Максим Солохин (palaman) wrote,
Максим Солохин
palaman

Categories:

Дух пророчества и страх перемен

Сегодня ночью во сне меня учила летать представительница племени Летучих Обезьян. У меня уже начало получаться, когда до меня дошло, что их технология основана на тайном чувстве собственного превосходства, доходящего до презрения ко всему миру. Там же во сне я понял, что не хочу летать такой ценой, и что Летучие Обезьяны означают Королевскую Семью. Я понял, что нам не по пути, и проснулся. Но проснувшись, забыл секрет полёта -- остались лишь слова, которые я сразу записал, чтобы и их не забыть, и снова лёг.

Утром мне было очень трудно молиться.

Фиксирую у себя необыкновенный страх перемен.

Именно страх такого типа обычно и мешает молитве, потому что Бог это Источник перемен, потому и молитва -- их причина. Отсюда рождается подспудный страх перед молитвой, который на поверхности сознания проявляется, как это часто бывает, в виде реактивного образования -- как ощущение бесполезности молитвы.

Собственно, люди потому и не молятся. Это защитная реакция психики на страх перемен.
"Лучше Его не трогать, сделать вид, что нет"

Эта помеха всегда присутствует, но сегодня она необыкновенно сильна.

Что всё это значит? К чему идёт дело?

У меня есть надежда, что всё это не является духом пророчества, энергией Святого Духа. Потому что мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицемерна. Плод же этого духа это: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. А не страх и нежелание молиться.

С настоящим Духом пророчества, святым Духом, мне посчастливилось встретиться несколько раз. Интересно, что впервые это произошло в то время, когда я был страшно далёк от веры в Бога. Современному молодому человеку трудно себе представить, насколько далекими от Бога были мы, выросшие в совершенно атеистическом мире, с младенчества раздавленные атеистической пропагандой -- в мире, где просто-напросто не было действующих храмов. Ну, не то чтобы совсем не было. В моём родном городе (Перми с миллионным населением) их было ТРИ, причем один из них находился в двух-трёх километрах от моего дома, но мне никогда бы и в голову не пришло пойти туда, ибо зачем?

[Как это возможно?]История СССР, если пересказать её в двух словах, такова: захватившие в 1917 власть экстремисты устроили здесь террор, затем самый страшный в истории страны голод, покрыли страну сетью концлагерей, втянули народ в самую страшную в истории войну, к которой готовились ценой огромных жертв, но так и остались неготовы. Затем втянули нас ещё и в бессмысленную Холодную войну и гонку вооружений, а под занавес предали и самих себя, прихватизировав народное хозяйство, и перекрасились в демократов и капиталистов. Худшего правления Россия не знала.

Это внешняя сторона дела. Но духовные последствия этой истории были не менее разрушительными.


Ребенком я вообще не понимал, что значит крест и на что он указывает. Крест для меня означал могилу, кладбище, был знаком смерти. В детстве я любил рисовать православный восьмиконечный крест и под настроение разрисовывал такими крестиками свои школьные тетради. Но это не имело никакого отношения к религии, это была чистой воды готика. Тогда у нас на Урале ещё не было современных готов (субкультура, распространившаяся в конце 1970-х годов в Великобритании на базе панк-движения), но само настроение-то было всегда, и иногда оно требовало выхода, выражения. Могильный крест совсем был неплохим символом для этой цели.

А потом я однажды увидел где-то схимнический крест, и он сразу поразил моё воображение:
Концентрация готики здесь просто зашкаливала, и я сразу же решил запомнить и хорошенько выучить. И затем под настроение, томясь на уроках, покрывал свои школьные тетради изображением этого символа. Правда, из всех букв я запомнил лишь главные IC XC (Иисус Христос) и NI KA (тогда я не знал, что это означает; позже выяснилось, что "ника" значит "победитель").

Ничто, ровно ничто в моём детстве не предвещало, что изгнанное из жизни русских Православие может каким бы то ни было образом вернуться и сыграть в моей жизни какую-то роль. Все эти кресты в тетрадках были лишь деским баловством. Я не мог тогда и представить себе, что играю с огнём. И тем не менее, это был самый настоящий Дух пророчества, предвестник моей будущей жизни.

Спустя годы, уже обратившись к вере, я ради интереса стал выяснять, а не было ли среди моих тогдашних знакомых православных людей, быть может, скрывавших свою веру. И оказалось, что да, такой человек был. Один-единственный! Это была библиотекарь в детской библиотеке, куда я часто наведывался. Но естественно, никакого намёка не религию она себе никогда не позволяла. Выгнали бы с работы немедленно. Это было именно тайное исповедание веры.

А потом я поехал в Москву и поступил в МГУ. И стал жить в Москве.
[Капелька магии]
С этим, кстати, тоже связана странная история, заставляющая задуматься о пророчестве. Когда я впервые в сознательном возрасте попал в московское метро, мне оно необыкновенно понравилось, и я захотел жить в этом городе, захотел крепко и серьёзно. И я... не то чтобы помолился... у меня было некое тайнодействие, скорее магическое чем религиозное. Чтобы что-то сбылось, надо поверить, что это сбудется. При этом понятно, что нельзя просто взять и поверить. Не всегда получается поверить. Можно обмануть себя и сделать вид, что поверил -- но это бесполезно. Но иногда каким-то образом получается. Получилось и в этот раз. Я поверил, что когда-нибудь буду жить в Москве. И это сбылось.

Я очень любил и люблю этот сумасшедший город, хотя бываю в нём всё реже и реже. Мне нравилось гулять по Москве -- просто ехать и идти наугад, забираясь всё дальше и дальше, теряясь в бесконечном, неисчерпаемом лабиринте домов и улиц, которые нельзя изучить полностью, даже потратив на это целую жизнь. Просто не хватит времени.

И вот в сентябре на первом курсе я поехал наугад на метро от Университета, вышел на Парке Культуры и двинулся в сторону моста.

Повернув голову направо, я УВИДЕЛ ХРАМ Николы-в-Хамовниках. Примерно вот так. Правда, издалека и немного под другим углом.

Я не могу объяснить, что меня поразило. Но на какое-то время я буквально забыл себя, погрузившись в необъяснимый восторг этого зрелища. Я пошёл, пошёл, пошёл к Нему, даже не пытаясь понять, что со мной происходит.

И вдруг всё пропало. Пропало ощущение невероятной, неземной красоты, и осталось просто то, что видно на картинке. Я пожал плечами, обошёл Его кругом и ввернулся обратно в метро.

И потом много раз я специально, намеренно ехал на метро Парк культуры, так же точно выходил из него и шёл к мосту, таким же движением поворачивал голову направо, снова видел Храм, и... ничего не испытывал.

Мне хотелось снова пережить этот сверхъестественный восторг, снова испытать упоение неземной красотой... но нет, я больше Её не видел, Она скрылась от меня, для чего-то показавшись лишь на минуту в сентябре на первом курсе.

Это снова был тот же Дух пророчествия, дух Владыки вселенной, на сей раз явившийся более явно и властно, на малое время явивший надо мною Свою власть. Зачем? Для чего? Сегодня понятно, что это было предвестием Будущего. Теперь прошло уже 28 лет с того дня, как я принял Крещение (1992) и почти 27 лет с того дня, как я уехал из Москвы в деревню, посвятив свою жизнь Иисусу Христу. А тогда ничто, ничто не предвещало такого поворота.

Православие было мне просто не интересно. Эта религия ну ничем не могла привлечь моё внимание. Она казалась слишком банальной. Меня увлекала мистика Востока и Запада, но только не мистика Святой Руси...

Но тогда же, на первом курсе, я впервые взял в руки Евангелие. Одна девочка привезла его из дома, дореволюционное ещё издание, и дала мне прочитать. Я открыл, перелистнул наугад и прочёл:

Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола, и, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал.
И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами.
Он же сказал ему в ответ:
-- Написано: «не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих».
Потом берет Его диавол в святой город и поставляет Его на крыле храма, и говорит Ему:
-- Если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: «Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею».
Иисус сказал ему:
-- Написано также: «не искушай Господа Бога твоего».
Опять берет Его диавол на весьма высокую гору и показывает Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему:
-- Всё это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне.
Тогда Иисус говорит ему:
-- Отойди от Меня, сатана, ибо написано: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи».


Ритм священного текста очаровал меня. Я не стал читать более ничего, а просто выучил эти слова, как в детстве выучил схимнический Крест. И потом рассказывал его по памяти своим друзьям. Это короткое повествование заключало в себе нечто, чего я не мог понять и уловить. Некий тайный смысл, который ускользал от моего сознания, хотя был очевиден для моего Бессознательного. Я ощущал его как энергию.  Это снова была та же очаровательная готика, что и детстве.

Весной ребята-студенты позвали меня с собой в Лавру на Пасху. Я поехал, и снова был очарован -- пусть не так сильно, как от видЕния храма Николы-в-Хамовниках, но зато более устойчиво и надёжно. Я поехал на следующий год, и опять, и опять -- очарование не исчезало, восторг Пасхи оказался надёжным и предсказуемым.

Наша Пасха всякий раз начиналось маленьким антисоветским приключением. Дело в том, что молодёжь в храмы тогда не пускали. Стояли специальные патрули, которые разворачивали нас. В храм разрешалось лишь женщинам уже на возрасте, тем самым бабкам, которые и являлись лицом Православия по мнению власть имущих. Но бабка имела право провести в храм своего сына или дочь, или даже двоих. И мы пользовались этим правом, а бабки шли на этот маленький обман -- тем более, что говорить ничего не требовалось, пропускали молча.

Как описать восторг Пасхи, я не знаю. Это странная штука, тем более удивительная, что я был тогда неверующим. Все эти слова -- Христос, смерть, воскресение -- были для меня всего лишь словами. Я не воспринимал их всерьёз. Но они как-то глубоко и таинственно бередили душу. Я пел вместе с хором священный тропарь (не зная ещё, что слово это того же корня, что понятные мне физику слова "изотропия", "анизотропный", "энтропия", "тропосфера" и, увы, психотропный -- это последнее было предвестником сумасшествия):

«Христо́с воскре́се из ме́ртвых, сме́ртию смерть попра́в, и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в!»

Я пел его десять, сто, двести раз -- я хотел его выучить, но он мне не давался. Всякий раз, возвращаясь после Пасхи в Москву в электричке, я напевал его снова и снова, чтобы выучить мелодию. И всякий раз на следующий день или через день я удивительным забывал её и не мог больше вспомнить -- до следующей бабки и следующей Пасхи.



И это был всё тот же Дух пророчествия, на сей раз являющийся уже не таинственно и непресказуемо, но регулярно, по Им Самим установленному правилу.

А ведь было ещё и чудо. Каждый раз, входя в храм, где покоятся мощи Сергия Радонежского, я ощущал необыкновенное благоухание. Тогда я ничего не знал ни про Сергия, ни про мощи, и думал, что просто так положено. Что это действие каких-то особых церковных благовоний.

Потом, когда я уже начал работать в Церкви, я много раз ощущал это же самое благоухание от некоторых икон в храме и тоже думал, что вот, эти иконы кто-то помазывает. А потом в один прекрасный день до меня дошло, что некому помазывать-то кроме меня. Это вот я и должен помазывать. А благоухание вело себя странно. То я ощущал его, то нет. То снова ощущал.

И тут произошёл вообще поразительный случай. Я пришёл в гости с другом к моему знакомому японцу (общежитие в ГЗ МГУ). У того уже сидел в гостях человек. И мы, разделившись на две пары, беседовали о своём. Я рассказывал моего другу о Литургии. И для иллюстрации запел псалом первого антифона (Благослови, душе моя, Господа). И когда я запел, по комнате разлилось благоухание. Его ощутили все. Японец отреагировал так: он открыл окно, чтобы проветрить. А я сказал моему другу просто: "Чувствуешь? Вот это Дух Святый." В тот момент мне почему-то показалось вполне естественным, что когда поётся антифон, должно быть церковное благоухание. Ну, а как ещё?
И это была правльная реакция. Чудеса естественны, когда рядом Бог. Не надо этому удивляться. Так и должно быть.

Но увы, эта спокойная трезвость с моей стороны оказалась непрочной. Я был слишком молод и глуп.
Невозможно уже было объяснить этот невероятный и своенравный аромат естественными причинами, и я физик уже вынужден был предположить, что имею дело с явлением сверхъестественным. Тогда я дурак начал экспериментировать с Духом Святым, пытаясь поймать неуловимое. Дьявол кружил мне голову, подбрасывая всё новые и новые интересные идеи. Я вел себя как Александр Привалов у Стругацких в "Суете вокруг дивана". То есть, как идиот. Наконец, я начал чувствовать, что зарвался. И явилась новая идея: а может быть, я уже впадаю в прелесть? Ведь я недостоин такого чуда! Может быть, это благоухание у меня от лукавого? И тогда я поступил как идиот: я помолился Богу так: Если это от Тебя, то пусть я этого больше не ощущаю! И благоухание исчезло.

Количество нашей свободы измеряется не тем, что и сколько мы делаем, а тем, чего и сколько мы не делаем, хотя и могли бы делать.

Редко, редко теперь я встречаю теперь этот чудесный, неповторимый запах, по сравнению с которым все земные благоухания малоприятны. И самое страшное: я не ощутил его и тогда, когда я в другой раз поехал в Лавру. Какая печаль... Только от самых мощей вблизи я снова ощутил его едва-едва. А ведь когда-то оно наполняло весь храм, я ощущал его даже снаружи, ещё лишь подходя к этой маленькой церкви.

Ощущал всякий раз, когда приезжал в Лавру. Хотя был ещё даже не крещенным.

Потом была магия, и на Пасху в храм я больше не ездил. На какое-то время меня увлек Кастанеда со своей специфической мистикой. На несколько лет я совершенно перестал прикасаться к Православию... как произошёл ещё один странный случай.

Разговаривая о магии с одним магом, я услышал из его уст прямое пророчество. Он сказал мне вдруг:

-- Твои духовные поиски кончатся Русской Православной Церковью.

Я ужаснулся. Это прозвучало для меня тот момент как приговор, как будто "ты умрёшь от рака". Меня словно приговорили к чему-то невыносимо позорному, будто я должен буду стать плоским существом, вроде одной из этих бабок, для меня в то время глубоко неинтересных и презренных.

И это пророчество, как видите, сбылось. И ещё как сбылось.

Кстати, с храмом Николы-в-Хамовниках у меня связано ещё одно, отрезвляющее воспоминание.

Однажды я, будучи уже женатым человеком с двумя детьми, внезпно влюбился. Просто почти буквально по-булгаковски:

Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!

По счастью, на сей раз любовь поразила меня одного. И я воспринял её правильно, без индульгирования, как Проблему. Она была психологом и работала с Братусем. (Она меня с ним и познакомила, хотя знакомство это пока не возымело никаких последствий.) Меня поразило в ней что-то и что-то, и в частности, необыкновенный её ум. Я тогда ещё по-прежнему не веровал во Христа, я был магом и поступил как маг. Я не стал тянуть время, просто пошёл к ней и признался, что влюблён. И стал внимательно смотреть, как она себя поведёт. Она надулась от важности и стала смешной. Влюблённость немедленно исчезла, что и требовалось, собственно.

Затем я уверовал во Христа, а у неё начались Проблемы. Я предложил ей поехать в храм и исповедаться -- я был тогда неофитом, и как любой неофит, решал проблемы одним махом. Она поехала со мной, но вместо православного храма привела меня в католический. Как? Да просто: она ещё долгое время оставалась со мною важной, потому что в нелюбви признаваться я посчитал неучтивым, и вела себя соответственно -- а я не противился. Почему? По-видимому, ей тоже не хотелось стать в итоге бабкой, а католичество вызывало у советского человека куда более позитивные ассоциации.

И вот я отсидел католическую Литургию и причастился с католиками. Да не шокирует вас это признание -- я был тогда ещё совершенно невоцерковленным человеком, только-только принял Крещение. И прочитал в одной книжке ("Настольная книга священнослужителя"), будто католическая и православная церкви недавно примирились. А Крещение я в тот момент понимал как допуск к Причастию (о, это отдельная история!), так что не видел причин не причаститься. Потом она уехала куда-то, а я вернулся домой.

Но причастившись, я на следующее утро ощутил болезненный укол совести.  Я пытался понять, что я сделал не так, и у меня сформулировалась следующая мысль: причастившись в "церкви-сестре", я как будто бы переспал с сестрой жены. Вроде родственница, а чувство от этого ещё более нехорошее. И я решил немедленно исповедоваться.

Попал я на исповедь в храм Николы-в-Хамовниках! Я рассказал православному батюшке как было дело, он прочитал надо мною разрешительную молитву, и я попросил благословения. В ответ на это от сказал:

-- Деньги давай.

Вероятно, на моём лице нарисовалось такая бездна изумления, что он посчитал нужным пояснить:

-- Деньги за исповедь.

Надо сказать, что никогда до этого момента и никогда после я не сталкивался с подобным позорным явлением. Я был глубоко шокирован. Денег я ему дал. Будь я поглупее, это событие могло создать проблемы в моих отношениях с Церковью. Но я к тому времени уже многое повидал в жизни, прошел через магию и безумие -- и я не смутился ни на минуту. Сразу же было понятно, что это фигня какая-то, которую правильнее всего просто проигнорировать. И я просто сделал себе заметку, что оказывается, бывает в Церкви и такое.

Я просто пошёл к нормальному священнику и рассказал ему, как было дело. Исповедался ещё раз.  С католиками с тех пор я, естественно, больше не причащался.

Но это я рассказал так, мимоходом. Такие события полезны, потому что добавляют трезвости.

А речь идёт о Духе пророчества, о Святом Духе. О Духе, живущем в Православной Церкви, и более нигде. О Духе, который дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа. Я познакомился с Ним задолго до того, как уверовал в Сына Божия -- Бога, ставшего человеком и нисшедшего во ад, чтобы низвести на нас этого Духа:

-- Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу. Так будут поступать, потому что не познали ни Отца, ни Меня. Но Я сказал вам сие для того, чтобы вы, когда придет то время, вспомнили, что Я сказывал вам о том; не говорил же сего вам сначала, потому что был с вами. А теперь иду к Пославшему Меня, и никто из вас не спрашивает Меня: «куда идешь?» Но оттого, что Я сказал вам это, печалью исполнилось сердце ваше. Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам, и Он, придя, обличит мир о грехе и о правде и о суде: о грехе, что не веруют в Меня; о правде, что Я иду к Отцу Моему, и уже не увидите Меня; о суде же, что князь мира сего осужден. Еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить. Когда же придет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину; ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам. Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам. Все, что имеет Отец, есть Мое; потому Я сказал, что от Моего возьмет и возвестит вам.

Вот нормальный Дух пророчества -- дух Православной Церкви. Не будем придавать значения льстивым духам, наводящим на нас страх перемен. Они не имеют нас нами власти, пока с нами Бог.
Это дух поздней Античности.

Criptaplatonica рассуждает о сути античной философии и глубокой связи её с христианством, и завершает словами:
И в конце замечательное:

... Где-то здесь заканчивается античная и начинается христианская, в особенности православная мысль. И мне вдвойне радостно, что, таким образом, мы не только можем любить "вверх", любить античность в лице Платона, Аристотеля и многих после них — но и античность сама любит нас в лице ближайшего православного быта.

Это правда! И ещё какая. Античность к русским гораздо ближе, чем можно себе представить. Полноценная, сочная, яркая, живая. Она совсем рядом, за стенами ближайшего православного храма.

Вчера был День русских святых.

С небольшим запозданием поздравляю всех русских и всех православных!

Что бы ни случилось, Россия не может исчезнуть, потому что она причастна Вечности.

"Разумейте, языцы, и покаряйтеся, яко с нами Бог"
Tags: быт, звезда Полынь, религия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments