «лишь бы человек был хороший». Зорко быстро с ними сошёлся, и то, что он перестал жить в постоянном ожидании войны — в основном их заслуга. Но нож с собой он носить так и не перестал, и ещё с его лёгкой руки почти все мальчики из его класса стали носить с собой какие-то ножи. Просто потому, что мальчишки хуже обезьян, подражание у них в крови.

Так вот о беспечности. В школе учатся несколько мусульман из разных народов. Русские дети с ними дружат. Зорко с первого же дня поставил границу между собой и «муслиманцы» — он их не замечает, если те достаточно далеко, если оказываются рядом — третирует, отталкивает, чтобы куда-то пройти, резко и ясно угрожает побоями даже в ответ на обычный взгляд, говоря, что на серба и «правосълавца» в России они не имеют права поднимать глаза. У русских детей подобное поведение вызвало изумление, у нас даже были некоторые, небольшие, правда, проблемы со школьным начальством. Сами эти мусульмане вполне мирные, я бы даже сказал — вежливые люди. Я говорил с сыном, но он ответил мне, что я хочу обмануть сам себя и что я сам ему рассказывал, что на Косове они тоже были сначала вежливые и мирные, пока их было мало. Русским мальчикам он тоже про это рассказывал много раз и всё время повторяет, что они слишком добрые и слишком беспечные. Ему тут очень нравится, он буквально оттаял, но при этом мой сын убеждён, что нас и здесь ждёт война. И, похоже, готовится воевать всерьёз.

5) Энн, 16 лет и Билл, 12 лет, американцы. Что такое работа?

Предложения поработать бэбиситтером вызывали у людей либо недоумение, либо смех. Энн была крайне расстроена и очень удивилась, когда я пояснил ей, заинтересовавшись проблемой, что у русских не принято нанимать людей для наблюдения за детьми старше 7-10 лет — они сами играют, сами гуляют и вообще вне школы или каких-то кружков и секций предоставлены самим себе. А за детьми младшего возраста чаще всего наблюдают бабушки, иногда — матери, и только для совсем малышей состоятельные семьи нанимают иногда нянь, но это бывают не девочки-старшеклассницы, а женщины с солидным опытом, зарабатывающие этим на жизнь.

Так моя дочь осталась без заработка. Ужасная потеря. Страшные русские обычаи.

Через короткое время удар был нанесён и Биллу. Русские очень странный народ, они не стригут свои газоны и не нанимают детей на развозку почты… Работа, которую нашёл Билл, оказалась «работой на плантации» — за пятьсот рублей он полдня вскапывал ручной лопатой здоровенный огород у какой-то милой старушки. То, во что он превратил свои руки, напоминало отбивные с кровью. Впрочем, в отличие от Энн, сынок отнёсся к этому скорей с юмором и уже вполне серьёзно заметил, что это может стать неплохим бизнесом, когда руки попривыкнут, надо только развесить объявления, желательно цветные. Энн он предложил войти в долю с прополкой — опять же ручным выдёргиваньем сорняков — и они тут же поругались.


6) Чарли и Чарлин, 9 лет, американцы. Особенности русского мироощущения в сельской местности.

У русских есть две неприятные особенности. Первая — что в разговоре они норовят схватить тебя за локоть или плечо. Вторая — они невероятно много пьют. Нет, я знаю, что на самом деле многие народы на Земле пьют больше русских. Но русские пьют очень открыто и даже с каким-то удовольствием.

Тем не менее, эти недостатки вроде бы искупались замечательной местностью, в которой мы поселились. Это была просто-напросто сказка. Правда, сам населённый пункт напоминал населённый пункт из фильма-катастрофы. Муж сказал, что здесь так почти везде и что на это не стоит обращать внимания — люди тут хорошие.

Я не очень поверила. А наши близнецы были, как мне казалось, немного напуганы происходящим.

Окончательно повергло меня в ужас то, что в первый же учебный день, когда я как раз собиралась подъехать за близнецами на нашей машине (до школы было около мили), их уже привёз прямо к дому какой-то не совсем трезвый мужик на жутком полуржавом джипе, похожем на старые форды. Передо мной он долго и многословно извинялся за что-то, ссылался на какие-то праздники, рассыпался в похвалах моим детям, передал от кого-то привет и уехал. Я обрушилась на моих невинных ангелочков, бурно и весело обсуждавших первый день учёбы, со строгими вопросами: разве мало я им говорила, чтобы они НИКОГДА НЕ СМЕЛИ ДАЖЕ БЛИЗКО ПОДХОДИТЬ К ЧУЖИМ ЛЮДЯМ?! Как они могли сесть в машину к этому человеку?!

В ответ я услышала, что это не чужой человек, а заведующий школьным хозяйством, у которого золотые руки и которого все очень любят, и у которого жена работает поваром в школьной столовой. Я обмерла от ужаса. Я отдала своих детей в притон!!! А так всё мило казалось с первого взгляда… У меня в голове крутились многочисленные истории из прессы о царящих в русской глубинке диких нравах…

…Не стану далее вас интриговать. Жизнь здесь оказалась на самом деле замечательной, и особенно замечательной для наших детей. Хотя боюсь, что я получила немало седых волос из-за их поведения. Мне невероятно трудно было привыкнуть к самой мысли, что девятилетние (и десяти-, и так далее позже) мои дети по здешним обычаям считаются во-первых более чем самостоятельными. Они уходят гулять со здешними ребятишками на пять, восемь, десять часов — за две, три, пять миль, в лес или на жуткий совершенно дикий пруд. Что в школу и из школы тут все ходят пешком, и они тоже вскоре начали поступать так же — я уже просто не упоминаю. А во-вторых, тут дети во многом считаются общими. Они могут, например, зайти всей компанией к кому-нибудь в гости и тут же пообедать — не выпить чего-нибудь и съесть пару печений, а именно плотно пообедать, чисто по-русски. Кроме того, фактически каждая женщина, в поле зрения которой они попадают, тут же берёт на себя ответственность за чужих детей как-то совершенно автоматически; я, например, научилась так поступать только на третий год нашего тут пребывания.

С ДЕТЬМИ ЗДЕСЬ НИКОГДА НИЧЕГО НЕ СЛУЧАЕТСЯ. Я имею в виду — им не грозит никакая опасность от людей. Ни от каких. В больших городах, насколько мне известно, ситуация больше похожа на американскую, но здесь это так и именно так. Конечно, дети сами могут нанести себе немалый вред, и я первое время пыталась это как-то контролировать, но это оказалось просто невозможно. Меня сперва поражало, насколько бездушны наши соседи, которые на вопрос о том, где их ребёнок, отвечали совершенно спокойно «бегает где-то, к обеду прискачет!» Господи, да ведь в Америке это — подсудное дело, такое отношение! Прошло немало времени, прежде чем я поняла, что эти женщины намного мудрее меня, а их дети куда приспособленней к жизни, чем мои — по крайней мере, какими они были в начале.

Мы, американцы, гордимся своими навыками, умениями и практичностью. Но, пожив здесь, я поняла с печалью, что это — сладкий самообман. Может быть — когда-то было так. Сейчас мы — и особенно наши дети — рабы комфортабельной клетки, в прутья которой пропущен ток, совершенно не допускающий нормального, свободного развития человека в нашем обществе. Если русских каким-то образом отучить пить — они легко и без единого выстрела покорят весь современный мир. Это я заявляю ответственно.



7) Адольф Брейвик, 35 лет, швед. Отец троих детей.

То, что русские, взрослые, могут ссориться и скандалить, что под горячую руку может вздуть жену, а жена отхлестать полотенцем ребёнка — НО ПРИ ЭТОМ ОНИ ВСЕ НА САМОМ ДЕЛЕ ЛЮБЯТ ДРУГ ДРУГА И ДРУГ БЕЗ ДРУГА ИМ ПЛОХО — в голову человека, переделанного под принятые в наших родных краях стандарты, просто не укладывается. Я не скажу, что я это одобряю, такое поведение многих русских. Я не считаю, что бить жену и физически наказывать детей — это верный путь, и сам я так никогда не делал и не стану делать. Но я просто призываю понять: семья здесь — это не просто слово. Из русских детских домов дети убегают к родителям. Из наших лукаво названных «замещающих семей» — практически никогда. Наши дети до такой степени привыкли, что у них в сущности нет родителей, что они спокойно подчиняются всему, что делает с ними любой взрослый человек. Они не способны ни на бунт, ни на побег, ни на сопротивление, даже когда дело идёт об их жизни или здоровье — они приучены к тому, что являются собственностью не семьи, а ВСЕХ СРАЗУ.

Русские дети — бегут. Бегут нередко в ужасающие бытовые условия. При этом в детских домах России вовсе не так страшно, как мы привыкли представлять. Регулярная и обильная еда, компьютеры, развлечения, уход и присмотр. Тем не менее побеги «домой» очень и очень часты и встречают полное понимание даже среди тех, кто по долгу службы возвращает детей обратно в детский дом. «А чего вы хотите? — говорят они совершено непредставимые для нашего полицейского или работника опеки слова. — Там же ДОМ.» А ведь надо учесть, что в России нет и близко того антисемейного произвола, который царит у нас. Чтобы русского ребёнка отобрали в детский дом — в его родной семье на самом деле должно быть УЖАСНО, поверьте мне.

Нам трудно понять, что, в общем-то, ребёнок, которого нередко бьёт отец, но при этом берёт его с собой на рыбалку и учит владеть инструментами и возиться с машиной или мотоциклом — может быть гораздо счастливей и на самом деле гораздо счастливей, чем ребёнок, которого отец и пальцем не тронул, но с которым он видится пятнадцать минут в день за завтраком и ужином. Это прозвучит крамольно для современного западного человека, но это правда, поверьте моему опыту жителя двух парадоксально разных стран. Мы так постарались по чьей-то недоброй указке создать «безопасный мир» для своих детей, что уничтожили в себе и в них всё человеческое. Только в России я действительно понял, с ужасом понял, что все те слова, которыми оперируют на моей старой родине, разрушая семьи — на самом деле являются смесью несусветной глупости, порождённой больным рассудком и самого отвратительного цинизма, порождённого жаждой поощрений и страхом потерять своё место в органах опеки. Говоря о «защите детей», чиновники в Швеции — и не только в Швеции — разрушают их души. Разрушают бесстыдно и безумно. Там я не мог сказать этого открыто. Здесь — говорю: моя несчастная родина тяжко больна отвлечёнными, умозрительными «правами детей», ради соблюдения которых убиваются счастливые семьи и калечатся живые дети.

Дом, отец, мать — для русского это вовсе не просто слова-понятия. Это слова-символы, почти сакральные заклинания.

Поразительно, что у нас такого — нет. Мы не ощущаем связи с местом, в котором живём, даже очень комфортабельным местом. Мы не ощущаем связи с нашими детьми, им не нужна связь с нами. И, по-моему, всё это было отобрано у нас специально. Вот — одна из причин, по которой я сюда приехал. В России я могу ощущать себя отцом и мужем, моя жена — матерью и женой, наши дети — любимыми детьми. Мы люди, свободные люди, а не наёмные служащие госкорпорации с ограниченной ответственностью «Семья». И это очень приятно. Это комфортно чисто психологически. До такой степени, что искупает целую кучу недостатков и нелепостей жизни здесь.

Честное слово, я верю, что у нас в доме живёт домовой, оставшийся от прежних хозяев. Русский домовой, добрый. И наши дети верят в это.

http://www.hram-evenkya.ru/novosti/inostrantsyi-o-rossii-eto-sovershenno-bezumnaya-strana-no-mne-tut-nravitsya-i-moemu-malchiku-tozhe


Куба: загадка и разгадка (копипаста с Крылова)

Оригинал
[Spoiler (click to open)]
Для начала: само существование Кубы нарушало абсолютную монополию США на контроль над Западным полушарием. Когда кубинское радио сообщает «Говорит Куба, первая свободная территория Америки», оно право – если понимать под этим свободу от американского влияния. Это само по себе беспрецедентно круто.

Далее: Куба была главным разжигальщиком и помогальщиком всех латиноамериканских инициатив, направленных на уменьшение влияния США. Начиная от прямой военной помощи разным латиноамериканским революционерам и кончая инициативами по созданию разного рода международных альянсков. Например, таких, как СЕЛАК (Содружество государств Латинской Америки и Карибского бассейна), куда входят вообще все американские государства, кроме США и Канады – и где Куба играет весьма важную роль. Да что там: Куба вводила войска в Анголу и Мозамбик, то есть осуществляла геополитические действия на другом полушарии. Наконец, в 1962 году Куба согласилась на присутствие советских ракет на острове – что едва не привело к третьей мировой войне. Можно сказать, в этот момент на Кубе решались судьбы мира.

И при всём том сверхмогущественные Соединённые Штаты ничего (по слогам: ни – че – го) не могли сделать ни с мятежным островом, ни с его руководителем. Самая долгое за всю историю мира эмбарго, с 1962 по наше время – разрушило кубинскую экономику, но не кубинский режим. На самого Кастро покушались, по официальным кубинским данным, несколько сот раз. Бородатый вождь пережил не только покушавшихся, но и тех, кто их посылал. Кастро пережил всех своих активных врагов – и дожил до личного визита американского президента на Остров Свободы.

Всё это было бы не так удивительно, если бы толстая советская спина по-прежнему закрывала бы собой Остров Свободы. Но спины нет, а Куба – со своим социализмом, со своим неуёмным участием во всех делах, и, удивительно, с тем же Кастро. Который не разделил участи ни Чаушеско, ни Милошевича, а преспокойно продолжал жить-поживать да добра наживать.

Всё это звучит совершеннейшей сказкой. «Так не бывает». Однако сказочку хавают, за неимением лучшей.

Ну, давайте я тоже расскажу сказочку. Верить в неё, конечно, не надо. Потому что это будет сказка конспирологическая, а это ведь очень-очень стыдно – читать всякое конспирологическое. Это же только психи ненормальные верят, что в мире существуют какие-то заговоры и тайные дела: всем же известно, что в мире всё делается честно и открыто.

Так что вы предупреждены. Ну а теперь сказка.

Есть такое мнение (общепризнанное), что все социалистические революции на Земле были сделаны или инспирированы Советским Союзом. Советский же Союз произошёл сам собой, от того, что последний правитель России, Николашка-дурашка Кровавый, был очень-очень плохим. Таким плохим, каких в истории не бывало. От этого произошла Великая Октябрьская Социалистическая эта самая, а дальше понеслось.

Есть, однако, и такое мнение, что к Великой Октябрьской приложили руку немцы, французы и особенно англичане, которым Россия вообще мешала, русский народ мешал особенно, а плохой царь Николашка-дурашка раздражал совершенно невыносимо, потому что при его правлении Россия имела все шансы превратиться в сверхдержаву. Так что его оформили вместе с семьёй, а на месте России сделали огромную человекодавилку, называемую СССР. А так всё правильно: все прочие революции делались именно руками СССР.

Однако это не значит, что Лондон совсем утратил способность устраивать революции. Да, он предпочитал действовать именно советскими руками – уж ольно грязное дело. Но в случаях по-настоящему важных брал дело в свои руки.

Так вот. Кубинскую революцию делали не советскими руками, как все остальные, а непосредственно из Лондона. То есть это была вторая социалистическая революция, инспирированная НЕПОСРЕДСТВЕННО из лондонского Центра.

Почему Лондон не доверил такое дело криворуким советским гениям – понятно. Западное полушарие принадлежит США, и любые телодвижения в этом пространстве позволительны только для Британии. Нет, не так: не позволительны – возможны. То есть возможны технически. Потому что советские идиоты на американской территории – всё равно что кролики с выколотыми глазами.

Вторая причина: Лондону нужна была социалистическая страна с непосредственным управлением. Потому что именно Куба должна была послужить запалом ядерного пожара. А советским – пусть даже управляемым до кишочков – всё-таки хотелось жить.

Почему Куба? В принципе, подошла бы любая другая страна в достаточной близости от США, но Куба была идеальным местом для размещения ракет. А об этом думали в первую очередь.

СССР обо всех этих планах не извещали. Кубинскую революцию Советы не то что не делали – они её вообще прохлопали. Более того, когда она уже совершилась, то у СССР это не вызвало никакого особенного интереса. Кастро считался самым обычным латиноамериканским «революционером», «панчавильей». К тому же он был из хорошей семьи, получил прекрасное образование, и никаким марксистом, разумеется, не был. «Нечего ловить».

Кастро марксистом и не был. Ему сообщили, что нужно строить социализм, через пару лет после захвата власти. Кастро очень не хотелось этого делать, но приказ начальника – закон для подчинённого. Он покряхтел-покряхтел, да и занялся построением социализма в отдельно взятой стране.

А СССР получил радостную весть – теперь нужно было кормить ещё и Кубу. Советские покряхтели-покряхтели, а куда деваться? Русским пришлось затянуть потуже пояса. Так что в 1960-м на Кубу приехал Микоян и передал первый транш – 100 миллионов в твёрдой зелёной валюте – и тогда же подписался на покупку никчёмного кубинского сахара за цену в два с половиной раза выше мировой.

«Карибский кризис» - то есть запланированное начало ядерной войны – удалось предотвратить. Однако американцы, видимо, пошли на серьёзные уступки Британии. С этого момента Куба превратилась в пистолет у виска США: британцы всегда «могли повторить».

Что касается иных итогов кризиса, то Хрущёва англичане всё-таки наказали, образцово-показательно лишив власти, а вот Кастро, который чётко выполнял все инструкции, остался английским любимчиком. Англичане даже поделились с ним своими технологиями продления жизни – биологической и политической.

Куба была главным паразитом на теле СССР: советские поставляли туда всё, от нефти и хлеба до оружия. Сорок процентов средств, уделяемых на международную помощь, шло именно Кубе. Часть полученного кубинцы употребляли сами, часть перепродавали за валюту. Особенно смачно выглядела торговля хлебом: СССР покупал хлебушек за золото в Канаде и бесплатно поставлял его кубинцам Только в 1962-1968 годах советский хлебный экспорт на Кубу составил около 500 тыс. тонн зерна в год.

Интересно, что советские Кубу не просто не любили, а даже позволяли немножечко не любить их и советскому народу. Советские знали, как жирует Куба, и напевали песенки типа: «ладушки-ладушки, Куба ест оладушки, а мы чёрный хлеб едим да всю ноченьку пердим». Или знаменитое «Куба, отдай наш хлеб! Куба, возьми свой сахар! Нам надоел твой косматый Фидель! Куба, иди ты на хер!» - это было явно разрешено сверху: по сути, излагались в доступной форме чувства советской верхушке по отношению к этой разжиревшей пиявке.

Тот факт, что кубинский «социализм» не был демонтирован после демонтажа СССР, объясняется просто. Куба была создана бритишами непосредственно, в советскую систему входила условно (только кормилась от неё) и должна была оставаться британским анклавом у берегов США. Она им и осталась.

Необходимость кормить, ласкать и лелеять Кубу Россия унаследовала от СССР вкупе с прочими обязанностями. Отсюда и списание чудовищного кубинского долга, и прочие упоительные истории.

Напоминаю читателю, что всё это сказки и легенды. Однако из них следует некий практический вывод: автоматом после смерти Кастро скощуха кубинскому народу не выйдет. Пока Британия и США не урегулируют все вопросы, кубинцам придётся немножечко потерпеть при «сыцылизме». Впрочем, тот факт, что Обама восстановил отношения с Кубой, указывает на то, что ждать светлых деньков осталось недолго. Учитывая же все обстоятельства – прежде всего наличие кубинской общины в Майами – капитализм на Кубе можно восстановить в течении недели-двух: просто прислать эмигрантов, разать им собственность и ввести законы времён Батисты. И снова Остров Вечного Счастья станет самим собой, то есть суперкурортом, дорогим борделем и игорным раем… Но это если договорятся. А пока – будет «вот это вот всё», включая древние машины и дешёвых девиц.

И напоследок. Миловаться напрямую Британия и Куба не могли. Приходилось это делать украдкой. Вот например, в 2000 году Кастро установил в Гаване памятник Джону Леннону, а себя объявил не ленинистом, а «леннонистом». Учитывая, что «Битлз» был алмазной британской спецоперацией, этим было сказано всё. Упоительные детальки можно прочитать здесь. И не надо думать, что это всё старческие причуды: Кастро был кто угодно, но не старик с причудами.

Ну а теперь, дорогие читатели, послушав сказочку, можете снова углубиться в дебри серьёзной международной аналитики. Пусть-ка они объяснят, как это махонькая Куба в одиночку борется с Америкой.

А знаете что? Наверное, всё дело в непоколебимом духе кубинского народа и гениальности его лидера. Ибо непоколебимый дух и гениальность – это вещи конкретные, осязаемые, реальные, не какая-нибудь там конспирология, тьфу на неё, проклятую, тьфу.