Максим Солохин (palaman) wrote,
Максим Солохин
palaman

Categories:

Суть гуманитарного и антигуманитарного сознания

Вчера у меня был диалог с очень интересным собеседником. Я превратил его в связный текст, в отношении которого я являюсь не автором, а лишь в лучшем случае соавтором. Настоящий автор этого текста пожелал остаться неизвестным.

Итак:

Интеллектуал настоящий, гуманитарий -- это тот, кто формулирует реальность вокруг себя.
Если это не выражается в том, что у него основные бытовые проблемы как-то более менее-закрыты, то вопрос, является ли он тем, за кого его почитают.

Самый простой сценарий для интеллектуала это подойти к знакомому и нарисовать ему успех. Просто так.
Подойти и сказать: ты гений, ты все сможешь. И если это не пустые слова, а слова интеллектуала, то ЧТО-ТО изменится.
После того, как это произойдет с 2-3 людьми, которые действительно будут понимать, что с ними ТАКОЕ провернули, проблемы с материальным... не то чтобы исчезнут, но улучшатся.

Писатель может быть и бедным. Это нормально, если это его выбор, если ему так угодно. Если же его это тяготит, то пожалуйста -- берешь окружающую реальность и "осюжечиваешь" ее.
Конечно, это не всегда срабатывает. В концлагерях и не таких ломали. И всё это не повод делить людей на умелых и неумелых писателей, но если по сути, то это единственный путь к заработку. И другого нет.
Простительно даже, если писатель благословил кого-то на успех, но... что-то пока не получилось. Но непростительно, если писатель ставит вопрос так, что "начинать надо с денег". Если "ничего не получится, пока нет денег", то человек чего-то важного ещё не понял, даже если он автор хорошей книги.

Ведь меня и самого однажды в хороший сюжет включили, и я включился. Так это работает. Так общаются и сотрудничают интеллектуалы. Так сотрудничают и так воюют. Включая друг друга в свои жизненные сюжеты-произведения.

Можно сказать и более сурово: "Те, кому надо всё это объяснять -- ПОКА не интеллектуалы. В настоящем, самом серьезном смысле этого слова."

Но говорить это неправильно. Во-первых, это преувеличение. Во-вторых, это плохой сюжет. Ведь если это написать в открытую, это будет очень жесткий вызов на полемику. Объявление войны. А зачем? Сама по себе война это плохой сюжет. И потому если говоришь подобные вещи, то надо сразу выстраивать иной сюжет.
Чтобы это воспринмалось не как нападение, а как нечто иное. Просто Рефлексия. Хотя бывает ли Рефлексия "просто"? Осознание смысла и целей нашей жизни -- разве это "просто"?

Сказанное выше это самая база. Подчеркиваю: просто подойти к ребенку, коллеге, соседу и сказать "ты можешь" -- это под силу любому. Но эти слова должны быть С СИЛОЙ. За ними должна стоять сила. И тогда человек рядом с тобой раскроется. Мне кажется, это вообще экзамен на то, чтобы считаться интеллектуалом. А лишний раз такие вещи говорить -- глупо и даже вредно. "Если надо объяснять, то не надо объяснять". "Не мечите бисера перед свиньями".

Ну, это как собрать группу "Водители" и говорить там: "как мне кажется, водители водят машину", или "а вы знаете, оказывается водитель -- он управляет автомобилями". Это же оскорбление. Это в переводе "ты дурак вообще, не понимаешь ровно ничего".

Но ведь и объяснять ЛЮБЫЕ вещи НИКОГДА не излишне, так как мысли наши, воплощаясь в слова, сами становятся объектом рефлексии.

Но важно понимать с кем разговариваешь. Какова аудитория высказывания. С низкой аудиторией надо играть на повышение. Глупо говорить "ты дурак", вместо этого правильно подсказать ход наверх.

Любой хороший текст содержит такую подсказку, ценную для меня. Кто-то сформулировали то, что сам я лишь ощущал. И предполагал, что может быть так. Но не решался взять -- и сказать прямо.

И эти вещи -- едва ли не самые ценные в жизни. Из них может получиться что угодно. Деньги в том числе. Потому таить их в себе неправильно, приватизировать нельзя. Не так уж много людей на свете, которые способны это услышать и понять. Нет нужды делать из этого тайну.

Потому я и не скрываю. Свободно раздаю и свободно беру. Беру и не считаю себя должным. Потому что наши мысли не наши. НАСТОЯЩИЕ мысли в нас свыше. Хотя далеко не всё то, что сверху -- от Бога. Но мысль, способная изменить чей-то мир, рождена не из этого мира. Как рычаг Архимеда. Им можно перевернуть землю, только точка опоры должна быть вне земли.

Такие мысли имеют силу. Они не безопасны. И потому их не кричат в окно. Они для конкретных людей в конктетных разговорах. Ведь бывают и плохие сюжеты. Типа "почему у нас ничего не получится". И почему же? "Потому что мы вечно критикуем друг друга".
Имеет ли смысл говорить человеку "так ты же сам запустил этот сюжет, причем прямо заявив, что это вредно". И тут возникает проблема.

Дело не в том, что человек начал какой-то негатив. Это не беда, ведь любой негатив можно сделать частью хорошего сюжета. Адвокат дьявола и алармист это почётные роли в сюжете: если скептика-алармиста-пессимиста удалось убедить в пользе какого-то дела, то и само дело можно считать уже наполовину сделанным. Страшно другое: если человек просто не понял, что именно он написал.

Вот почему я посчитал важным все эти мысли о деньгах сформулировать. Вовсе не потому, будто бы "русским деньги не нужны" или "я выше этого". Это слишком примитивный дискурс. Важно понимать уровень дискурса.

Но если у нас гильдия мясников, а один из нас жалуется, что вечно голоден, то надо задуматься, а точно ли он мясник? а может быть, это агент конкурирующей гильдии, цель которого -- понизить уровень нашего дискурса?

Вопрос "получится или нет" может быть задан только после того как сформулировано "а что именно"
Интеллектуалы могут только одно: писать сценарии. Это и необразованные женщины в 20 лет понимают порой, а образованные мужчины 50-60 лет не всегда.


Вот такая вот формулировка.

Гуманитарий это человек, который более-менее успешно пытается быть автором этой жизни, создавать сюжеты и превращать окружающих людей в героев этих сюжетов.

Но ведь это и есть магия. Попытка человека превратиться в автора, господина, хозяина этой жизни. Наиболее магической философией является солипсизм -- идея, что мир есть моё воображение. Мир есть мой сон, игра моего ума. А значит, я могу им играть, менять его, задавать правила, а то и полностью изменить его, уничтожить и сотворить новый. Если человек на что-то такое способен, ну хоть на процент, то да -- он экспериментально подтвердил, что в солипсизме есть свой резон. И -- он является настоящим гуманитарием, автором жизни в полном смысле этого слова.

Что здесь не так с точки зрения христианства? Нет, вовсе не то, что человек становится богом. Просто стать богом это не грех, потому что мы к этому и призваны. Обожение это и есть цель нашей религии (Православия). Грехом здесь является одиночество. Ведь он становится богом без Бога, вытесняет Бога Истины. Если человек сам желает стать богом это не беда. Беда в том, что он стремится при этом Бога удалить: "Бога больше нет, Бог умер. Есть только Я, и Я определяю сюжеты этой жизни".

Трудно понять гуманитарное сознание так, как мы его поняли. Потому что мы его поняли очень откровенно, наивно даже... одному мне было страшно самому себе так откровенно это сформулировать, потому что такая формулировка сразу ставит всё на грань фола. Всё начинает звучать очень страшно. Но вот мы взяли -- и сформулировали.

И опасность этой формулировки сразу заставила меня сделать следующий шаг. Принять это, осознать и осмыслить. И сразу стало понятно, что быть гуманитарием это (с точки зрения Православия) очень ответственное и опасное, рискованное занятие. Потому что в предельном своём развитии это сатанизм.

Когда нет Бога, а есть Я. И Я есть бог для окружающих меня людей, для мира. Я определяю сюжеты этого мира, моего мира. Вот это и есть сатанизм в самом чистом, рафинированном его виде. В этом ведь и заключается падение сатаны: что он сам стал на место Бога. Он создал виртуальную реальность, которую мы сейчас называем адом или преисподней. В которой он - бог. В которой обитают те, кто ему себя предал.

Эта отдельная реальность будет существовать до Страшного Суда. На Страшном же Суде, как сказано в Апокалипсисе, смерть и ад будут ввержены в геенну огненную. Геенна огненная -- это ведь нечто иное, чем преисподняя. Слово "преисподняя" означает виртуальный мир, богом которого является сатана. Слово "геенна" означает ту будущую реальность, которую испытают те, кто не любит Бога. Там завершится история того гуманитарного знания, которое от Бога отделено. А вот слово "ад" двусмысленно. Оно используется и в том, и в другом смысле. И это порой создаёт большую путаницу, заставляющую людей строить в своём уме неверные схемы. Надо понимать, что "преисподняя" и "геенна" это не одно и то же, хотя то и другое называется "адом". Ад это омоним.

Гуманитарное сознание без Бога это и есть сатанизм. Если оно лишено Бога, если в нём нет места Богу, то это и есть сатанизм. Но это не единственный вариант гуманитарного сознания.

Если сутью гуманитарного сознания является способность выстраивать сюжеты этого мира, то самый правильный, разумный, осознанный гуманитарный подход это молитва. Потому что Бог -- это творец, создатель, хозяин, автор этого мира. Бог и есть Тот, Кто создаёт, задаёт сюжеты этого мира. И действуя именно через Него мы в максимальной степени получаем неиллюзорную возможность определять судьбы мира, создавать его сюжеты, влиять на судьбы людей, создавать для них сюжеты.

Надо сразу же понять, что ты не один: у тебя есть Соавтор. А следующим шагом понять, что на самом деле это ты соавтор. Ведь сюжет твоей собственной жизни изначально является Его произведением. Настоящий Автор это некто Иной. Иисус Христос. Тот, Кто создал этот мир и потому по полному праву является хозяином, обладателем и владельцем этого мира. Обращаясь к Богу в молитве, мы получаем возможность соавторства, соучастия в Его гуманитарной деятельности. Ради этого мы и наделены свободной волей.

Именно деятельность Бога, если исходить из нашего определения, является наиболее гуманитарной из всех видов чьей бы то ни было деятельности. Первый гуманитарий это Иисус Христос. Первый, и высший, и единственный, кто это делает с полным правом. Все остальные гуманитарии либо участвуют в Его деятельности, либо пытаются занять Его место. И первым из гуманитариев, которые пытаются занять Его место, является сатана. В этом суть сатанизма.

Итак, понятие гуманитарности, определенное нами так чётко и ясно, распадается теперь на два рукава. На два основных подпонятия. Оно тоже становится омонимом. И эту омонимию надо различать. Надо понимать, что это далеко не одно и то же: творить сюжеты, которые разрушатся, сгорят с пришествием Христа -- или участвовать в деятельности Самого Христа. Который разрушит все чуждые Ему сюжеты и виртуальные миры. Ввергнет их в геенну огненную -- и тогда Он будет всяческая во всех.

Поэтому есть особый вид людей, которые кажутся глухими, лишенными мистического чутья. Но на самом деле у этих людей очень развито мистическое чутьё. Наоборот! Как раз они-то сразу понимают мистический аспект гуманитарности, предельный её смысл. Понимают -- и отвергают его. С одной стороны, они не готовы в полной мере воспринять гуманитарность как соавторство Богу. А с другой стороны, не приемлют сатанинский её вариант. И итоге, они отвергают всё.

Гуманитарное сознание для них в обоих своих предельных случаях недоступно. Если Божественное кажется слишком трудным и высоким, то демоническое не только нравственно неприемлемым. Тут важнее другое. Демоническая гуманитарность, конечно, ведёт человека в тупик. И отвергая её, они правы. Потому что Бог это всё равно Автор, и если я пытаюсь быть автором этого мира сам, без Бога, и если я продвинулся в этом направлении, это страшный признак. Это значит, что Бог меня оставил... Это означает, что Бог перестал мне напоминать о Себе. Я оказываюсь героем какого-то очень страшного сюжета, в котором настоящий Автор скрылся, спрятался, ушёл за кулисы, оставив меня какое-то время покувыркаться на сцене в роли "автора". Кончится это всё, конечно, плохо.

Потому-то эти люди и говорят: "Выпишите меня из гуманитариев." А что тогда им остаётся? Помимо гуманитарности Божественной, к которой люди относятся с трепетом и предпочитают держаться на дистанции, помимо гуманитарности сатанинской, от которой люди предпочитают держаться подальше, есть и третий путь. Что это за путь?

Это путь не то чтобы не гуманитарного, но антигуманитарного сознания. Так же, как антисоветчина является разновидностью советчины, так же и антигуманитарность является разновидностью гуманитарности. Это чисто научное, техническое знание. Математика, физика... С точки зрения гуманитарной, это плоское сознание. Потому что оно имеет дело с объектом, а не с субъектом. Они имеют дело с сюжетом, в котором нет героев, в котором действуют безличные стихии, которые ничего не решают. Самое весёлое, что там есть, это квантовая неопределенность (случайность, орёл и решка). Всё остальное там предсказуемо, понятно насквозь, и работать с такими сюжетами легко и приятно.

Антигуманитарное сознание это попытка описать мир с помощью вот таких вот безличных сюжетов. Оно основано на простой идее: а давайте попытаемся увидеть реальность такой, как она есть сама по себе, независимо от наших желаний, намерений. Это стремление к объективной истине, не зависящей от того, в каком мы состоянии находимся, во что мы верим. Стремление к "объективной истине" это и есть антигуманитарность, равно исключающая и Бога, и дьявола. Почему это АНТИ-гуманитарность? Потому что гуманитарность это (как мы верно определили) намерение стать автором реальность, задавать ей сюжеты. А здесь нечто противоположное. Это отказ от авторства. Попытка занять позицию созерцателя, от которого ничего не зависит. Она схожа с гуманитарность в том, что мы здесь перестаём быть героями, просто героями чужого Сюжета. И отличается от гуманитарности тем, что мы здесь не становимся авторами реальности. Мы пытаемся стать её Зрителями. Объективными наблюдателями.

Можно воспользоваться технологией Бахтина и выделить в художественном творчестве три минимально необходимых элемента: Автор, Герой и Читатель (=Зритель=Слушатель). Если нет хотя бы одного из этих трёх элементов, то это уже не художественное творчество, а нечто иное. Так вот, в этих терминах гуманитарное знание Героя можно поделить на такие типы. Во-первых, когда Герой стремится сам стать Автором (сатанинская гуманитарность). Во-вторых, когда Герой стремится стать Зрителем (антигуманитарность или естественнонаучное, техническое знание). И, наконец, в-третьих, когда Герой остается героем, осознавая своё положение как героя. Как ни странно, такое знание более объективно, чем вроде бы стремящее к объективности техническое знание. Ведь на самом-то деле герой это всё равно просто герой, что бы он ни делал. Сознание того, что ты просто герой, и максимум, что ты можешь сделать -- это быть соавтором Автора. Это последнее и есть христианская философия, которую я считаю единственно-правильной. Это не упрощение реальности или художественного творчества в какую бы то ни было сторону, не редукция, а просто их описание во всей полноте, как есть. Его можно при желании использовать редуцировать, поворачивать какой-то одной стороной. Но если ничего не упрощать, то получается вот так: три стороны, три аспекта, три вида гуманитарного знания -- и три соответствующих им основных действующих лица в художественном творчестве. Как минимум три.
Tags: религия, философия
Subscribe

Posts from This Journal “философия” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 48 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “философия” Tag