?

Log in

No account? Create an account

November 12th, 2018

После крушения в 1917-1918 годах трёх великих европейских империй - Российской, Германской и Австрийской - процесс глобализации дошел до своей финальной стадии. За столом Большой Игры осталось лишь два старых и великих Игрока: Британия и Франция. Властные группировки старой германской аристократии ("пожалуй, немцы") несомненно тоже сохранили дееспособность и какие-то рычаги управления. Но их временно оттеснили от стола, на котором разыгрывается официальная партия глобальной Игры, и им оставалось лишь влиять на исход чужой игры.

Только влиять... но это тонкое влияние, как мне кажется, было огромным по своим последствиям.

Мне представляется, что именно этим влиянием был обусловлен стремительный взлёт США, который сильно навредил победителям - Британии и Франции - и не дал им спокойно насладиться плодами победы в Первой мировой. Вместо этого Европа оказалась вскоре ввергнута в ад Второй мировой, а потом и вообще оттеснена на второй план неимоверно разбогатевшими американцами. Мне представляется, что таким образом "пожалуй, немцы" руками американцев грубо одернули и поставили на место Британию и Францию, заставили их считаться с собой и вернуть им место за Столом. Евросоюз и явился финальным плодом этой интриги, которая таким образом и составила основное политическое содержание событий XX века.

Если смотеть на XX век "сверху", в плане глобальной истории, этот век оказался временем наибольшего унижения Старой Европы. Вечная борьба французов и немцев, сколько раз уже ввергавшая мир в тотальные войны, взорвала Европу  в 1914-м году. Разгром немцев французами (вступившими для этого в союз со своими врагами-англичанами) оказался пирровой победой, и старым врагам пришлось пожать друг другу руки, чтобы осадить англосаксов, которые сверх всякой меры нагрели руки на их вражде. Сейчас будущее человечества по большей части зависит от того, смогут ли французы сохранить союз с немцами. Сохранить единство Европы. Я уверен, что англосаксы сейчас из кожи вон лезут, чтобы этого не произошло, чтобы старая вражда вернулась как новый приступ горячки, и раскол континентальной Европы возобновился. Ибо Единой Европе противостоять они не смогут, будучи сами расколоты внутри себя на Британию и восставшие Колонии.

Но в данный момент меня больше всего привлекает период "межвоенья" (1918-1938), когда Британия и Франция делили между собой лавры победителей Первой мировой. Чем интересно это время? Тем, что в первом приближении можно считать, что в мире действовало лишь три суверенные силы: Британия, Франция, США. В первом приближении можно не учитывать старую германскую аристократию, так как это был момент её наибольшей слабости. Можно включить её влияние в состав "США", и тогда у нас получается почти в чистом виде пресловутая "задача трёх тел", о которой я столько говорю на страницах этого ЖЖурнала (см. например Правило треугольника). Своеобразие условий этой задачи в том, что наличие трех попарно противостоящих центров власти заставляет каждую из сторон этого трехстороннего конфликта избегать конфронтации с любой из двух оставшихся, чтобы не допустить таким образом чрезмерного усиления третьей стороны (см. Закон третьего радующегося). А значит, "задача трех тел" всегда имеет своим решением мирное сосуществование конфликтующих сторон до тех пор, пока наконец две из них не заключат союз против третьей, после чего "три тела" упрощаются до "двух тел", и конфликтология ситуации упрощается до максимального предела, и логика происходящего становится предельно ясной.

Какой бы сложной ни казалась схема конфликта, сколько бы участников он в себя ни включал, если он описывается двудольным графом, то логика его проста как детская игра и как учение Заратустры: вот условно "добрые", а вот условно "злые", причем с точки зрения условно "злых" как раз они условно "добрые". а условно "добрые" - условно "злые". Именно такой - примитивной - была по большей части схема тотального европейского конфликта в эпоху  Трехсотлетней войны. Лишь в отдельные моменты она усложнялась до "трех тел", ввергая исследователя в мучительные поиски смысла жизни.)))

Конфликтология трех тел сложна по самой своей природе, так как человеческое мышление спонтанно стремится все свести к простому дуализму. Но ещё более её осложняет вот какое обстоятельство.

За последний год я окончательно утвердился в мысли, что "король"-одиночка нежизнеспособен, и возглавляемая им властная группировка обречена на разделение. (См. Как рождаются властные группировки) Причем это разделение начинается не только после смерти "короля" (это ещё полбеды), но и уже при его жизни. "Король" не имеет сюзерена, и весь его властный ресурс составляют его собственные вассалы - "герцоги", и другого властного ресурса  у него нет. "Король" может иметь какой-то уникальный ресурс Управления - необыкновенную мудрость, признание со стороны народа, религиозную "санкцию", но никакой личный ресурс одного человека не может сравниться с совокупным ресурсом властной подгруппировки, возглавляемой "герцогом". А значит, у сильного "герцога" нет причины считать одиночного "короля" своим сюзереном, хотя он может признавать его право как "первого среди равных" - просто ради того, чтобы избежать конфликта с другими "герцогами". Потому формально единая властная группировка короля-одиночки неизбежно распадается фактически на коалицию нескольких властных группировок, и фактическими вассалами короля остаются лишь слабейшие из его герцогов, так что фактически он перестает быть королем всей группировки и фактически остается королем лишь некоторой её части, в то время как его формальные герцоги становятся фактическими королями каждый своей собственной группировки.

И потому жизнеспособным, устойчивым состоянием Власти является всегда и только коалиция нескольких королей, даже если внешне, формально эта коалиция объединена каким-нибудь формальным королем, который  в действительности всегда является лишь первым среди равных. Только участие в "круглом столе", в коалиции нескольких "королей", дает королю решающее преимущество перед его "герцогами" - дает этим герцогам устойчивую и неустранимую причину сохранять вассальную преданность своему фактическому "королю" (а вовсе не формальному королю, который остается и именуется королем лишь ради почтеннейшей публики).

Усвоив до конца эту мысль, на данный момент самый нетривиальный вывод из теории Власти, я наконец соединил её с той картиной, которую дала мне моя возлюбленная конфликтология - с Правилом треугольника!

А именно. Если мы теперь имеем дело не с тремя попарно противостоящими Центрами Власти, но с тремя попарно противостоящими коалициями фактических "королей", то у нас внезапно возникает сложная и интересная картина. Максимально упрощая, её можно изобразить так:

Здесь мы имеем три условных "центра" власти A, B и C, но фактически три попарно противостоящих коалиции "королей":
1) A, AB, AC
2) B, BA, BC
3) C, CA, CB
Первая буква в обозначении "короля" символизирует принадлежность его к той или иной коалиции. А вторая буква показывает его политические предпочтения! Например, "король" AB принадлежит к коалиции A, но выступает противником лишь коалиции C, тяготея тем самым к союзу с коалицией B. При этом AB и BA, хотя и принадлежат к разным коалициям, однако обнаруживают близость, тяготение друг ко другу. В то время как AB и AC, хотя и принадлежат к одной и той же коалиции, оказываются в фактической вражде друг с другом, так как AB считает своим врагом C и ради победы над ним готов вступить в союз с BС, в то время как AC считает своим врагом именно B и мечтает, наоборот, вступить в союз с С, чтобы раздавить его.

Таким образом, ситуация "задачи трех тел" неизбежно приводит к разложению цельности каждой из трёх противостоящих коалиций и вместе с тем создает несколько противоречащих друг другу тенденций к образованию новых коалиций. Каждому "центру" Власти (A, B и C) потенциально противостоит целый "отрезок" (BC, AC и AD) соответственно.
Например, для C наиболее опасными врагами являются AB и BA, которых фактически не разделяет ничего, а союзниками для C выступают, с одной стороны, CB и BC, а с другой - CA и AC, которые противостоят друг другу. Согласитесь, весьма непростое положение!

(Продолжение следует)