January 11th, 2020

Логика глобального метаконфликта

Почему мы любим внуков
больше чем детей?
Дети - наши враги.
Враги наших врагов -
наши друзья.

Эта заметка является по сути продолжением новой и интересной для меня темы Ирана (см. ПЕРСИЯ: старая и страшная)

Скажу сразу: хотя я совсем недавно отметил несомненный для меня признак приближающейся войны (см. Черногория: первые искры Третьей мировой), меня почему-то почти не заинтересовало происшедшее на днях обострение отношений между Ираном и США. Я даже не следил за новостями, спокойно ожидая, пока знакомые мне всё расскажут и объяснят. Слава Богу, там вроде пока утихло - зато эта история дала мне повод и возможность снова вернуться к теме Персии (а также США), потому что многие умные и наблюдательные люди высказались по этому поводу. Подборку их цитат я дам в продолжении (см. История исламской революции), а пока предложу вниманию моего дорогого читателя одну концептуальную идею, позволяющую осознать существование конфликтов особого типа, которые я предложил бы назвать метаконфликтами.

Речь идёт о конфликтах между ступенями внутри одной и той же иерархической структуры. Но давайте по порядку.

Во всякой системе Управления человек чаще всего сталкивается со своим непосредственным начальством и вынужден давить своих непосредственных подчиненных. Это тривиальное наблюдение за жизнью, и по этой-то самой причине мудрые властители предпочитают предоставлять сомнительное удовольствие от управления людьми кому-нибудь другому, сами оставаясь в стороне над конфликтом и наблюдая его течение извне. (См. подробнее заметку Естественное и искусственное государство) Менее тривиально вот какое следствие этого обстоятельства: лица, находящиеся внутри иерархии через одну ступеньку друг от друга оказываются естественными союзниками, так как имеют общего "врага" в лице промежуточной ступени. Это странное свойство любой иерархии Управления фундаментально и неустранимо, но мне кажется, мало кто осознаёт его и использует.

Но речь у нас сейчас пойдет не о конфликте между разными ступенями иерархии Управления, а о конфликте внутри иерархии уровней метаигры, описанных в заметке Хозяева дискурса и Господин реальности. Напомню, что мы там классифицировали участников любой жизненной игры по следующим категориям: фигуры (3), игроки (2), хозяева игры (1) и хозяева дискурса (0).

[Spoiler (click to open)]
В большой политической Игре этим уровням соответствуют: управляемые (3) и Управление (2), а также Власть (1), которая задает игрокам правила, по которым они играют. И наконец, на высшем уровне (0) находятся те, кто задаёт людям Власти сам язык (дискурс), при помощи которого они мыслят, и пользуясь которым задают игрокам правила.

Для нас важно было отметить, что человек Власти может вовсе не участвовать в Управлении! Вполне достаточно, если он имеет возможность не допустить к управлению тех, кого не посчитает нужным. Это уже власть (подробнее см. заметку Определение Власти), хотя и не управление. Как уже хорошо знает мой уважаемый читатель, я полагаю, что на вершинах Власти в мире по-прежнему находятся аристократы, потомки людей Власти прежних веков. Они чаще всего не пачкают руки Управлением, предпочитая в Большой политической Игре занимать удобную и безопасную позицию над схваткой, откуда гораздо лучше видно происходящее.

Так же важно для нас осознать, что хозяева дискурса могут даже и вовсе не обладать Властью, но тем не менее именно они-то в конечном итоге и оказываются победителями, если брать большие интервалы времени. Позиция таких людей это уже практически позиция "богов", а я со своей стороны обосновал мнение, что в конечном итоге хозяевами игры являются вообще не люди, а существа иного порядка ("боги") и даже предложил моему читателю из числа материалистов утешительное объяснение природы этих существ на языке, вполне для него приемлемом (см. Хозяева дискурса (продолжение)), при помощи дискурса теории эволюции и феномена Молчания Вселенной, который я подробно описал в специально посвященном ему цикле (не будем забывать, что вообще-то я астрофизик по образованию). А люди из числа хозяев дискурса лишь сотрудничают с "богами", извлекая из этого свою специфическую пользу.

Таким образом, на разных уровнях метаигры могут находиться совершенно разные люди - а значит, между ними может возникать такой же конфликт интересов, как и между членами иерархии Управления! Эти-то специфические конфликты я и предложил бы назвать словечком метаконфликты.

Я уже описывал такой метаконфликт, сыгравший роковую роль в истории нашей страны: конфликт между Властью и Управлением в последнюю эпоху жизни Российской Империи, после смерти Александра III, который не передал своему сыну Николаю II реальную власть над системой Управления России, чем только и можно объяснить то странное на первый взгляд обстоятельство, что в этой системе тут и там сидели люди, лично Николаю враждебные. (На эту важнейшую тему лучше не пожалеть времени, см. заметку История Русской революции в свете теории Власти.) Николай II был на тот момент крупнейшим в мире игроком, если оценивать по находившимся в его распоряжении ресурсам, но увы, он не был хозяином игры! И это ещё полбеды. Беда в том, что настоящие хозяева игры (противники Николая внутри дома Романовых) разрушили систему Управления нашей страной для того, чтобы отстранить Николая - и последствия этой катастрофы для каждого русского оказались просто неичислимо велики.

Итак, в России имел место метаконфликт: конфликт между Властью и Управлением, между игроком и хозяевами игры.

И в современных США и Иране, как мне представляется, тоже происходит метаконфликт: конфликт между хозяевами игры и хозяевами дискурса.

Чтобы читателю было удобнее понять эту мою мысль, я должен напомнить мои представления о раскладе сил в современном мире. Крупнейшей фигурой в сегодняшней Большой Игре являются Соединенные Штаты Америки, а закулисные хозяева игры, контролирующие Управление этим государством, являются одновременно и самыми большими игроками на этой планете. Самая мощная Власть находится в Лондоне, и тамошние хозяева игры до сих пор задают правила игры наибольшему числу игроков, контролирующему самые обширные ресурсы (в числе контролируемых ими игроков - правители Китая, Индиии и РФ). Лондон несомненно влияет и на дискурс, но это влияние несравнимо с влиянием Парижа. И самые крутые хозяева дискурса обитают сегодня во Франции, которая задаёт моды не только в одеждах, философии и искусстве. Подробнее об этом можно почитать в цикле, который завершается заметкой Конец постмодерна (магия Рождества).

Итак, мы имеем три конкурирующих между собою центра мировой Власти, каждый из которых имеет свой непобиваемый козырь. Это очень интересная ситуация трёхстороннего конфликта, который я рассмотрел в заметке Правило треугольника. Главная и самая характерная её черта: каждая из сторон заинтересована в обострении конфликта между двумя другими, но сама при этом стремится избежать обострения конфликта с каждой из них.

При этом внутри США должны быть силы, которые ориентируются на союз с Францией против Британии, а также силы, которые ориентируются на союз с Британией против Франции. Поскольку главный козырь Франции это обитающие в ней хозяева дискурса, мне представляется очевидным, что сторонники Франции (=противники Британии) представлены в современных США противниками Трампа и сторонниками свобод для всякого рода зверушек. И соответственно, наоборот: сторонники Трампа (сознательно или бессознательно) действуют в направлении союза с Британией против Франции, почему РФ и обвиняют во влиянии на выборы в пользу Трампа: как я постоянно повторяю, а любом абсурде обязательно имеется рациональная суть (см. например заметку Логика шизофазии - на конкретном примере). "В нашем деле не бывает глупостей или случайностей," - как сказала начальница отдела французской разведки в замечательном шпионском сериале, который я толкую в заметке Бюро легенд или Сказки о Силе. Противостояние этих двух сил по-видимому и разрывает современные США пополам (правда, в отличие от многих, я не думаю, что это не катастрофа и уверен, что американцы справятся с этим вызовом).

Со своей стороны, и внутри Британии имеются силы, стремящиеся к союзу с США против Франции. Эти силы с одной стороны оказываются в естественной коалиции со сторонниками Трампа внутри США, а с другой - борются за выход Британии и Евросоюза (Брексит). Потому в моих глазах очень естественно и предсказуемо, что РФ обвиняют не только в избрании Трампа в США, но и во влиянии на общественное мнение в Англии по поводу Брексита. Лавочка-то одна и та же! Напротив, противники Брексита в Британии должны быть (по моей логике) вместе с тем и противниками Трампа, так как они тяготеют к коалиции с Евросоюзом против США. Но в целом Британия сравнительно с США парктически страдает от этого внутреннего противоречия, и понятно почему! Там сидят хозяева всей этой игры, которые задают её правила. В то время как в США мы видим преимущественно игроков - пусть очень мощных, но вынужденных играть по навязанным им правилам.

Наконец, самый интересный расклад сил - в континентальной Европе. Здесь по-прежнему доминирует Франция, однако Восточная Европа постепенно обнаруживает всё большую самостоятельность. И хотя Евросоюз ведет себя как единое целое, я не удивлюсь, если однажды по нему пройдет трещина: противостояние французов и пожалуй немцев это константа европейской политики на протяжении многих веков, и я бы не делал ставку на то, что это противостояние надолго угаснет. В конце XX века старые враги подружились против США (собственно, образовав Евросоюз), однако чем США слабее, тем меньше у них причин терпеть друг друга.

Соответственно, по моей логике получается, что в Европе должны быть представлены как сторонники союза с США против Британии, так и противники США и сторонники союза с Британией. И судя по всему, граница между теми и другими в итоге определится всё по той же Лотарингии. То есть, французские хозяева дискурса постепенно будут тяготеть к коалиции с США против Англии, а пожалуй-немецкие хозяева игры (Власть в Восточной Европе) - к традиционнгой коалиции с Англией против США (и Франции). Мне остро не хватает информации в этой области, и я был бы благодарен читателям, которые смогут сказать что-либо конкретное по этой теме.


Пока же подчеркну: удивительная особенность сегодняшнего конфликта внутри США состоит в том, что это метаконфликт.

Хозяевами игры в США являются Васпы (см. заметки Васпы и Кто создал США), естественно тяготеющие к Британии, однако они не являются хозяевами дискурса. Дискурсом владеют французы, создавая тем самым страшную, смертельную стратегическую угрозу для Васпов, которые на достаточно большой временной дистанции непременно проиграют в этом противостоянии, если не сумеют как-нибудь вывернуться.

Но самое интересное, что совершенно ту же ситуацию метаконфликта я наблюдаю в Иране!

Продолжение:
История исламской революции в Иране как пример метаконфликта
Что такое метаигра?

История исламской революции в Иране как пример метаконфликта

Эта заметка является прямым продолжением заметки Логика глобального метаконфликта, в которой я начал было говорить об Иране, но позволил себе растечься мыслью по древу, вначале выдвинув концепцию метаконфликта, а затем рассмотрев в дискурсе этой концепции положение в современном мире как целом. Но вообще-то по-настоящему меня волновал всё это время только Иран. Глядя на эту страну, в долгое время не мог уложить в своём уме то, что вижу, не мог построить цельной картины, которая бы вписывалась в моё мировоззрение как часть в целое, а не рушила его.

Иран это нечто нетривиальное. Похоже, я сильно недооценивал значение этой страны для истории России, Европы и человечества в целом. (См. заметку ПЕРСИЯ: старая и страшная.) И причина моей слепоты понятна: речь идёт не о ресурсах, не о грубой политической силе, не о Власти даже, а именно о дискурсе. Иран оказал огромное влияние на тот дискурс, внутри которого сейчас обитает человечество вообще, и европейская культура в особенности. Потому мне следовало сначала осмыслить понятие дискурса, сделав его частью моего привычного дискурса, соотнести его с другими ключевыми понятиями моего мировоззрения (Управление, Власть) - и только после этого у меня появился шанс сложить искомый пазл. Но даже после этого пазл начал складываться далеко не сразу! Уж очень странная, нетривиальная получалась картина. Судите сами.

[Много информации о положении в Иране и странное его сходство с положением в России.]Размышления об Иране. Из диалогов с читателями:

-- У персов есть аристократия?

-- Почему нет? Устранили шаха, сохранив структуру, опирающуюся на теократию.

-- Аллах его знает. У них 2500-летний Внутренний Предиктор должон быть. Эта штука посильнее аристократии. "Хозяева дискурса".

-- Внутренний предиктор это что? А, почитала в поисковиках. Это значит, в культуре иранцев гнездо дьявола.

-- Или скажем мягше, культурнее: за долгие века своей истории они овладели культурой выстраивать отношения с дьяволом. Как говорится, "для кого война, а для кого мать родна".

-- Так и не понял, из-за чего у шаха Мохаммеда Реза Пехлеви возник конфликт с шиитским духовенством? Если только земельная реформа, это всегда casus belli. А может быть, раскол генералитета на про-британскую и про-французскую клики. Пожалуй даже, про-американскую и про-европейскую клики.

-- Он же опирался, по сути дела, на альтернативную исламу традицию персидской монархии. Шиитский ислам вообще за радикальный вариант теократии, какие уж тут шахи.

-- Нынче землю хотят продавать за фантики. Это какая-то война управляющих-королей и их менеджеров: герцогов, виконтов, графов и баронов против маркизов - землевладельцев.

-- Единственный из советских начальников, кто общался с Хомейни, это Щеварднадзе, а у него с евроглобалистами были достаточно тесные связи.

-- Чтобы вспыхнул пожар, изобилие горючего материала необходимо, но не достаточно: нужно ещё, чтобы кто-то по небрежности или умышленно запалил огонь. Самое, однако, любопытное - отказ военных поддержать шаха (как когда-то царя).

-- Тем не менее, они довольно-таки долго терпели друг друга, а тут вдруг конфликт, да ещё какой.

-- Терпели они под пристальным наблюдением секретной полиции, а аятолла был в изгнании. И вообще нравы были довольно жестоки. А в целом основная проблема Ирана была в быстром развитии высокотехнологичных отраслей, нефтянка и металлургия. При таком варианте нужны высококвалифицированные кадры, а огромной крестьянской массе в поисках лучшей жизни некуда было деться. Их недовольством и воспользовалось духовенство. Такую ошибку например Китай не повторил, открыв страну для текстильной промышленности, способной утилизировать низкоквалифицированные кадры.

-- Уже теплее. Демография. Иран - очень молодая по возрастной структуре населения страна, а скопление безработной молодежи - лучшая гарантия социального взрыва. Собственно, часть арабского мира это еще раз продемонстрировала в 2011-12 годах.

-- Пехлевы и Каджары азербайджанцы, основная часть духовенства персы.

-- Да и Сефевиды тоже, то есть шахская власть всегда ассоциировалась с тюркоязычными.


-- Китаем манчжуры 266 лет правили. Социальные факторы важнее. Когда социальные противоречия обостяются, тут можно и вспомнить, что монарх-то, гнида, иноплеменный!

-- Да нет, Триады и тайпины не согласятся с этим.

-- Тайпины - это уже был довольно поздний этап. Они как раз и стали символом и симптомом социального кризиса.

-- Это самое мощное восстание, а так очень сильные были противоречия. весь императорский двор кстати вел переписку на маньчжурском, чтобы китайцы не понимали.

-- Противостояние франков и галлов во время Великой Французской Революции (sic!)

-- "Царица-немка" во время 1 мировой в России. Хотя после Елизаветы Петровны ВСЕ царицы были немками, и ничего :-)

-- Или испанцы и индейцы в Латинской Америке.

-- Я там работал накануне революции. У шахского режима возник конфликт с собственным народом, со всеми слоями, в том числе религиозным большинством. Верхи не могли, а низы не хотели жить по старому. И тогда у политтехнологов режима появилась гениальная идея свалить все на оппозиционное духовенство и объявить Хомецни британским шпионом. Это сразу сделало его известным, и чем больше его приносили, тем больше рос его авторитет как лидера. Это была народная революция. Духовенство смогло захватить и консолидировать власть лишь после иракской агрессии, поддержаной США и СССР.

-- Неужели Иран это реально субъект мировой политики?

-- Видимо, да. Американцы реально им озабочены. Причем озабочены на каком то очень глубоком уровне, более глубоком как мне кажется, чем было с СССР. Там есть поверхностное - месть за заложников. Но есть и что-то ещё.

-- Неужели Персия жива? 😮

-- Есть религиозное - апокалипсис по Иоанну. Есть что-то глубже, на уровне Ахура-Мазда - что-то ветхозаветное. Возможно Иран держит какие-то артефакты (контакты по версии про инопланетян). Но что-то именно такое: Иран тоже держит мир за яйца.

-- Помнишь, я писал про Иран, увязал его со Штатами через пуритан?

-- Конечно.

-- Но не до такой же степени 😮

-- А факт налицо. Американца смертельно обидеть несложно: назвать его неотесанной деревенщиной. Но одно дело когда это делают Англичане или даже русские - их "победили". Ну, или французы - объект для шуток про их военных. А тут сам факт наличия реально древней традиции. Притом враждебной, по линии Македонский - Кир, Эллинизм - Рим.

-- А Иран разве не побеждён?

-- Нет, реванш налицо. Иран - единственное демократическое националистическое государство на Ближнем Востоке. Там честные выборы. (Речь о выборах 2017 года!)

-- Неужели?!

-- Ага, как в предвоенной Германии. (sic! французский стиль!)

-- Там же "стражи революции" лютуют.

-- Ничего там не лютуют. Там даже геи открытые. Что для мусульман вообще-то невообразимо. Свергнуть этот режим или его подкупить невозможно.

-- И с каких пор там такая роскошь? При Хомейни же не было?

-- Там была оттепель же. "Стражи" эти -- это то что у кооператива "Озеро" в РФ никак не получается. Там абсолютно стабильное демократическое государство с сильными институтами власти. Такое никак военными средствами не победить.

-- А! интересно. Вот между прочим, вот это ОЧЕНЬ пахнет Францией. Именно Францией, а не англосаксами. Смотри. Если революционная Франция это линия Флоренции, и если Флоренция от Плифона, то ведь Плифон и с мусульманами дела имел.

-- Да, там все отметились, но Иран субъектен намного более чем РФ.

-- Субъектность и должна быть, если Иран на балансе у французов. Они управляют дискурсом, а это выше, чем Власть. Они могут себе позволить дли-и-инный поводок.

-- У Ирана намного более древняя субъектность. Например, в мусульманской вроде деспотии полно живет и огнепоклонников, и ортодоксальных иудеев. Как было в Сирии до войны, или как в Ливане. Ветки одних и тех же семей и в оппозиции в эмиграции, и в корпусе исламской революции. То есть, возможно, одни и те же люди контролируют и Иран, и оппозицию. Рьяные оппозиционеры свободно приезжают назад.

-- А в какой стране сидит оппозиция?

-- ВЕЗДЕ

Сергей Козлов о борьбе Англии и Франции за Иран:

На завершающем этапе существования Российская империя делила Персию с Англией, держа в Тегеране казачий эскорт для шаха. Учитывая, что совместно с французскими концессионерами рассматривался проект строительства трансконтинентальной ж. д. и опасения Англии за возможный русский прорыв к Индийскому океану, не трудно догадаться, кто получил гешефт в связи с крушением РИ.
До того момента, как в 1925г. британцы привели к власти Реза-шаха Пехлеви, свергнув Каджарскую династию, и поставили Иран под свой контроль, свою карьеру Реза начинал как рядовой Персидской казачьей бригады (ПКБ), был назначен телохранителем голландского консула генерала Фрица Кнебеля, а в разгар смуты вместе с бывшими сослуживцами по казачьему корпусу брал Тегеран.
Оппонент его сына, Мохамеда Реза Пехлеви, был Мосаддык, по странной случайности его мать была внучкой князя и правнучкой шаха из Каджарской династии, кроме того был женат на внучке по матери Насреддин-шаха. В 1914 году уехал обучаться в Париж, затем учился в одном швейцарском университете. Он выступал против заключения англо-иранского договора в 1919 году, который предоставлял Великобритании большие нефтяные концессии.


Мы уже поняли, что именно Франция подготовила в России Февральскую революцию, свергнув Николая II, который был склонен союзничать скорее с Англией против Франции, рассчитывая использовать Россию в тотальной войне с Англией, которая должна была развернуться после завершения Первой мировой. Об этом прямым текстом говорит Галковский, озвучивая неисполнившиеся французские планы. Цитирую:



Профессиональный дипломат сразу увидит, что у Англии Проблемы. Её владения зажимаются между Францией и Россией, причём не только в Китае, но и по всему миру. Это создавало естественную базу для франко-русского военного союза (который уже БЫЛ). Французам и русским делить было нечего, а англичане не могли ничего предложить ни России (ну и хрен с ней), ни Франции (а вот это уже плохо). Ситуацию отчасти стабилизировала союзная англичанам Япония, но русские могли ей предложить гораздо больше монгольских пустынь и холодной северной Маньчжурии, и опять-таки УЖЕ ПРЕДЛОЖИЛИ. Мало кто знает, что после русско-японской войны Россия и Япония стали стратегическими союзниками.

В отношении Ирана это означало, что Англия контроль над Ираном потеряла бы в первую очередь. А Франция - пользуясь своим влиянием в республиканской России - приобрела бы там влияние. Так что очень даже понятны мотивы, которые заставляли англичан сразу после Февраля 1917 года подыгрывать большевикам.

Приведя к власти Сталина в ходе "внутрипартийной полемики" конца 1920-х и начала 1930-х годов, англичане вскоре получили и полный контроль над Ираном. Иран был просто-напросто оккурован, причем Советскими войсками. Это произошло в начале войны, когда танковые клинья Гитлера рвались к Москве. Полный разгром, миллионы пленных... казалось бы, тут уж русским не до Ирана, однако товарищ Сталин, не моргнув глазом, посылает 44-ю, 45-ю, 46-ю, 47-ю армиии (тысячу танков) на завоевание Ирана (см. Иранская операция), оставляя тем самым хорошо видимый след реальных отношений между Англией и СССР. Оккупированный Иран был использован в 1943 году как место проведения конференции США, Британии и СССР по поводу судьбы послевоенного мира (см. Тегеранская конференция).

После войны по требованию США, ставших мировым гегемоном, британские и советские войска были выведены из Ирана (1946), после чего Штаты начали наращивать там своё собственное присутствие.

По этому поводу bohemicus меланхолично замечает:

На этой планете суверенны и субъектны только США и Европа. Отчасти Япония. Остальные - это объекты. Например, США совершили переворот в Иране (1953) и поставили у власти шаха. Европейцы свергли шаха (1979) и заменили на привезённого из Парижа Хомейни. Интересны и заслуживают внимания только действия европейцев и американцев. А иранцы очень хорошие люди, но они тут вообще ни при чём.

Один из моих читателей резонно возражает Богемику:

Вы сравните Иран с Ираком. Вполне стабильно развивающаяся страна сохранившая и территории и влияние в регионе, в своей стране иранцы хозяева.

Интересно, что та и другая точка зрения по-своему справедливы. Задача заключается в том, чтобы совместить эти два разных взгляда на предмет подобно тому, как наш ум совмещает две плоские картины, создаваемые двумя глазами, получая в итоге объемное изображение. Чтобы это сделать, воспользуемся "волшебной палочкой" нашего дискурса, позволяющей нам не смешивать Управление, Власть и Обаяние дискурса.

Иранцы в своей стране хозяева? Да! Они управляют своей страной. Может быть, они даже и владеют своей страной, то есть, имеют возможность не допустить, чтобы ей управляли европейцы и/или американцы? Нет, этого иранцы не могут. На самом деле они управляют своей страной лишь потому, что европейцам это выгоднее, чем если бы ею управляли американцы. Если бы Европа и Америка действовали в этом вопросе единым фронтом, у сегодняшнего Ирана так же не было бы ни единого шанса на сохранение какого бы то ни было суверенитета, как и у Ирана прошлых столетий.
Это понятно. И поэтому власть над Ираном в данный момент находится в руках европейцев! Именно таково проедложенное мною определение власти (именно власти, а не управления!).

Но вот по-настоящему важный, интересный и нетривиальный вопрос: а кому же из европейцев принадлежит Власть в Иране? У нас там имеется два больших Игрока и две команды Хозяев игры. Владельцы Франции и владельцы Британии. Они тягаются между собой за власть над Ираном уже давно, с тех пор как Франция с лёгкой руки Александра III запустила руку под юбку России. Следствием поражения Франции в 1917 году стала потеря Францией всякого влияния на Иран. (Накануне войны 1941-1945 гг Гитлер пытался освоить Иран - а я рассматриваю Гитлера как личную собаку Франции, которая ходила на очень длинном поводке - но потерпел неудачу, так как Иран был оккупирован Сталиным по приказу из Лондона.) Но что сегодня? Сегодняшний Иран - весь такой насквозь демократический и националистический очень, очень сильно похож именно на французскую территорию. Демократия и национализм это ведь ключевые понятия классического французского дискурса! Англичане стали бы там строить какую-нибудь диктатуру, коммунистическую или там исламистскую - это их стиль. Да ведь похоже, что они и начинали с этого. Хомейни и стражи революции вполне, вполне могли бы сойти за британскую креатуру. Но оттепель, но тем паче демократия - это уже явно французский стиль!

Далее, меня заставляет задуматься вот такой факт. В замечательном французском сериале "Бюро" (см. мою заметку Бюро легенд или Сказки о Силе) показана работа французской разведки в трёх странах: в Сирии, в Иране и в Алжире. Когда французы мне рассказывали, как они потеряли своего агента-нелегала в Алжире, мне было смешно - настолько трогательно-неправдоподобным был этот рассказ! Зачем Франции нелегалы в Алжире, который насквозь же контролируется французами! это их старая, законная (крипто)колония. Как если бы англичане сняли фильм о приключениях английского разведчика в СССРФ. Но посмотрев на это, я уже другими глазами смотрел на рассказанную тут же рядом историю симпатичной французской девушки-нелегалки, которую арестовали в Иране! Если французы так хотят меня убедить, что у них нет ну никакого влияния на Иран, то... неужели и вправду они в Иране уже почти у себя дома, как в Алжире?!

Небольшая деталь: 22 сентября 1980 года без объявления войны Ирак вторгся в Иран. Ирак поддержали США, СССР(Англия?) и большинство арабских государств, Иран оказался в сравнительной международной изоляции. Если США и Британия против, то кто же за? А и Б сидели на трубе. А упало, Б пропало... Остается Франция! Но именно вследствие войны с Ираком (то есть, с США и Британией!) духовенство пришло в Иране...

Но если Франция и впрямь подгребла Игран под себя... как это могло получиться? Английский лев никогда не сдаёт без боя добычу, которая однажды попалась ему в когти. И английский след в истории Исламской революции (1979) очевиден. Значит, по-видимому, весь секрет тут в оттепели. Умные и деликатные французы не стали бодаться с англичанами, а всего лишь предоставили Ирану шанс достичь внутреннего суверенитета, обеспечив ему внешнюю крышу со своей стороны.

Если я прав, то вся эта история может быть моделью той истории, которую сегодня французы пытаются писать в нашей стране, в частности, руками Галковского. "Дальше от начальства - ближе к кухне" - эта солдатская мудрость заставляет русского человека, много пострадавшего от антирусской диктатуры в XX веке смотреть на нынешнее положение в Иране едва ли не с завистью. Размышляя о будущем Москвы, Богемик предложил сравнить её с Парижем, и по большому счету он прав:
Москва - это по любым меркам аналог не Йoханнесбурга, не Баку и даже не Праги, но Парижа. И чтобы представить в общих чертах, в каком направлении будет  развиваться ситуация в России в обозримом будущем, нужно внимательно присмотреться к Франции.
Но пока мы находимся в довольно жалком положении. До Парижа Москве расти и расти, а вот Тегеран, если он и впрямь сделался последнее время криптофилиалом Парижа, вполне заслуживает нашего внимания в качестве промежуточной ступени.

Не потому ли мы и наблюдаем сегодня судорожные попытки английских кураторов навести порядок в РФ, во что бы то ни стало закрутить гайки (на которых уже давно сорвана резьба), что они ощущают: контроль над этой страной медленно, но неудержимо выскальзывает из их рук?

Я ни на чём не наставиваю, я лишь делюсь с дорогим читателем мыслями, которые пришли мне на ум в результате беглого знакомства с историей Исламской революции в Иране. Правда, тут есть одно но. Богемик замечает (в 2011 году, до начала полноценной оттепели):
ренессансные флорентийцы сожгли свою сованаролу через четыре года, а 60 миллионов современных иранцев страдaют хомейнёй уже 30 лет, и конца края не видно (sic!). Мужественный, благородный, красивый народ, а привезли им одного полоумного проповедника из Парижа, и что получилось?
Между тем, нас-то мучили ленийнёй целых 70 лет, так что тут французы могут попасть и впросак. Не поэтому ли у нас сегодня так яростно педалируется товарищ Сталин? последняя надежда Англии, её спаситель и благородный рыцарь, да... Но что бы из всего этого ни вышло, понимать логику происходящего в любом случае не помешает.


Существенное дополнение к сказанному: Что такое метаигра?

И ещё одна заметка о Персии: Персидская метаигра: поворот оверкиль

Что такое метаигра?

Продолжаю тему, начатую заметками:

Логика глобального метаконфликта
История исламской революции в Иране как пример метаконфликта

Очень дельный вопрос от уважаемого palmas1:

Как может идти конфликт между разными уровнями, скажем, фигурой и хозяином? Это как-то странно получается, вроде как на меня напал мой молоток.

Мой ответ:

Если на меня напал мой молоток, значит, изменились правила игры. Ведь именно правилами игры задается, кто тут игрок, а кто фигура. Но правила игры задаются хозяевами игры. Значит, ставший вдруг фигурой игрок - жертва агрессии со стороны хозяев игры.
Далее два варианта. Либо прежние хозяева потеряли власть, то есть, территория захвачена их противником. Либо хозяева просто решили поменять правила.
Приму ли я новые правила? найду ли способ нейтрализовать взбесившийся молоток, подручными средствами загнав игру в рамки старых правил?
Трудность описания метаконфликта в том и состоит, что здесь смешиваются прежние категории и не срабатывает привычный дискурс, при помощи которого мы привыкли описывать конфликты. Потому мне и приходится вводить новый термин: имеет место не просто игра, но метаигра! Однако если в ход пошёл новый дискурс, значит, не дремлют и хозяева дискурса. Именно их вмешательство и сводит нас с ума, ставит перед нами задачи, не имеющие не только решения, но даже и описания в рамках старого дискурса!
Следовательно, какие-то движение происходит не только на уровне хозяев игры, но и хозяев дискурса. Сам по себе этот помысл, пришедший Вам на ум ("взбесившийся молоток") это их продукция и постановка задачи. Значит, и мы с Вами, всего лишь рассуждающие о метаигре, тем самым уже оказываемся втянутыми с эту метаигру.
Читатель перестаёт быть читателем, становится соавтором - а завтра, глядишь, и делает автора своим героем, а потом и читателем.

"Всё смешалось в доме Облонских" - это и есть метаигра. Чертовщина. Вот пример очень хорошей, качественной метаигры:

Русь слиняла в два дня. Самое большее — в три. Даже “Новое Время” нельзя было закрыть так скоро, как закрылась Русь. Поразительно, что она разом рассыпалась вся, до подробностей, до частностей. И собственно, подобного потрясения никогда не бывало, не исключая “Великого переселения народов”. Там была — эпоха, “два или три века”. Здесь — три дня, кажется даже два. Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска, и не осталось рабочего класса. Чтó же осталось-то? Странным образом — буквально ничего.
(Розанов, март 1917)

Конец цитаты.

Боюсь, что я взялся за тему, которая мне не по силам.
Я болен. Я даже не пошел на службу в храм. Ночь я провёл в каком-то полубреду, то пытаясь молиться, то опять погружаясь в странные видения на грани сна и яви где-то в районе Персии, старой и страшной.

Утром я взял себя в руки, заставил молиться, и привёл мои мысли хоть в какой-то порядок. Потом встал и записал их. Получились две указанные выше заметки. Затем мне стало хуже, я опять свалился в постель, в свой полубред, и в этом полубреду я раскаивался, что написал их. Я хотел было встать и уничтожить записи, притворившись, как будто бы их и не было. На меня напал СТЫД за написанное, потому что оно не соответствует моим стандартам. Я стараюсь, чтобы мысль была выражена ясно и чётко, а тут получился какой-то смутный бред больного человека.

Но снова помолившись, я решил не уничтожать написанного, а оставить всё как есть, присовокупив к первым двум заметкам третью, которую и предложил вниманию дорогого читателя.

Dixi

МЕНЯ НЕСЁТ. Прошу любить и жаловать, ещё одна заметка о Персии, четвертая за сегодня: Персидская метаигра: поворот оверкиль
El juez Garzón

Тема для серьёзного исследования

XX век был весьма богат на разнообразные социальные явления, к тому же обогатился многочисленными психологическими учениями и практиками, отчасти играющими роль "самосбывающихся пророчеств". Думаю, что историки далёкого будущего, если таковое случится, полюбят XX век - за сложность и многообразие, за картину человеческого поведения, в которой причудливо переплетаются спонтанность и предопределённость.

Существует явление, насколько мне известно, по сию пору не изученное. Рассмотрение данного явления это задача для совместной работы в области психологии, социологии, истории и даже богословия. Я говорю о том, что за весь XX век христианство и социализм так и не смогли дать "совместное потомство" в виде некоего направления, соединяющего социальный и метафизический интересы - при всей очевидной взаимодополняющей их природе. То обстоятельство, что христианство и социализм это "близкородственные виды" социальных технологий, обнаруживается легко и является банальным утверждением. За довольно длительный период их совместного существования - видимо, не менее 150 лет - и большие политические усилия, предпринятые для их самоутверждения, ввиду большого разнообразия условий ("катализаторов, температур и давлений"), в которых эти две субстанции сталкивались друг с другом, вследствие участия в их судьбе огромного числа пассионарных личностей множества национальностей и культур что-то где-то да должно было получиться. Но свидетельства подобного мне неизвестны.

Поясню, что я имею в виду под "гибридом". Написание сугубо пропагандистских, не имеющих реального значения для жизни текстов в христианском духе наподобие "Морального кодекса строителя коммунизма" это не то. Ситуация, в которой политиканы ходят поклоняться могиле Сталина, а потом молятся в церкви (или наоборот), также не имеют значения. Всё это сугубо формальные игры, смешные даже тем, кому они адресованы - бесхитростным обывателям. Я говорю о ситуации реального сращивания двух технологий на ниве обеспечения психологических потребностей масс. Скажем, о сообществах с общинной психологией, на базе совместного производства или же простого соседства, в которых лидеры одновременно возглавляли бы классовое просвещение и социальную борьбу, при этом исполняя роль священников, проводящих обряды и иными способами окормляющих прихожан.

Естественность и логичность подобного соединения кажется мне вполне очевидной. Христианство, особенно в форме протестантизма, подходит для этого идеально; отношения в коммунистических коммунах, кибуцах (шутка), боевых отрядах, профсоюзах и так далее - также нуждаются лишь в христианском дополнении, чтобы стать вполне законченными и предоставлять своим участникам полный спектр услуг "в одном флаконе". Все корпорации стремятся предоставить своим клиентам весь набор для потребления; это естественное и нормальное развитие любого бизнеса. А христианство и коммунизм почему-то не делают этого. "Потому, что это не бизнесы, а стремление к Истине и Справедливости!" Хорошо. Посмеялись и пошли дальше. Заметив, что именно стремление к истине и справедливости должно бы способствовать выработке единого взгляда на человека, сочетающего обе стороны его потребностей, материальную и метафизическую. Но этого не происходит.

Замечание об атеистическом характере коммунистического учения и о предназначенности христианства для удержания масс в повиновении контрреволюционным властям кажется естественным, но с точки зрения живого творчества абсолютно нелепо. Коммунисты никакие не атеисты; с точки зрения психологической конструкции это абсолютные верующие. "Контрреволюционность" христианства не является его имманентным свойством; напротив, легко представить себе вполне христианские требования, неприемлемые для господствующего класса. История знает множество примеров, в которых именно христианство с некоторым изменением догматики, обычно в протестантскую сторону, становилось "знаменем" классовой борьбы. Но самое главное - естественное политическое творчество располагает в пользу органического союза коммунизма и христианства.

Представим себе, что мы с вами руководим коммунистическим партизанским отрядом, воюющим с правительственными войсками. Наша судьба и возможность нашей победы зависит от поддержки со стороны бедных крестьян, эксплуатируемых латифундистами. Крестьяне удерживаются в повиновении, в частности, авторитетом священников. Что нам делать, чтобы привлечь крестьян на свою сторону? Большевицкий ответ - "Объяснять им, что бога нет, что священники обманывают их, что "мощи святых" это просто старые кости, что иконы "плачут" с помощью специальных приспособлений, и так далее". Но ведь это же крайне нерационально. Во-первых, такое переубеждение требует времени, которого у партизанского отряда просто нет. Во-вторых, всё это хорошо делать, когда ты уже захватил власть, а иначе тебе никто не даст потрошить раки с мощами. В-третьих, нужно учитывать влияние окружения: крестьянин, уверившийся в том, что бога нет, вернётся домой к жене и маме, и те объяснят ему, что он теперь попадёт в ад. Всё это не очень хорошо для партизанского отряда. Тёща может и сообщить куда-то, куда не надо, что зятя сбивают с пути истинного. В-четвёртых, уж извините, но объяснять "бретонской крестьянке", что Бога нет - это идиотизм. Ей нужно сказать совсем другое. А именно, что священники извращают слова Христа (цитаты из Библии в помощь - найдутся), что Церковь утонула в стяжательстве, священство - в сибаритстве и педофилии, что "Нам нужна истинная Церковь". Объяснять, что священники "спелись с диаволом и утратили Благодать", что они делают это ради денег от латифундистов (тут начинаем "подпускать" марксизм). И так далее. Я ничего не придумываю: примерно по этому пути пошли и добились успеха основатели протестантизма. Если что-то удалось Лютеру, оно могло бы удаться и Че Геваре. Он был такой же психопат-харизматик, и притом совсем не дурак. В целом необходимо обещать крестьянам, от которых зависит судьба партизанского отряда, одновременно Спасение, достигаемое Словом Христовым (все читаем Библию, дружно) и, одновременно, улучшение материального положения и свободу - при избавлении от латифундистов и стоящего за ними правительства. Тут даём марксизм в приемлемых дозах; без "трёх составных частей" и прочей схоластики. Только то, что явно и наглядно. Эксплуатация, безбожие властей, угнетение христиан, греховность союза латифундистов со священством, и так далее. Недостатка в фактических примерах, думаю, не окажется в любом обществе. Определённая сложность возникает с Благодатью, без которой всё это не работает. Её нужно откуда-то брать. Маркс как источник не подойдёт. Здесь разумно подойти по-протестантски, сказав, что Благодать нисходит на группу совместно молящихся добрых христиан. Могла бы помочь чувственная экзальтация при совместных богослужениях (в проповеди - Маркс пополам с Христом, логично подобранные цитаты). Необычные переживания, которых не встретишь в чопорной католической церкви, можно объяснять нисхождением Благодати.

Всё это делалось много раз - в бесчисленных "еретических" и протестантских учениях. Технологически подобное осуществимо. Добавка "классовой борьбы" к "борьбе за истинную веру" должна быть вполне дополняющей известные религиозные практики. Внешне подобное синтетическое движение могло бы выглядеть религиозным, но с точки зрения политических результатов - свержения правительства и передела собственности - оно было бы вполне революционным и действенным с социалистической точки зрения.

Вроде бы, всё логично. Идеи Спасения при отвержении ложной Церкви и приобретения собственной земли в результате революции должны поддерживать и взаимно дополнять друг друга. Их сочетание настолько просто и естественно, что, казалось бы, должно возникать само собой во многих жизненных ситуациях. Быть плодом не кабинетного рассуждения, а естественного творчества практических деятелей. Но нет. Христианство и социализм отказались впрягаться в одну телегу, подобно коню и трепетной лани. Опыт противоречит рассуждению. В чём причина этого?

Здесь могли бы помочь свидетельства тех, кто пытался применить подобные подходы в реальности, если таковые были. Но мне подобные источники, увы, неизвестны. Мне остаётся лишь гадать - потому, что ответа на заданный вопрос у меня нет.

Возможно, какие-то "гибридные младенцы" и возникали в разных трущобах и джунглях, но их убивали во младенчестве? Может быть, дело в том, что и христиане, и коммунисты рассматривали "гибриды" как своих злейших врагов, и набрасывались на них с двух сторон, уничтожая "на корню"?

Возможно, дело в том, что любая форма религиозной экзальтации, что христианской, что коммунистической, вызывает определённое "сужение сознания", и две мысли, о Благодати и о Мировой Революции, в него уже не вмещаются? А если представить Мировую Революцию как путь к Благодати через единение христиан во взаимных любви и труде? Почему нет? Если барьер на пути мысли "Благодать нисходит на собрание истинных христиан" преодолён, то дальше коммунитаризм должен "пойти" легко.

Возможно, дело в технологии захвата власти, наилучшим образом известной нам по деятельности большевиков, и основанной на натравливании слоёв общества друг на друга. Какое уж тут "единство во Христе и труде"? Однако, хотя бы для отдельных однородных групп это могло проявиться. Или никаких однородных групп не было, поскольку большевицкий метод предполагал натравливание всех на всех даже в рамках отдельной группы? Допустим. Но ведь были же и иные социалистические эксперименты, без большевиков. Что, везде одно и то же? Как в Боливии - "социализм индейских племён, "вооружённых" "ридными верами", выступающих против метисов и белых христиан"? Но почему бы не объединить всех общим отношением к религии? Или объединение народа не входит в задачи социалистов? Если цель - именно хаос и разлад, то, конечно, любая форма ментального единства повредит делу.

Что бы там ни было, это весьма любопытный вопрос. Он заслуживает серьёзного изучения. С практической точки зрения, думаю, сейчас от описанного подхода было бы мало пользы, даже если бы он был способен порождать жизнеспособные формы - по крайней мере, у нас. Во-первых, для де-факто атеистической "русской" части населения РФ всё это уже малоинтересно. Во-вторых, преобладающим трендом является ислам, а не христианство. Совместить же социализм с исламом было бы трудно; я даже в теории не знаю, как. Пусть коммунисты думают над этим; пропаганда марксизма среди среднеазиатов и кавказцев это их будущее, не моё. Однако как научная проблема вопрос о причине фактического "бесплодия" соитий христианства с социализмом при всей его теоретической предрасположенности к "плодовитости" представляет долгосрочный и глубокий интерес.
.

Копия поста: https://bantaputu.dreamwidth.org/485324.html.

Персидская метаигра: поворот оверкиль

Продолжаю тему Персии, начатую в заметках

Новая и интересная тема: ПЕРСИЯ, старая и страшная
История исламской революции в Иране как пример метаконфликта
Что такое метаигра?

Не могу не поделиться с моими дорогими читателями диалогом в комментариях, который (на мой взгляд) красивейшим образом выворачивает наизнанку всю поднятую мною тему влияния Франции на Персию.

А что, если правильная постановка вопроса - диаметрально противоположная?

Мы с lilibay тут сыграли в четыре руки. Даже не хочу указывать, где мои слова, а где его:

> Синонимы имеют значения, иногда они вскрывают подводные течения и старые корни. Жрецы Древнего Ирана назывались магами. И это не случайно, Иран магическая Цивилизация. Ему и французы особо не нужны, тем более какие то англосаксы. Им даже государственность особо не нужна, они тысячу лет вообще жили под управлением тюркских кочующих дикарей. И ничего, помыли, одели, обучили и полностью растлили. Здесь дискурсы не на уровне США-Англия-Франция, гегемон-субгегемон , а Монотеизм-Дуализм, Религия-Магия, Христианство-Все остальные. А персидский Шиизм только прикрытие старой, персидской Магии которая бореться за Власть над Миром и союзники у неё самые интересные (армяне, исмаилиты, бехай, бухарские евреи и многие другие о которых можно только догадываться).
Смешной факт, первая девушка турист-космонавт - персианка! Просто символ и показатель влияния.

> Смотрите с другого конца. Говорите, французы Ирану не нужны? Зато Иран французам нужен. Поставьте вопрос иначе: а откуда в самой-то Франции взялись обсуждаемые нами "хозяева дискурса"?!

> Моё мнение: из Ирана и взялись.
Тамплиеры - это европейские исмаилиты, т.е. индоктринированные персами проводники старых иранских дискурсов. У исмаилитов многовековые традиции существования в подполье, борьба за Власть неявными методами, конспирация на уровне религиозной доктрины, тайные общества как основа существования. Всё это мы видим в тамплиерско-масонской Европе, но ещё большего не видим. Для всего этого нужны средства и средства эти пришли через Великий Шёлковый Путь, первую и долго единственную трансконтинентальную магистраль на которой сидели манихеи, ставшие в Исламе - исмаилитами, в Индии - ходжа и парсами, в Европе катарами и тамплиерами.
Тогда понятен и взлёт Пиренейских государств просто открывших ещё один Великий Шёлковый Путь вокруг Африки для своих старых друзей, когда сунниты Саладина вышибли фатимидов-исмаилитов из Египта, а тамплиеров из Акры.

> Вот! Вот именно об этом и идёт речь.
Не французы сделали революцию в Персии, а наоборот, персы сделали революцию сначала в Голландии и Англии, затем во Франции, потом в России, а далее везде.
Современный мир создан этими условными персами (на самом деле тут речь не о национальности, конечно, а о персидской магии!)
О каких государствах Вы говорите, указывая на "взлёт Пиренейских государств"?

> Я говорю о Португалии, об Энрике Мореплавателе, о Васко да Гаме, когда нищая страна без морских традиций вдруг запустила проект по открытию Пути в Индию, на сегодняшние деньги это если бы Никарагуа запустила проект покорения Луны. Энрике Мореплаватель, сюрприз-сюрприз, был гроссмейстером Ордена Христа, фактически переименованного филиала Ордена Тамплиеров в Португалии после его роспуска Папой.
(См. подробнее Португальцы и Третий Великий Шёлковый Путь)
Остаётся добавить, что путь вокруг Африки арабам был известен, но не использовался из-за очевидной экономической бессмысленности при наличии удобного и безопасного Красного моря. Нищие, голодные, безумно смелые и столь же жестокие португальцы оказались ещё и безумно жадными, чтобы позволить себя использовать в качестве пушечного мяса в корпоративных войнах в бассейне Индийского океана.
За XVI-XVII века население Португалии уменьшилось наполовину, с 1 млн. до 500 тыс.
"Жить ты будешь красиво, но недолго" (с).