Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Позвольте представиться!

Уважаемому читателю желаю здравия, долгоденствия и просвещения духа!

Прежде всего, позвольте представиться. Я - писатель. Пишу художественную литературу, эссе и публицистику. На бумаге у меня опубликована только одна книга, на гонорар от которой я купил компьютер.

Надо сказать, заплатили очень скупо. Но меня это не слишком огорчило! Мне кажется, мы уже живем в эпоху электронных книг. Старое миновало. Теперь писателям надо приспосабливаться к новым условиям жизни. И мне кажется, что эти условия - намного лучше прежних. Пусть теперь невозможно заработать на литературе - зато между автором и читателем теперь не стоит никто. И это - великолепно!

Вот здесь в портале "Русский переплет" Вы можете найти основные тексты, написанные мною до того, как я завел себе ЖЖ. Тем, кто не любит черненького, советую почитать очень светлую "Сказку для старших". А тем, кто любит правду - немного страшную повесть "Король и Каролинка". Обе эти повести основаны на личном опыте - впрочем, как и вся литература.

А теперь вот я завел ЖЖ и публикуюсь сам, независимо от кого бы то ни было. И мне это нравится.

К сожалению, формат ЖЖ не совсем подходит для того, чтобы публиковать объемные тексты, потому здесь у меня в основном небольшие заметки на разные темы, хотя есть и большие работы, а именно:

Здесь я опубликовал повесть "Хуаныч и Петька"

Трёхсотлетняя война. Это большой цикл, даже несколько связанных между собой циклов о политической борьбе Европы XIII-XV веков, от взятия венецианцами Константинополя (1204) до начала Итальянских войн (1494).

Кроме того:

Заметки о религии и психологии

Теория Власти

Заметки по истории

Заметки по политологии

Между религией и политикой

Публицистика

Заметки об и на эсперанто

Чужие заметки, которые меня заинтересовали

Литература и искусство

Заметки, которые не уложились в эту классификацию

Личное

Жития - шедевры жанра

Я веду этот журнал прежде всего для себя самого и для узкого круга моих единомышленников. Главная цель этих записей - зафиксировать концепции, которые рождаются в моём уме. Раньше я этого не делал и сейчас с печалью понимаю, что кое-что из созданного мною уже подзабыл и теперь, заново столкнувшись с той же темой, вынужден второй раз проделывать ту же работу.

Раньше мне казалось, что если я что-то однажды понял, то я этого уже никогда не позабуду. Потому что то, что по-настоящему понято, просто невозможно позабыть, оно становится частью твоей души. Теперь я вижу, что я сильно переоценил свои силы. Оказалось, что понять что-либо по-настоящему гораздо труднее, потому что жизнь многогранна и неуклонно поворачивает даже самые знакомые темы новыми и новыми ракурсами.

Итак, я решился записывать свои мысли, чтобы я мог воспользоваться ими как готовым материалом спустя время. И чтобы ими могли воспользоваться те, кто мыслит в том же ключе. Если захотят! Я не навязываю свою точку зрения кому бы то ни было и тем более не стремлюсь формировать общественное мнение. Но мне нравится незаметно подбрасывать людям плодотворные идеи, а потом наблюдать, как с годами они мало-помалу становятся общепризнанными без моих малейших усилий, сами по себе, просто в силу естественно присущего им потенциала. И ещё: я знаю, что этот потенциал - не от меня, и мне нечем гордиться.

Но такой режим ведения журнала означает, что я далеко не всегда имею время и желание доказывать и подробно обосновывать излагаемые мною ментальные конструкции. Хотя бы уже потому, что многие из них складывались кропотливым трудом на протяжении десятилетий. И составлены они из очень разнообразного материала, с которым мне приходилось работать на протяжении жизни: от боевых искусств до Православия, от магии до релятивистской космологии, от гипноза до умной молитвы, от всемирной истории до небесной механики, от лингвистики до универсальной алгебры и так далее. Порой для того, чтобы понять логику моих рассуждений в какой-либо области надо хорошо разбираться ещё в нескольких весьма отдаленных от неё областях.

Кроме того, в моей внутренней жизни очень большую роль играют чисто духовные, мистические феномены. Я в общем-то трезвый человек и не доверяюсь всякому нашедшему откровению. Но в то же время я не склонен пренебрегать эзотерическим знанием, рассматривая его как важный дополнительный источник информации, вроде Гугля - доверять нельзя, но имеет смысл принять к сведению.

Потому читателю, который решился уделить сколько-то внимания этим записям, но не имеет оснований доверяться мне, имеет смысл относиться к ним как к разновидности художественной литературы. Ну, вот пришло автору на сердце желание нарисовать такую картину. Принесет ли это пользу, станет ли началом чего-то разумного, доброго и вечного - или будет просто позабыто, отброшено с годами, с накоплением жизненного опыта? Всяко может получиться. Главное - не навредить.

Потому не подходите ко всему этому со слишком уж серьезной меркой. Я всего лишь человек, а человеку свойственно ошибаться.

Хочу немного объяснить свою политику в отношении комментариев и комментаторов.
Я модерирую свой ЖЖ из эстетических соображений. Люди, которые комментируют мои тексты, являются частью некоего смыслового целого, которое я и пытаюсь уловить. В котором и сам я уже не автор, а один из героев. Это гораздо интереснее, чем монологическое творчество прошлого.
Но именно поэтому мне приходится удалять или ограничивать людей, которые приходят сюда не для того, чтобы творить, а чтобы разрушать по какой-либо причине - например, просто потому, что им не нравится моё творчество.
Таким образом, я удаляю из своего ЖЖ то, что мне просто не нравится, не гармонирует с тем целым, которые является целью моего поиска. По этой причине всякое богохульство или выпады против православных святых - это почти наверняка бан или как минимум удаление сообщения.

Ну, и пара слов официально:

1) Данный журнал является личным дневником, содержащим частные мнения автора. В соответствии со статьёй 29 Конституции РФ, каждый человек может иметь собственную точку зрения относительно его текстового, графического, аудио и видео наполнения, равно как и высказывать её в любом формате. Журнал не имеет лицензии Министерства культуры и массовых коммуникаций РФ и не является СМИ, а, следовательно, автор не гарантирует предоставления достоверной, непредвзятой и осмысленной информации. Сведения, содержащиеся в этом дневнике, а также комментарии автора этого дневника в других дневниках, не имеют никакого юридического смысла и не могут быть использованы в процессе судебного разбирательства. Автор журнала не несёт ответственности за содержание комментариев к его записям.

2) Автор журнала относится к числу идейных противников "законов об авторских правах". Уважая чужие авторские права, сам я пишу исключительно во славу Божию и потому всё мною написанное может свободно и безвозмездно распространяться, издаваться, переводиться и иначе использоваться полностью или частично, в коммерческих и некоммерческих целях, но при одном единственном условии: все это должно делаться в пользу Православия. Использование моих текстов во вред Православию будет рассматриваться как нарушение моих авторских прав.

Мистерия Власти: выход есть

Прочитав этот текст, наш читатель может добровольно стать участником мистерии, которая навсегда изменит этот мир. Может стать, а может и не стать - свободная воля для нас священна. Вход и выход до конца остаются свободными. Мистерия совершится в любом случае, и мир уже не останется прежним.

Мои слова могут казаться безумием, но они глубоко рациональны и взвешены. Я знаю, что говорю, и знаю, Кому это говорю. Слова могут изменить мир или как-то повлиять на ситуацию лишь в том случае, если они будут услышаны и если Сам Услышавший пожелает стать участником таинства. (Таинство и мистерия - синонимы.) К Нему-то, слышащему и участвующему, они и обращены, и потому не останутся бессильными.

"Мистерия начинается в тот момент, когда читатель/зритель становится героем произведения". И мистерия этого текста началась по сути дела уже очень давно, две тысячи лет назад в Палестине - в тот момент, когда Слышащий стал его героем, выйдя на сцену и открыв Себя всякому, кто пожелает участвовать в мистерии.

По сути, весь мой ЖЖ есть плавное введение в эту мистерию. Но ключом для открывающейся сегодня двери стало деяние великого флорентийца XV века Козимо Медичи, который пятьсот лет назад запустил новую мистерию, мистерию Тайной власти. Он стал первым человеком, которому удалось построить Искусственное государство. Очень любопытно, что мы имеем возможность указать, когда, где и кем оно было построено.

Деяние Козимо Медичи оказалось потрясающе эффективным. Он действительно изменил мир. Фактически, он придумал современный мир - мир, в котором мы ныне живем, и который мы намерены изменить по-своему при помощи своей ответной мистерии.

Мне кажется, задумка Козимо пришлась Тебе по вкусу, иначе ничего бы у флорентийца не вышло. Ты просто не позволил бы ему сыграть такую огромную роль и стать столь важной частью Твоей собственной мистерии. И нам, участникам этого таинства, было бы полезно понять смысл совершившегося и совершающегося, чтобы предвидеть то, чему ещё надлежит совершиться. А без Тебя это невозможно.

С великим итальянцем непросто говорить на равных, а тем более сделать великую мистерию частью какой-либо иной мистерии. Но вот как раз для Тебя-то это совсем не проблема. Потому этот текст и не может строиться никак иначе, кроме как через прямое обращение к Тебе.

Олег Насобин сильно облегчил мою задачу, сделав Козимо с его задумкой героем своего замечательного ролика, к которому я и отсылаю читателя, недостаточно знакомого с темой:

https://youtu.be/GwGBRjS_T90?t=534

Итак, три принципа Козимо Медичи, на которых строится современный мир:

  1. Прочная власть должна быть тайной.

  2. Самое удобное для неё устройство общества есть охлократия, которую лукаво именуют демократией.

  3. Этот мир должен принадлежать "философам", которые по сути дела являются магами, управляющими настроениями охлоса.


В тот момент, когда эти принципы были осознаны и сформулированы, они должны были казаться безумно храбрыми, революционными. Однако сегодня, спустя шесть веков, невозможно не признать их потрясающую эффективность, доказанную практикой и тем самым подтвержденную ясным выражением Твоей воли: ведь всё совершающееся совершается не иначе как по Твоей воле. И раз у Козимо всё получилось, значит, он угадал Твой замысел о мире, и действовал согласно этому замыслу.

Для элегантных Людей конструкция Козимо почти идеальна. Почти. Почти - потому что она не избавляет их от смерти, а также от неизбежной взаимной конкуренции, которая приближает эту смерть. Тут у Людей имеется слабое место, Проблема с большой буквы. И тут мы видим у Элегантных глубокий внутренний разрыв и противоречие, так как по мнению самих же Элегантных, человек с Проблемой не может оставаться элегантным, как разъяснил нам Олег Насобин в другом замечательном ролике.

https://youtu.be/GwGBRjS_T90?t=472

Этим-то противоречием мы и воспользуемся, на нем-то и сыграем, законно пользуясь тем, что Ты являешься хозяином не только Жизни, но и Смерти.

Если мы следуем за Тобой, если наша воля согласна с Твоей волей, то у нас нет и не может быть никаких проблем, потому что всё совершающееся совершается по Твоей воле. Неизбежно совершится и наша мистерия. Можно было бы сказать, что делать нам и вовсе ничего не нужно, так как Ты сделаешь всё Сам. Но это не совсем верно, потому что - опять-таки! - если наша воля согласна с Твоей волей, то и мы делаем то же, что делаешь Ты.

Проблемы у нас появляются лишь тогда, когда наша воля расходится с Твоей, когда мы начинаем воспринимать Тебя как внешнюю - а значит, потенциально враждебную нам - Силу. Но зато при правильном подходе все эти проблемы можно свести к одной-единственной - как вернуться на Путь, снова стать причастными Истине и таким образом обрести подлинную Жизнь. Вот и всё. Это альфа и омега, начало и конец. И кто сделал это, разом становится элегантнее всех Элегантных.

Но любое слишком общее решение проблемы имеет тот недостаток, что в каждом конкретном случае его нужно применять особо. И мы сейчас применим это общее решение к конкретной частной проблеме - той проблеме, которую создал для нас, "проблемных", Козимо Медичи, временно сделавшись со-автором (Твоим соавтором) современного мира.

Для нас русских концепция Козимо стала актуальной и смертельно важной в тот момент, когда венчался на царство наш последний Император Николай II. До него Россия продолжала оставаться традиционным естественным государством - то есть, таким государством, в котором власть действительно принадлежит человеку, считающемуся главой этого государства.

При Николае II власть в России стала тайной. Сам Николай был первым русским царем, который не обладал реальной властью в стране (см. История Русской революции в свете теории Власти), потому что его родители, Александр III и датчанка Мария Федоровна (Дагмарь), власть ему не передали. Всё время царствования Николая II реальная власть продолжала оставаться в руках его Матери, вдовствующей Императрицы, которая и привела Россию к злосчастной революции 1917 года, навсегда закрепившей для России данное положение вещей.

История Николая II символически повторяет историю последнего французского короля, Людовика XVI. Мария Феодоровна принесла с собою на Русь не только французскую систему тайной власти и французское масонство, но и французскую же по своей сути Февральскую революцию. И как во Франции сами же французские масоны потеряли инициативу революционного движения, уступив её якобинцам (которые работали на Англию), так и в России злосчастные февралисты уступили инициативу большевикам.
Но на этом сходство заканчивается.

Потому что в России, в отличие от Франции, так и не случилось своего Термидора. Важно понимать, что сталинский переворот 30-х годов не был русским Термидором; Россия просто перешла из одних нерусских рук в другие нерусские же руки. Элегантные французы смогли снова схватить и удержать свою власть во Франции, пусть и с огромными потерями, пусть им и пришлось для этого покувыркаться целых 80 лет, то выпуская власть из рук, то снова подхватывая её. Но вот в России им это не удалось.

Олег Насобин говорит, что высшая похвала искусству политика в закулисной Франции состоит в том, что его называют флорентийцем в честь великого флорентийца Козимо Медичи (и других членов этой Фамилии). Этот факт свидетельствует о том, что нынешняя французская Власть является прямой наследницей власти Медичи. Когда-нибудь кто-нибудь (может быть, даже я сам) расскажет нам, какими извилистыми путями флорентийская Власть стала французской Властью. Для нас пока в этой истории важно то, что в какой-то момент им пришлось для этого пожертвовать процветанием и благополучием своей собственной страны, ввергнув её в пучину бедствий и навсегда лишив мировой гегемонии (а ведь до революции 1792 Франция играла в мире такую же роль, какую сегодня играют США). И затем они ввергли в пучину таких же (и даже худших) бедствий Россию, причем даже не добились успеха, то есть, по факту поступили совсем-совсем не элегантно. Не по-флорентийски.

Важно для нас также понимать, что в за время своего фактического господства в России про-французская Власть Марии Федоровны Дагмарь подмяла под себя Русскую Церковь, подчинив себе систему церковного Управления, чем и объясняется то странное на первый взгляд обстоятельство, что церковные иерархи почти поголовно встали на сторону Февральской революции. На высшем уровне церковного Управления верным святому царю Николаю II остался лишь святой Макарий, тогдашний митрополит Московский, которого за это от церковного Управления немедленно отстранили.

Важно понимать, что со времен Александра III церковное Управление подчинено внешней закулисной Власти, точнее, нескольким различным Властям, которые за последние полтора века пару раз перехватывали друг у друга контроль над этим Управлением. И если до революции речь шла все-таки о русских Элегантных, пусть и переплетенных слишком тесно с французскими, то после революции ничего русского в этой власти нет, и корни её уходят далеко за границу, в англосаксонский мир.

Это важно понимать для того, чтобы для нас не остались тайной причины, по которым Ты позволил элегантным французам ввергнуть нашу страну в кровавую пучину революции. Мы должны ясно понимать Твои цели, чтобы мы могли действовать согласно с Тобой, преследуя те же самые цели.

Смысл совершающейся мистерии в том, что Ты желаешь владеть нами непосредственно, царствуя на престоле нашего сердца. Вот почему Тебе оказалась угодной задумка Козимо Медичи, и вот для чего Ты позволил "философам" возобладать над этим миром.

Эта мысль может показаться неожиданной или сложной. Сейчас я её поясню.

Церковная иерархия не должна становиться преградой между Тобой и нами. Они не имеют права властвовать над Твоими людьми, потому что никто кроме Тебя не является Властью в Твоей Церкви. И когда же подобное происходит, Ты сокрушаешь самозванных "посредников", разрушаешь механизмы Управления до основания, до дна. И тем самым сохраняешь Свою Церковь в первозданной простоте.

Если кто-то отождествляет понятия "Церковь" и "Церковное управление", то он должен будет сделать из моих слов неверный вывод, будто бы Ты разрушаешь саму Церковь. И если этот человек захочет освободиться от чар итальянца Козимо Медичи, ему придется осознать то, что осознал после революции русский философ Михаил Новоселов, который сумел с замечательной ясностью изложить в своих "Письмах к друзьям" несколько очень важных идей, центральная из которых состоит в том, что

В Церкви Христовой нет того кощунственного, богохульного, противохристианского и безнравственного начала, что называется авторитетом в вопросах совести и веры.

Никто, ни один человек, какую бы высокую ступень в церковной иерархии он ни занимал, не может вставать между Тобой и нами. А если подобное происходит, Ты не останавливаешься ни перед чем, Ты сокрушаешь Империи и разделяешь народы, чтобы дать тем, кто ищет, возможность восстановить прямое и непосредственное общение с Тобой лично.

Дело в том, что Ты не только Священник, но и Царь. Тебе в равной мере принадлежит и наша духовная, и наша плотская жизнь. В отношении к Тебе спиритуализм так же неуместен, как и грубая материальная выгода.

Козимо Медичи придумал, что подлинная власть должна быть тайной властью? Он догадался, что этим миром должны владеть философы? Прекрасно! Тебе понравилась эта идея. Ты принял от этого маленького смешного итальянца брошенный им Тебе вызов, и Ты изволил Сам стать этим Философом и этой Тайной Властью.

Вот в чем смысл пережитой нами революционной эпохи. Теперь она близка к завершению, все ходы уже сделаны и все загадки раскрыты, и мне остается лишь расставить точки над i, назвав все вещи своими именами.

Задумка Медичи пришлась Тебе по вкусу. Но Ты не оценил и не принял главную предпосылку Козимо,  а именно предложенную им концепцию деления людей на Элегантных и Проблемных. Проблема Элегантных в том, что они недостаточно элегантны в Твоих глазах (Откр 3):

Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: "я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды "; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю.

На самом деле от всякого человека лично зависит, кем и каким ему быть. Каждый сам для себя должен выбрать, быть ли ему человеком проблемным или человеком элегантным. По-настоящему Элегантный человек не имеет проблем, потому что всё на свете совершается согласно его воле, так как его воля согласна с Твоей волей.

Ты пришел в мир, в котором царили цари и господствовала явная власть.
Но пришел в этот мир тайно, Ты до самой смерти Твоей остался неузнанным. (см. Иисус Христос: личность и маска.) Ты родился в вертепе и лежал в скотских яслях. Мудрый философ Козимо Медичи, оказавшись в темнице, отчасти проник в тайну Твоего смирения и, ища решение вдруг возникшей перед ним страшной Проблемы, вдруг понял, что подлинная власть в этом веке должна быть тайной, подражая Твоей власти. И вот, Тебе оказалось по душе это решение великого Философа. Конечно же, Ты Сам ему и подсказал ему, умирающему от голода в темнице.

И Ты довел его идею до конца, до блеска и до совершенства. На пороге смерти Козимо Медичи познал и доказал на личным опыте, что великим человека делают не власть и не деньги, но правильная философия, которая способна вывести из мрака темницы на свет ведения. Козимо верил в Тебя и молился Тебе, и Ты не только спас его жизнь и вернул ему власть над Флоренцией, но дал его тайному учению возобладать, воцариться над этой планетой. И Ты сделал это с благой целью.

Тайно пришедшему в мир Царю и Философу подобает служить втайне.

Хорошо и правильно сделал великий император Константин, когда воцарил Тебя над своей Империей явно, сделавшись христианином. Но это великое деяние было несовершенным. Константин как бы исправил Твою "ошибку": Ты пришел в этот мир тайно и Твои ученики тайно служили Тебе три века, подвергаясь гонениям. Константин же сделал служение Тебе явным и славным, наполнив его блеском Римского величия. Именно так и должен был поступить великий Римлянин, сын своей эпохи.

Но Ты немедленно показал и обнажил недостатки такого решения.

Если бы Тебе подобало властвовать над этим падшим миром явно, Ты и пришел бы в него во славе. Но Тебе угодно было поступить иначе: Ты элегантно надел на Себя венецианскую маску, прикинувшись слабым смертным человеком, человеком с Проблемами. Этим Ты обманул дьявола, спровоцировал его убить Тебя, сравняв с прочими проблемными людьми - а значит, тем самым и их сравняв с Тобой. И с этого времени каждый желающий подражать Тебе вправе рассматривать свои проблемы как венецианскую маску, подобную Твоей маске.

Решение Константина было временным - и оно было совсем неплохим для своего времени. Надлежало на какое-то время сделать Твою власть явной и несомненной в глазах простого и грубого народа чтобы дать ему шанс заглянуть за венецианскую маску. Но оно не было совершенным, потому что Твоя игра с дьяволом не завершена. Подобно тому как он в глупой самонадеянности своей заглотил наживку Твоего смертного тела - и был смертельно ранен, внезапно наткнувшись на скрытый металл Твоего божества - подобно этому ему ещё предстоит всё в той же глупой самонадеянности заглотить теперь всю православную Церковь, чтобы довести до конца начатое Тобою дело искупления рода человеческого. И он это сделает, никуда не денется. Хотя и догадывается уже, каким будет финал, но пространство решений его всё время сужается, а Проблемы растут. И это хорошо и правильно.

Это хорошо и правильно, но болезненно переживается простыми верующими, потому что мы не разумеем тайны Твоего промысла. Между тем, это необходимо для того, чтобы разумно и сознательно участвовать в совершающейся мистерии. Это очень важно, чтобы участие было добровольным, сознательным и разумным. Потому что бессознательно, неразумно и не добровольно в ней участвуют все, и сам дьявол играет в ней важную роль - роль полезного идиота. Но Ты не награждаешь тех, кто участвует в ней не добровольно.

А для добровольного и сознательного участия нужно ясное осознание смысла мистерии, общего её плана и правил хорошего тона. Хороший тон состоит в том, чтобы не иметь проблем (тут Элегантные правы), возложив все свои проблемы на Тебя, как и учит Церковь:

Сами себя, и друг друга, и всю жизнь нашу Христу Богу предадим.

Как именно это делается, об этом я надеюсь рассказать с Твоей помощью нашим читателям, отвечая на их вопросы. Общий же план мистерии и её смысл я изложил публично в этом кратком, но достаточно ёмком тексте.

Прямое продолжение этого текста -- Христианство и демократия: выход есть
См. также Мистерия русского возрождения
Стратегия русского движения

Суть гуманитарного и антигуманитарного сознания

Вчера у меня был диалог с очень интересным собеседником. Я превратил его в связный текст, в отношении которого я являюсь не автором, а лишь в лучшем случае соавтором. Настоящий автор этого текста пожелал остаться неизвестным.

Итак:

Интеллектуал настоящий, гуманитарий -- это тот, кто формулирует реальность вокруг себя.
Если это не выражается в том, что у него основные бытовые проблемы как-то более менее-закрыты, то вопрос, является ли он тем, за кого его почитают.

Самый простой сценарий для интеллектуала это подойти к знакомому и нарисовать ему успех. Просто так.
Подойти и сказать: ты гений, ты все сможешь. И если это не пустые слова, а слова интеллектуала, то ЧТО-ТО изменится.
После того, как это произойдет с 2-3 людьми, которые действительно будут понимать, что с ними ТАКОЕ провернули, проблемы с материальным... не то чтобы исчезнут, но улучшатся.

Писатель может быть и бедным. Это нормально, если это его выбор, если ему так угодно. Если же его это тяготит, то пожалуйста -- берешь окружающую реальность и "осюжечиваешь" ее.
Конечно, это не всегда срабатывает. В концлагерях и не таких ломали. И всё это не повод делить людей на умелых и неумелых писателей, но если по сути, то это единственный путь к заработку. И другого нет.
Простительно даже, если писатель благословил кого-то на успех, но... что-то пока не получилось. Но непростительно, если писатель ставит вопрос так, что "начинать надо с денег". Если "ничего не получится, пока нет денег", то человек чего-то важного ещё не понял, даже если он автор хорошей книги.

Ведь меня и самого однажды в хороший сюжет включили, и я включился. Так это работает. Так общаются и сотрудничают интеллектуалы. Так сотрудничают и так воюют. Включая друг друга в свои жизненные сюжеты-произведения.

Можно сказать и более сурово: "Те, кому надо всё это объяснять -- ПОКА не интеллектуалы. В настоящем, самом серьезном смысле этого слова."

Но говорить это неправильно. Во-первых, это преувеличение. Во-вторых, это плохой сюжет. Ведь если это написать в открытую, это будет очень жесткий вызов на полемику. Объявление войны. А зачем? Сама по себе война это плохой сюжет. И потому если говоришь подобные вещи, то надо сразу выстраивать иной сюжет.
Чтобы это воспринмалось не как нападение, а как нечто иное. Просто Рефлексия. Хотя бывает ли Рефлексия "просто"? Осознание смысла и целей нашей жизни -- разве это "просто"?

Сказанное выше это самая база. Подчеркиваю: просто подойти к ребенку, коллеге, соседу и сказать "ты можешь" -- это под силу любому. Но эти слова должны быть С СИЛОЙ. За ними должна стоять сила. И тогда человек рядом с тобой раскроется. Мне кажется, это вообще экзамен на то, чтобы считаться интеллектуалом. А лишний раз такие вещи говорить -- глупо и даже вредно. "Если надо объяснять, то не надо объяснять". "Не мечите бисера перед свиньями".

Ну, это как собрать группу "Водители" и говорить там: "как мне кажется, водители водят машину", или "а вы знаете, оказывается водитель -- он управляет автомобилями". Это же оскорбление. Это в переводе "ты дурак вообще, не понимаешь ровно ничего".

Но ведь и объяснять ЛЮБЫЕ вещи НИКОГДА не излишне, так как мысли наши, воплощаясь в слова, сами становятся объектом рефлексии.

Но важно понимать с кем разговариваешь. Какова аудитория высказывания. С низкой аудиторией надо играть на повышение. Глупо говорить "ты дурак", вместо этого правильно подсказать ход наверх.

Любой хороший текст содержит такую подсказку, ценную для меня. Кто-то сформулировали то, что сам я лишь ощущал. И предполагал, что может быть так. Но не решался взять -- и сказать прямо.

И эти вещи -- едва ли не самые ценные в жизни. Из них может получиться что угодно. Деньги в том числе. Потому таить их в себе неправильно, приватизировать нельзя. Не так уж много людей на свете, которые способны это услышать и понять. Нет нужды делать из этого тайну.

Потому я и не скрываю. Свободно раздаю и свободно беру. Беру и не считаю себя должным. Потому что наши мысли не наши. НАСТОЯЩИЕ мысли в нас свыше. Хотя далеко не всё то, что сверху -- от Бога. Но мысль, способная изменить чей-то мир, рождена не из этого мира. Как рычаг Архимеда. Им можно перевернуть землю, только точка опоры должна быть вне земли.

Такие мысли имеют силу. Они не безопасны. И потому их не кричат в окно. Они для конкретных людей в конктетных разговорах. Ведь бывают и плохие сюжеты. Типа "почему у нас ничего не получится". И почему же? "Потому что мы вечно критикуем друг друга".
Имеет ли смысл говорить человеку "так ты же сам запустил этот сюжет, причем прямо заявив, что это вредно". И тут возникает проблема.

Дело не в том, что человек начал какой-то негатив. Это не беда, ведь любой негатив можно сделать частью хорошего сюжета. Адвокат дьявола и алармист это почётные роли в сюжете: если скептика-алармиста-пессимиста удалось убедить в пользе какого-то дела, то и само дело можно считать уже наполовину сделанным. Страшно другое: если человек просто не понял, что именно он написал.

Вот почему я посчитал важным все эти мысли о деньгах сформулировать. Вовсе не потому, будто бы "русским деньги не нужны" или "я выше этого". Это слишком примитивный дискурс. Важно понимать уровень дискурса.

Но если у нас гильдия мясников, а один из нас жалуется, что вечно голоден, то надо задуматься, а точно ли он мясник? а может быть, это агент конкурирующей гильдии, цель которого -- понизить уровень нашего дискурса?

Вопрос "получится или нет" может быть задан только после того как сформулировано "а что именно"
Интеллектуалы могут только одно: писать сценарии. Это и необразованные женщины в 20 лет понимают порой, а образованные мужчины 50-60 лет не всегда.


Вот такая вот формулировка.

Гуманитарий это человек, который более-менее успешно пытается быть автором этой жизни, создавать сюжеты и превращать окружающих людей в героев этих сюжетов.

Но ведь это и есть магия. Попытка человека превратиться в автора, господина, хозяина этой жизни. Наиболее магической философией является солипсизм -- идея, что мир есть моё воображение. Мир есть мой сон, игра моего ума. А значит, я могу им играть, менять его, задавать правила, а то и полностью изменить его, уничтожить и сотворить новый. Если человек на что-то такое способен, ну хоть на процент, то да -- он экспериментально подтвердил, что в солипсизме есть свой резон. И -- он является настоящим гуманитарием, автором жизни в полном смысле этого слова.

Что здесь не так с точки зрения христианства? Нет, вовсе не то, что человек становится богом. Просто стать богом это не грех, потому что мы к этому и призваны. Обожение это и есть цель нашей религии (Православия). Грехом здесь является одиночество. Ведь он становится богом без Бога, вытесняет Бога Истины. Если человек сам желает стать богом это не беда. Беда в том, что он стремится при этом Бога удалить: "Бога больше нет, Бог умер. Есть только Я, и Я определяю сюжеты этой жизни".

Трудно понять гуманитарное сознание так, как мы его поняли. Потому что мы его поняли очень откровенно, наивно даже... одному мне было страшно самому себе так откровенно это сформулировать, потому что такая формулировка сразу ставит всё на грань фола. Всё начинает звучать очень страшно. Но вот мы взяли -- и сформулировали.

И опасность этой формулировки сразу заставила меня сделать следующий шаг. Принять это, осознать и осмыслить. И сразу стало понятно, что быть гуманитарием это (с точки зрения Православия) очень ответственное и опасное, рискованное занятие. Потому что в предельном своём развитии это сатанизм.

Когда нет Бога, а есть Я. И Я есть бог для окружающих меня людей, для мира. Я определяю сюжеты этого мира, моего мира. Вот это и есть сатанизм в самом чистом, рафинированном его виде. В этом ведь и заключается падение сатаны: что он сам стал на место Бога. Он создал виртуальную реальность, которую мы сейчас называем адом или преисподней. В которой он - бог. В которой обитают те, кто ему себя предал.

Эта отдельная реальность будет существовать до Страшного Суда. На Страшном же Суде, как сказано в Апокалипсисе, смерть и ад будут ввержены в геенну огненную. Геенна огненная -- это ведь нечто иное, чем преисподняя. Слово "преисподняя" означает виртуальный мир, богом которого является сатана. Слово "геенна" означает ту будущую реальность, которую испытают те, кто не любит Бога. Там завершится история того гуманитарного знания, которое от Бога отделено. А вот слово "ад" двусмысленно. Оно используется и в том, и в другом смысле. И это порой создаёт большую путаницу, заставляющую людей строить в своём уме неверные схемы. Надо понимать, что "преисподняя" и "геенна" это не одно и то же, хотя то и другое называется "адом". Ад это омоним.

Гуманитарное сознание без Бога это и есть сатанизм. Если оно лишено Бога, если в нём нет места Богу, то это и есть сатанизм. Но это не единственный вариант гуманитарного сознания.

Если сутью гуманитарного сознания является способность выстраивать сюжеты этого мира, то самый правильный, разумный, осознанный гуманитарный подход это молитва. Потому что Бог -- это творец, создатель, хозяин, автор этого мира. Бог и есть Тот, Кто создаёт, задаёт сюжеты этого мира. И действуя именно через Него мы в максимальной степени получаем неиллюзорную возможность определять судьбы мира, создавать его сюжеты, влиять на судьбы людей, создавать для них сюжеты.

Надо сразу же понять, что ты не один: у тебя есть Соавтор. А следующим шагом понять, что на самом деле это ты соавтор. Ведь сюжет твоей собственной жизни изначально является Его произведением. Настоящий Автор это некто Иной. Иисус Христос. Тот, Кто создал этот мир и потому по полному праву является хозяином, обладателем и владельцем этого мира. Обращаясь к Богу в молитве, мы получаем возможность соавторства, соучастия в Его гуманитарной деятельности. Ради этого мы и наделены свободной волей.

Именно деятельность Бога, если исходить из нашего определения, является наиболее гуманитарной из всех видов чьей бы то ни было деятельности. Первый гуманитарий это Иисус Христос. Первый, и высший, и единственный, кто это делает с полным правом. Все остальные гуманитарии либо участвуют в Его деятельности, либо пытаются занять Его место. И первым из гуманитариев, которые пытаются занять Его место, является сатана. В этом суть сатанизма.

Итак, понятие гуманитарности, определенное нами так чётко и ясно, распадается теперь на два рукава. На два основных подпонятия. Оно тоже становится омонимом. И эту омонимию надо различать. Надо понимать, что это далеко не одно и то же: творить сюжеты, которые разрушатся, сгорят с пришествием Христа -- или участвовать в деятельности Самого Христа. Который разрушит все чуждые Ему сюжеты и виртуальные миры. Ввергнет их в геенну огненную -- и тогда Он будет всяческая во всех.

Поэтому есть особый вид людей, которые кажутся глухими, лишенными мистического чутья. Но на самом деле у этих людей очень развито мистическое чутьё. Наоборот! Как раз они-то сразу понимают мистический аспект гуманитарности, предельный её смысл. Понимают -- и отвергают его. С одной стороны, они не готовы в полной мере воспринять гуманитарность как соавторство Богу. А с другой стороны, не приемлют сатанинский её вариант. И итоге, они отвергают всё.

Гуманитарное сознание для них в обоих своих предельных случаях недоступно. Если Божественное кажется слишком трудным и высоким, то демоническое не только нравственно неприемлемым. Тут важнее другое. Демоническая гуманитарность, конечно, ведёт человека в тупик. И отвергая её, они правы. Потому что Бог это всё равно Автор, и если я пытаюсь быть автором этого мира сам, без Бога, и если я продвинулся в этом направлении, это страшный признак. Это значит, что Бог меня оставил... Это означает, что Бог перестал мне напоминать о Себе. Я оказываюсь героем какого-то очень страшного сюжета, в котором настоящий Автор скрылся, спрятался, ушёл за кулисы, оставив меня какое-то время покувыркаться на сцене в роли "автора". Кончится это всё, конечно, плохо.

Потому-то эти люди и говорят: "Выпишите меня из гуманитариев." А что тогда им остаётся? Помимо гуманитарности Божественной, к которой люди относятся с трепетом и предпочитают держаться на дистанции, помимо гуманитарности сатанинской, от которой люди предпочитают держаться подальше, есть и третий путь. Что это за путь?

Это путь не то чтобы не гуманитарного, но антигуманитарного сознания. Так же, как антисоветчина является разновидностью советчины, так же и антигуманитарность является разновидностью гуманитарности. Это чисто научное, техническое знание. Математика, физика... С точки зрения гуманитарной, это плоское сознание. Потому что оно имеет дело с объектом, а не с субъектом. Они имеют дело с сюжетом, в котором нет героев, в котором действуют безличные стихии, которые ничего не решают. Самое весёлое, что там есть, это квантовая неопределенность (случайность, орёл и решка). Всё остальное там предсказуемо, понятно насквозь, и работать с такими сюжетами легко и приятно.

Антигуманитарное сознание это попытка описать мир с помощью вот таких вот безличных сюжетов. Оно основано на простой идее: а давайте попытаемся увидеть реальность такой, как она есть сама по себе, независимо от наших желаний, намерений. Это стремление к объективной истине, не зависящей от того, в каком мы состоянии находимся, во что мы верим. Стремление к "объективной истине" это и есть антигуманитарность, равно исключающая и Бога, и дьявола. Почему это АНТИ-гуманитарность? Потому что гуманитарность это (как мы верно определили) намерение стать автором реальность, задавать ей сюжеты. А здесь нечто противоположное. Это отказ от авторства. Попытка занять позицию созерцателя, от которого ничего не зависит. Она схожа с гуманитарность в том, что мы здесь перестаём быть героями, просто героями чужого Сюжета. И отличается от гуманитарности тем, что мы здесь не становимся авторами реальности. Мы пытаемся стать её Зрителями. Объективными наблюдателями.

Можно воспользоваться технологией Бахтина и выделить в художественном творчестве три минимально необходимых элемента: Автор, Герой и Читатель (=Зритель=Слушатель). Если нет хотя бы одного из этих трёх элементов, то это уже не художественное творчество, а нечто иное. Так вот, в этих терминах гуманитарное знание Героя можно поделить на такие типы. Во-первых, когда Герой стремится сам стать Автором (сатанинская гуманитарность). Во-вторых, когда Герой стремится стать Зрителем (антигуманитарность или естественнонаучное, техническое знание). И, наконец, в-третьих, когда Герой остается героем, осознавая своё положение как героя. Как ни странно, такое знание более объективно, чем вроде бы стремящее к объективности техническое знание. Ведь на самом-то деле герой это всё равно просто герой, что бы он ни делал. Сознание того, что ты просто герой, и максимум, что ты можешь сделать -- это быть соавтором Автора. Это последнее и есть христианская философия, которую я считаю единственно-правильной. Это не упрощение реальности или художественного творчества в какую бы то ни было сторону, не редукция, а просто их описание во всей полноте, как есть. Его можно при желании использовать редуцировать, поворачивать какой-то одной стороной. Но если ничего не упрощать, то получается вот так: три стороны, три аспекта, три вида гуманитарного знания -- и три соответствующих им основных действующих лица в художественном творчестве. Как минимум три.

Илиотропион



На изображении может находиться: цветок и текст

Эта заметка -- важное дополнение к прошлой моей заметке Десять главных книг моей жизни

Если бы мне предложили выбрать из главных десяти книг ОДНУ, самую главную, я бы без сомнения назвал "Путь умного делания", потому что в Тебе всякая премудрость и всякое знание, и живое общение с Тобой безмерно важнее любой книги. В молитве ключ ко всякой мудрости и всякому знанию.

Если бы мне позволили назвать ТРИ главных книги, я бы назвал помимо "Умного делания", конечно же Библию.

Но кроме того, я безусловно назвал бы сочинение великого русского святителя Иоанна Максимовича (Тобольского) Илиотропион.
(Замечу в скобках, что Иоанн Тобольский -- родственник другого русского святого, нашего современника Иоанна Шанхайского, тоже Максимовича.)

Как получилось, что одна ТРЁХ из главных книг моей жизни не попала в список ДЕСЯТИ?
Ответ прост:

Неизвестно, кто первый открыл воду, но это сделали не рыбы.


Перечисляя главные книги своей жизни, я забыл одну из самых главных потому, что я в ней обитаю, ею дышу -- и перестал её замечать, как люди не замечают воздух, а рыбы -- воду. Когда мне напомнили про Илиотропион, я на мгновение ощутил стыд, как будто забыл поздравить близкого человека с днём рождения. Но у моей забывчивости есть и другая причина: я понял и усвоил главную идею Илиотропиона раньше, чем прочёл эту книгу.

Эта идея, в сущности, самоочевидна: если Бог всемогущ, то всё совершающееся совершается по Его воле. Потому что никто и ничто не может противиться Ему или повлиять на Его замысел. Ведь всё, абсолютно всё является часть этого Замысла. Все мы, миллиарды когда-либо живших, живущих или тех, кому ещё предстоит жить -- все мы лишь герои огромного Романа или Саги, Автором которой является Он Сам.

Эта философия прямо, непосредственно вытекает из веры в Единого всемогущего Бога, но когда я дошёл до этой очевидной мысли, меня смутило то странное обстоятельство, что оглянувшись вокруг (а я в те годы жил в Церкви, в одном из скромных центров только-только начавшей возрождаться в России 90-х годов церковной жизни, на послушании при ногах игумена Ф., на тот момент ещё иеромонаха) я не нашёл полного подтверждения этой идеи в окружающих меня церковных людях. Ведь рассуждая попросту, всякий верующий в Тебя человек должен в первую очередь быть не просто доволен жизнью -- этого мало! Мы должны были бы быть фанатами реальности, подобно тому как поклонники какого-нибудь автора или группы естественным образом являются фанатами их творчества. Ну а как иначе?! Если Бог наш есть Творец реальности, то реальность эта и есть Его творчество. И как же можно, поклоняясь Творцу, не быть фанатом Его творчества?!

Но вот не видел я этого благословенного фанатизма в окружающих меня людях, каждый из которых был в то время для меня образцом для подражания, ведь я был неофитом, учеником -- я хороший ученик должен учиться не столько по учебникам, сколько по учителю. По-настоящему усвоить что бы то ни было можно только одним способом: усвоив себе насколько это возможно саму личность носителя данного знания или умения. Правда, при этом можно ненароком усвоить много всего лишнего, но эти неизбежные на первом этапе издержки можно и нужно компенсировать на следующем этапе: усвоив науку до стадии понимания в ней главного, сути, затем зафиксировать всё внимание на ней, подняв градус усердия до температуры плавления, чтобы переплавить прошлое -- и тогда всё второстепенное само отвалится как шлак.

Мне казалось, что вот же оно главное -- верующий в Бога должен прежде всего быть фанатом реальности, должен восторгаться и воспевать премудрость Промыслителя -- восторгаться даже тем, что пока остаётся непонятным, и это нормально, ведь ребенку покупают одежду чуть больше его размера, на вырост. Так и восторг настоящего фаната должен быть всегда немного на вырост, потому что фанат это ученик, а его кумир -- учитель. И вполне естественно, что ученик не всё понимает в творчестве учителя. Придёт время -- поймёт и оценит по достоинству, а пока -- пока он должен просто верить своему кумиру, доверять ему, мало-помалу усваивая, вбирая ходы его мысли и чувства. Если это верно в отношении поклонников ничтожных земных кумиров и условной игры человеческого искусства, то стократ должно быть это верно в отношении поклонников Бога Истины и Его безусловно совершенного творчества. Если нам что-то не нравится в творении Бога, значит мы, наверное, просто пока не поняли Его, не так ли?

Но вот не находил я в окружающих меня церковных людях этого благословенного фанатизма. Время от времени попадался фанатизм несколько иного рода -- искренняя готовность приносить себя в жертву во имя Христа. (Таких примеров в Церкви и сейчас немало, а в 90-е годы было просто-напросто много.) Но накопленный мною жизненный опыт и интуиция подсказывали мне, что фанатизм этого рода лишён смысла, если в основе его не лежит благословенный фанатизм любви к Тебе и искреннего преклонения перед Твоим замыслом. Так оно и есть. Правильный, спасительный фанатизм рождается из этой Любви и без Неё он лишен смысла. Если человек испытывает восторг перед мудростью Художника, то энергия этого восторга перехлёстывает через край, так что ему уже недостаточно наслаждения творчеством Творца, но наступает острая нужда в Нём Самом. Так я в детстве, испытывая восторг перед творчеством Стругацких, поехал с далекого Урала в Москву, ища встречи с Аркадием (и он меня принял). Это естественное развитие сюжета: восторг перед творчества возносит человека к его источнику, ну а куда же ещё? Отсюда в христианстве естественно рождается постничество, и бдение, и отшельничество, и безмолвие -- одним словом, монашество, высшей формой которого является мученичество ради Христа, когда человек окончательно оставляет творение ради соединения с Творцом.

Между тем нередко, находя в людях готовность к жертвам ради Бога, я обнаруживал под нею совсем-совсем другое основание, прямо противоположное Любви. А именно, недовольство миром Божьим, ненависть к нему, отвержение Божественного творения. Всё это тоже может толкать человека на поиски Истины, но... в действительности это прямо противоположно сути христианства. Это иной дух, иная по сути религия, хотя и одевающаяся в те же ризы, посещающая те же храмы, произносящая те же слова молитв -- но с иным смыслом и содержанием. Об этой религии пишет апостол Павел к Римлянам (глава 10):
Братия! желание моего сердца и молитва к Богу о спасении Израиля. Ибо свидетельствую им, что имеют ревность по Боге, но не по разуму. Ибо, не разумея праведности Божией и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божией.
Это старая как мир духовная болезнь -- ревность не по разуму -- когда человеку кажется, что он ищет Бога, а на самом деле он ищет собственной святости и праведности, а не Бога... Бога же он на самом деле просто не любит.

Многие говорят и думают, что они любят Бога. Но правда ли это, каждый сам для себя может это легко проверить. Господь говорит: Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня. Сам евангелист, записавший эти слова, в другом месте поясняет: Ибо это есть любовь к Богу, чтобы мы соблюдали заповеди Его; и заповеди Его не тяжки. Можно думать про себя: я люблю Бога, но заповеди Его не соблюдаю, потому что это тяжело. Но почему тяжело? Потому что воля твоя не согласна с волей Бога. Он желает одного, а ты другого. Потому тебе, чтобы исполнять Его заповеди, приходится ломать самого себя через колено. Но если воля твоя не согласна с Его волей, значит в глубине своего сердца ты не любишь Его. Чтобы проверить, как ты на самом деле относишься к Богу, надо просто ответить на один глупый вопрос: а как бы ты поступил на Его месте? Будь ты всемогущим Богом безо всяких ограничений -- как бы ты, лично ты устроил мир и судьбы мира? Если иначе, значит, в твоем сердце нет искренней любви к Нему, но ты считаешь Его неправым. А это и есть в точности то, что говорит Апостол о евреях: "не разумея праведности Божией и усиливаясь поставить собственную праведность, они не покорились праведности Божией"

Я понял эту тонкость довольно быстро, но не находил вокруг себя достаточного подтверждения своей догадке в окружающих меня церковных людях, даже в самом отце Ф. И это было тяжело, очень тяжело -- потому что я снова и снова заставлял себя сомневаться: а вдруг я неправ? Вдруг я новичок что-то не так понял в этой религии и забрёл со своими догадками в какие-то духовные дебри, уклонившись от Истины? И вот тут-то мне попался Илиотропион, в котором моя догадка подтверждалась на 100% и даже более. Автор этой книги, великий русский святитель Иоанн Тобольский (Максимович) использовал для выражения этой идеи самые решительные выражения, не оставляющие никаких сомнений. Цитирую:

Представляю еще одного верного свидетеля – блаженного Августина. Он говорит: «Бог иногда исполняет Свою благую волю для правды через злых людей злую волю: так через злобных иудеев, по всеблагой воле Бога Отца, Иисус Христос за нас умерщвлен был. Так велики дела Господни, изысканы они по предназначениям Его: дивным и неизреченным образом ничто против Его воли не делается, ибо не свершилось бы, если бы Он не попускал, и попускает не нехотя, но желая, и не попустил бы доброму ничего злого, если бы Всемогущий и от зла не мог произвести большого добра». Итак, когда видишь или слышишь, что Бог попускает, то разумей, что Он хочет попустить.

Если Бог попускает, значит Он хочет попустить -- эта решительная формулировка не оставила камня на камне от моих сомнений. Я потом вспоминал, что может быть, ещё в самом начале своего обращения к вере я когда-то на минуту приоткрыл "Илиотропион" и прочитал:

Все преуспеяние наше в жизни христианской зависит от того, как собственную нашу волю мы будем покорять воле Божией. Чем искреннее наша покорность Божественной воле, тем преуспеяние христианской жизни сделается обильнейшим и многоплоднейшим. Известно, что совершенство последователя Христова основано на любви его к Богу и ближнему. Все книги Священного Писания преисполнены свидетельствами об этом: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим; сия есть первая и наибольшая заповедь.
...
Многие обманываются, по своему крайнему невежеству думая, что только зло, проистекающее от естественных причин (наводнения, землетрясения, неурожаи, повальные болезни и внезапная смерть), происходит по воле Божией; ибо по большей части такие несчастья не имеют прямого отношения к грехам. Но злостные деяния, происходящие от противозаконного умысла человеческого (ложь, оскорбления, насмешки, обманы и подлоги, грабежи, разбои, смертоубийства и т.п.), приключаются, по мнению таких людей, без допущения воли Божией и Его Промысла, но единственно по человеческой злобе и развращенной людской воле, которая сама причиняет и наносит ближним своим всякое зло.
А потому не только в минувшее, давно прошедшее время, но и в настоящие времена нередко слышны жалобы: «Голод и разорение случились не от Бога, а лихоимцев»; таковы утверждения людей неведующих и не боящихся Бога: они недостойны христианина и должны быть отсылаемы во тьму кромешную, где нет света.
...
Что удивительного, когда Божественный Промысл и Его праведный суд употребляет злых людей как орудие для совершения Его святой воли, когда и самые диаволы исполняют это дело. Как говорит святитель Григорий, «свершается это по чудному устройству милости Божией, по которому то же самое средство, употребляемое врагом для искушения нашего сердца, чтобы погубить нас, милосердный Создатель использует для исправления нашего, чтобы оживотворить нас»


Тогда я не понял силы этих слов, но они отложили где-то в глубине моего сердца и спустя время всплыли в моём сознании как моя собственная мысль. Так ли это? Не знаю. Может быть. А может быть, это была простая логика, прямое логическое следствие основной предпосылки нашей религии: Бог всемогущ и нет другого начала и другой причины бытия кроме Него. Может быть, Илиотропион и заронил во мне это семя, а может быть, он просто пришёл мне на помощь, когда меня мучили сомнения. Скорее всего, верно и то, и другое.

В этой же книге я нашёл и ключ к своей теории бессознательного (см. заметку Фундамент Бессознательного):

«Все оскорбляющие нас каким бы то ни было образом – каждый из них совмещает в себе как бы два лица, одно действует сознательно, другое – бессознательно: во-первых, он желает по злому расположению действовать против нас враждебно: с намерением оскорбить нашу личность, лишить имущества и т.д., хотя в этом намерении своем и не всегда успевает; при успехе же своем, через попущение Божие, делается он бессознательно вторым лицом, действующим в качестве орудия в руках Божиих, наказующего или исправляющего наше поведение, и тем самым бессознательно служит Богу». Такими бессознательными служителями Божиими были известные в истории: Навуходоносор, Аттила, Тотила, Тамерлан и другие бичи Божии; таковы же Веспасиан и сын его Тит, которые ради славы и распространения Римской империи старались уничтожить евреев, но обманулись.

Это ясное и прозрачное учение о самом что ни на есть фундаменте бессознательного стало для меня откровением. В сущности, на нём и были основаны все мои рассуждения о психологии Бессознательного. (См. также заметку  Как загипнотизировать дьявола) Но мне понадобилось много-много лет (примерно двадцать), чтобы понять силу этих слов и построить на них достаточно полную концепцию Бессознательного. Неслучайна здесь у Иоанна Тобольского и отсылка к истории и примерам великих злодеев, которые были бессознательными служителями Божьими. Здесь начало теории Власти. И это тоже "Илиотропион".

Но "Илиотропион" не только дал мне ответы, но и поставил новые вопросы. Вот первая и основная непонятка Илиотропиона:

Ничего, кроме одних грехов, в мире не происходит без воли Божией. Случай (фортуна), благоприятный или печальный, не есть что- нибудь существенное, но сонное мечтание язычников, выдумавших, по неразумию своему, некую богиню Фортуну, имеющую будто бы власть и силу распоряжаться чередованиями счастья или несчастья в жизни людей и целых народов. Блаженный Августин6, дивясь неразумию язычников, спрашивал их: «Что за причина, что богиня ваша Фортуна иногда бывает добра, а иногда зла? Быть может, когда она злится, то перестает уже быть богиней и превращается в злобного демона?»7 Мудрость христианская отвергает такое божество совершенно: добро и зло, жизнь и смерть, нищета и богатство зависят от Господа. Это явствует до очевидности (подобно аксиоме) из Священного Писания. Все в мире, даже по виду злое, кроме греха, происходит по воле Божией.

Что за неудобное исключение? Если бы не оно, то картина мира стала бы очень простой и ясной, как в буддизме. И впрямь как в буддизме, только наоборот! Если бы не эта оговорка насчёт греха, то можно было бы сказать просто: Истина состоит в том, что зло лишь иллюзия, зла не существует -- пойми это, и Истина откроется тебе во всей своей полноте.

Ведь это же и есть дзен-буддизм. Я бы даже сказал, христианский дзен.


Будда учил, то жизнь есть страдание, так ответим на это диаметрально противоположным учением: жизнь есть наслаждение. Потому что всё в этой жизни совершается согласно Божественной воле. Согласуй свою волю с волей Божественной, как учит Илиотропион, и всё на свете, всё прошлое, настоящее и будущее -- решительно всё будет согласно с твоей волей. Всё на свете будет именно так, как ты хочешь.

Простая, ясная, полная и непротиворечивая философия! Чего же боле?!

Но нет, вот же мешается заноза: грех.

Все в мире, даже по виду злое,происходит по воле Божией, -- говорит Иоанн Максимович, но тут же оговаривается: кроме греха, и этим указывает на неполноту этого великолепного учения, христианского дзена, который можно было бы сделать вполне себе солидной и самодостаточной религией, очень даже в духе постмодерна.

Учение этой религии с удобством можно было бы построить на основе моей теории Бессознательного.
В самом деле. Если фундаментом нашего бессознательного является Божественная воля, если каждый из нас, даже самый распоследний злодей, является в действительности бессознательным служителем Божьим, то от нарисованной выше полноты счастья ("наслаждаться хернёй") нас отделяет лишь барьер между сознанием и бессознательным. Ну, так что за беда? Надо всего лишь преодолеть этот барьер, надо докопаться до такой глубины в своей психике, до такого уровня (фундамента) бессознательного, на котором твоя воля согласна с Божественной волей. На котором ты вместе со всеми своими грехами уже являешься бессознательным служителем Божьим, пока ещё слепым, но уже служителем. И вуаля, вот оно Просветление!

Ведь просто, хорошо и красиво. Что же не так? Зачем этот самый грех, злосчастная помеха счастью человеческому?! А вот затем. Затем дьявол его и придумал, чтобы создать барьер, отделяющий наше сознательное Я от глубин нашего Бессознательного. Он влез в эту щель, отделяющую нас от Бога, и сам стал нашим богом. Так что теперь всякого, кто проковыряет дырку в своё бессознательное, первым делом ошарашивает струя фантастической грязи, фонтанирующая из его глубин. И когда мы умираем (см. заметку Сон и явь. "Темница материального" с продолжением), мы именно по этой причине не сразу восходим к Богу, Источнику нашего бытия, но проходим сквозь слои духовного "воздуха" (см. Икскуль), отделяющие нас от Небес. В сущности, духовные Небеса можно считать внешней проекцией глубины (фундамента) нашего бессознательного -- на языке Отцов, нашего сердца, таинственного храма, где Творец приготовил Себе престол. А "воздушные слои", посмертный проход через которые именуется в Православии "мытарствами" можно считать проекцией захваченного лукавым слоя в бессознательном. Тогда посмертное восхождения к Богу это внешняя проекция нисхождения в глубины собственного сердца. Мне кажется, это два разных способа говорить об одном и том же. Духовные вещи здесь, при помощи аналогий материального мира описываются разными, разными способами, ни один из которых не является достаточным, и это понятно.

Материалист может даже считать, что это видение не посмертное, а предсметное. Материалисту удобно представлять себе, будто это последний предсмертный миг растягивается в нашем восприятии как бесконечное путешествие в Вечность. Ведь ум человеческий не может увидеть момент своего конца, а значит, вынужден асимптотически растягивать это мгновение подобно Ахиллу, вечно догоняющему черепаху. Ну, а как ещё может воспринять человек таинство своей собственной смерти? Я не против даже и такой проекции Истины. Я лишь настаиваю на том, чтобы человек не замыкался на какой-то одной проекции, не ограничивал себя каким-то одним мифом, потому что это невозможно, и предстоящая нам Бесконечность бытия не может быть сведена к какой-либо одной концепции. Пусть это всего лишь субъективная, кажущаяся бесконечность -- тебе-то какая разница, ведь погружаться в неё (или восходить) тебе предстоит целую вечность, потому что конец субъективно недостижим. А вечность это штука серьёзная, о ней право же стоит позаботиться.

Итак, что же это за штука такая -- грех, единственное исключение из общего правила Илиотропиона?

Много лет я прикидывал, как утрясти эту несообразность, перебирал разные варианты, пока не нашёл хорошее решение, с которым мой постоянный читатель, конечно же, уже хорошо знаком. Грех это всего лишь намерение, противное воле Бога. Бог хочет одного, а мы другого, не соответствующего Его планам -- это и есть грех. Мы пытаемся реализовать это намерение, но от Бога и только от Бога зависит, в какой мере и в какой форме нам удастся это намерение осуществить. Это уже дело Его воли и Его попущения. Если Он попускает, значит хочет попустить, -- говорит Иоанн Максимович. А чего не хочет попустить, то и не попускает. То есть, реализация нашего греховного намерения это уже дело Божье, это Его суды и Его замысел. Он использует наши намерения в Своих целях. Таким образом, грех как таковой не реализуется. Тот аспект нашего намерения, который противен Божественной воле, так и останется нереализованным. А что реализуется, то является частью Его замысла, ведь всемогущий Бог заранее, изначально знал всё, что мы захотим или попытаемся сделать.

При таком понимании греха концепция становится гладкой, в ней больше нет особых точек. Но зато -- если собственно грех есть противное Богу намерение, то и место обитания греха -- наш ум и наше сердце, наш субъективный способ восприятия реальности. Неверный способ восприятия затрудняет движение к Богу. Можно и застрять по дороге, будучи пойманным на мытарствах, и тогда попадаешь в преисподнюю, откуда к Богу нет выхода. Субъективное переживание? Да, всего лишь. Но неприятно. Кошмарный сон, от которого уже не можешь проснуться, потому что ты уже умер и некуда просыпаться. (Сон и явь.) А впереди ещё Вечность. Об этом стоит позаботиться.

Правильное решение проблемы греха состоит в том, чтобы согласовать свою волю с волей Бога. Этому и посвящён весь Илиотропион. Полное название этой книги именно на это и указывает: Илиотропион, или cообразование человеческой воли с Божественной волей.

Из такого понимания прямо вытекает, что внешнее подчинение человека заповедям Христовым недостаточно для спасения. Спасение человека совершается в глубине его сердца, как и говорит Господь в Евангелии. Цитирую:

Быв же спрошен фарисеями, когда придет Царствие Божие, отвечал им:
-- Не придет Царствие Божие приметным образом, и не скажут: вот, оно здесь, или: вот, там. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть.


Суть же внутреннего Царства это и есть главная тема Илиотропиона, указанная в его заголовке.

Чтобы согласовать свою волю с волей Бога, надо прежде узнать волю Бога. И это начинается с самого простого: прежде всего, надо понять, что всё вокруг нас это и есть выражение воли Бога. Он захотел, чтобы пока было то, что и наблюдается. Так будет не всегда, но пока всё должно быть именно так, а не иначе. И это надо принять как выражение воли Бога. Отсюда-то и начинается познание воли Бога.

И потому я не напрасно недоумевал в своем духовном младенчестве, глядя вокруг себя и не видя в окружавших меня православных людях правильного фанатизма, о котором я сказал выше. Потом я понял, что происходит и как это получается. Наша религия столь грандиозна и нетривиальна, что даже внутри Церкви редко встретишь человека, хотя бы начавшего познавать Царство Божье, которое внутрь нас есть. Такие люди на вес золота. Что же и говорить о тех немногих, которые не просто начали, но продвинулись по пути познания Бога?! Это великие люди, которых недостоин весь мир. Если человек продвинулся в познании воли Бога, то ему неизбежно начинает открываться будущее. Потому что именно там, в будущем воля Бога открывается во всей своей полноте. Прошлое и настоящее это лишь начало познания, а совершенство познания Бога есть ведение грядущего. Дар пророчества неотделим от Богопознания; по сути это одно и то же.

Илиотропион учит лишь самому началу этого Пути. Как встать на Путь, как сделать первый шаг. С этим связана его главная странность: Илиотропион это как будто и не совсем православная книга. Там масса цитат из католических источников, и вообще она является переработкой текста немецкого католического монаха Иеремии Дрекселя, изданного в 1637, за год до кончины его автора.

В 1714 году Иоанн Тобольский  перевел с латыни и издал этот труд в пяти книгах со следующим длинным заглавием: «Илиотропион, то есть Подсолнечник, представляющий сообразование человеческой воли с Божественной, переложенный с латинского на славяно-русский язык трудами высокопреосвященнейшего архиепископа Черниговского Иоанна Максимовича, впоследствии митрополита Тобольского и всей Сибири, изданный по его же благословению в типографии Св. Троицкой Ильинской Черниговской обители, напечатанный року 1714. Пять книг».
В XIX веке профессор Иваном Андреевичем Максимовичем (это уже третий упомянутый мною сегодня Максимович!) перевёл книгу с церковно-славянского на современный русский язык. Профессор Максимович считал святителя Иоанна Тобольский автором "Илиотропиона" на латинском языке. Как это могло получиться -- не знаю, история и впрямь запутанная. Тут хлеб для сторонников Новой хронологии, которые посчитают Дрекселя мифическим персонажем. Но я так далеко не захожу, а вопросы авторства меня мало волнуют. Если текст хороший, значит это от Бога. Дух дышит где хочет. Другой русский святитель, Игнатий Брянчанинов написал замечательный текст "Судьбы Божии",  как будто для разрешения последних сомнений по поводу православности Илиотропиона, в котором полностью повторил главную мысль Иоанна Максимовича. И потому не надо смущаться по поводу Иеремии Деркселя и как-то принижать поэтому труд православного святого.

Более того. Я отношу к достоинствам Илиотропиона его отчётливый западный привкус.
Почему?
Потому что все мы сегодня оказались в западном мире и пользуемся западным дискурсом. Так сложилась наша судьба. И это не беда, а часть Промышления нашего Господа, которое нам надлежит принять это со здоровым фанатизмом. Очень хорошо, что Иоанн Тобольский совершил рецепцию западного текста в православное Предание! В Илиотропионе мы находим важную подсказку, на каком языке, в каком дискурсе Православие должно говорить с современным миром. Иоанн Максимович в Илиотропионе задал нам правильный тон, я подхватил этот тон и стараюсь держать его.

Но всё-таки важно понимать, что Илиотропион это всего лишь первый шаг. Правильный, рассчитанный шаг. И чтобы двигаться дальше, надо вначале его хорошенько усвоить, сделать его, ступить на эту первую ступень, пройти этап первоначального познания воли Божьей из самой окружающей нас жизни.

Этот первый шаг является универсальным, общечеловеческим. Тут не только о католиках речь! Я ведь не случайно заговорил выше о буддизме. Да что там! Любая заслуживающая хоть маломальского внимания философия должна удовлетворять этому минимальному требованию: она должна принимать реальность позитивно. Если даже это требование не выполнено, то просто не о чем и говорить. Если данная философия сразу же, с первого шага обнаруживает своё несогласие с волей нашего Бога (а реальность есть выражение Его воли!), то это явный обман, прелесть, манипуляция сознанием.

Илиотропион задаёт нам этот основной, базовый критерий Истины. Но важно понимать, это вовсе не конец, а лишь самое начало пути. Здесь ещё не разрешаются, а лишь завязываются узлы будущего сюжета.

Когда я обрёл Илиотропион и вместе с ним уверенность в правильности своего первоначального рассуждения, я наконец перестал сомневаться и начал усваивать учение Иоанна Тобольского. И сразу же наткнулся на следующую трудность.

Если я принял реальность такой, как она есть, то о чём и зачем мне молиться? Ведь любая молитва это некое действие, направленное на изменение реальности. Ну, хотя бы как минимум внутреннего моего состояния. Если же я совершенно согласен с Богом во всём, если моя воля согласна с Его волей, то мне ничего уже и не нужно менять. А значит, молитва на этом прекращается? Но Апостол заповедует нам: всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите: ибо такова о вас воля Божия во Христе Иисусе. К тому времени, когда я обрёл Илиотропион, я уже успел хорошенько усвоить эту идею. Молитва должна стать постоянным состоянием души, ведь Бог это единственный, кто слышит все наши мысли -- и Он является естественным их адресатом. Думать нужно, обращаясь к Слышащему все твои мысли. В этом и заключается внутреннее христианство, без которого внешнее не имеет иного смысла кроме подготовки к внутреннему.

Итак, я наткнулся на парадокс. Разрешить который, наверное, правильнее отдельным текстом. А пока я предоставляю моим читателям возможность подумать и предложить свои решения!

Десять главных книг моей жизни

На Facebook проходит флешмоб, где предлагается опубликовать обложки десяти избранных книг. Избранных по любому принципу: самых интересных, самых увлекательных или важных.

Я поучаствовал в нём. И у меня получился список из десяти книг, каждая из которых оказала реальное влияние на мою судьбу. Собственно, краткая история моей жизни.

1) Сознательная моя жизнь началась (~12 лет) со Стругацких. "Суета вокруг дивана" стала первой книгой, в которую я по-настоящему влюбился. (Пубертат? Сублимация?) Это первая часть повести "Понедельник начинается в субботу". Я прочитал её в каком-то сборнике, именно первую часть отдельно от остальных. И лишь спустя какое-то время я нашёл полный текст повести. Влюбившись в "Суету", я стал гоняться за книгами Стругацких целенаправленно, и в итоге прочитал у Стругацких всё, что смог достать. (Чтобы прочитать "Далёкую радугу", я доехал аж до Москвы и прочитал её, сидя в Ресубликанской Детской Библиотеке. Увы,"Радуга" меня разочаровала.) Стругацкие это целая глава в моей жизни. Четыре года: с 12 до 16, четыре очень важных года, конец детства, когда формируется личность. Их печать на мне неизгладима. Но оглядываясь назад, я не могу не отметить, что именно "Понедельник" стал пророчеством о всей моей жизни ДО обращения в Православие. Там рассказывается об Институте магии -- ну, так я и получил в финале этой жизни институт и магию. Магию в институте. Поэтому "Суета" осталась для меня особой книгой -- она стала моей инициацией во "взрослую" жизнь без Христа. Кстати, не могу не отметить символического смысла названия "Понедельник начинается в субботу". Жизнь без Воскресения, но замечу, не без субботы. Очень, очень меткое название.



2) Читая Стругацких, я пытался понять, в чём секрет их волшебства. Ужасно хотелось разгадать тайну обаяния художественного текста. Я подошёл к этому по-детски серьёзно. Чтобы понять этот секрет, я читал книги по литературоведению и общался с писателями (Кстати, лично познакомился с самим Аркадием Стругацким! см. заметку О Бахтине, Стругацких и Крапивине).
Таким образом я вышел (~14 лет) на великую книгу великого русского философа XX века Михаила Бахтина. Его тексты (особенно "Автор и герой в эстетической деятельности") поразили меня своей глубиной. Именно тут я впервые понял -- ну пусть ещё не понял, но нащупал ключ к секрету магии искусства. Связь человеческого творчества с Творчеством Творца -- сходство и различие. Исследование роли (невидиомого!) автора внутри текста, в ткани художественного произведения, стало для меня, полностью отрезанного от христианства в атеистическом мраке СССР, предварительным введением в историю Автора, ставшего героем Своего собственного произведения (ведь именно об этом повествует Евангелие).



3) Параллельно с этим я глубоко интересовался европейской магией -- физикой.
Математика это самая гуманитарная из всех наук, так как она изучает чистые плоды чистого человеческого рассудка, никак не связанные с материей и никак из материи не выводимые. Физика же это искусство прикладывать математику к реальной жизни. То есть, физика это и есть самая что ни на есть магия Европы, секрет её материальной (а не только духовной) Силы. Книжка "Смотри в корень" (~14 лет) приоткрыла передо мной секреты этой магии и подтолкнула поступить на физфак МГУ, что и я сделал.


4) На целых четыре года я погрузился в изучение материального мира. А душа-то требовала своего. И на четвертом курсе (20 лет), пока жена была на сохранении в роддоме (была опасность, к счастью, миновавшая), я вдруг зачем-то поехал в библиотеку психологического факультета -- едва ли не единственное место в Москве, где в то время можно было прочитать всего Фрейда -- всё, что было издано до революции и в 20-е годы. И передо мной вновь открылся мир духов, с которым я соприкасался в детстве (это отдельная история) и который так надолго забыл. Фрейд дал мне нить ариадны, держась за которую я вышел из тьмы материалистических лабиринтов в пространство духовной жизни.


5) А тут меня как раз привели на лекцию о Кастанеде (21 год). Я всю лекцию проспал -- не от скуки, а от того, что совсем не спал прошлой ночью. Мне запомнилось из всей лекции лишь одно: беседа с койотом ("Путешествие в Икстлан"), в которой была какая-то невероятная подлинность. Более не помню ничего. Но проснувшись, я почему-то решил, что вот что-что, а Кастанеду надо изучить всерьёз. Что я и сделал. Изучение Кастанеды закончилось для меня в сумасшедшем доме. Там были расставлены все точки над i, потому что у меня появилась возможность пообщаться с другими безумцами, и я понял суть безумия и связь его с магией.

[Обсуждение]> Верно ли, что наша психика есть отражение картины мира?

Наше сознание это картина мира.
А "психика" это и есть духовный мир, частью которого является сознание.

> А психушка это такой перевалочный пункт для тех, у кого ПО НАСТОЯЩЕМУ меняется картина мира? Подчёркиваю - по-настоящему. Ибо можно думать, что меняешься, но не меняться. В 99% случаев так и происходит.

Когда ты меняешься по настоящему, это выглядит для тебя так, будто попадаешь в иной мир.
А психушка это мусоросборник людей, которые не смогли интегрировать духовный опыт с обыденным здравым смыслом.

> Это надо быть недюжинного ума, чтобы непротиворечиво вписать духовный опыт в повседневность.

Увы, мало кто справляется. Люди не зря боятся безумия.

> Ну вот из кастанедовских описаний я понимаю про изменение восприятия. Но сама я его не меняю - оно существует у меня ВМЕСТЕ с обыденным восприятием.

Ты интегрировала. И я интегрировал. На самом деле есть люди, которые с этим справляются. Но большинство не справляется.



6) Всё это привело меня на грань катастрофы. Потому что те силы, с которыми я пришёл в соприкосновение, исследуя свои сны, всё время шли за мною по пятам. Сон и явь перемешались. Наяву мне порой казалось, что я сплю -- такими странными были события и связи событий. А действия во сне приводили в вполне ощутимым материальным последствиям. Становилось ясно, что я не смог соединить мир магии с обыденной реальностью бытия, не справился со "сталкингом". И впереди у меня либо смерть, либо годы и годы бессмысленного "лечения". Но Бог не оставил меня. И внутри Церкви я нашёл (26 лет) не только защиту от духов, но и рациональное объяснение всему, что со мной произошло. Если Фрейд и Кастанеда показали мне путь из мира рацио в мир бессознательного, то Серафим Роуз показал дорожку назад -- из иррационального в рациональное. "Душа после смерти" не просто зажгла свет в лабиринте, но позволила увидеть всю мою траекторию сверху, с высоты птичьего полёта. Я вдруг понял, что мои индивидуальные поиски Истины были лишь маленьким эпизодом огромного Сюжета, охватывающего все жизни всех людей, когда-либо живших на земле.


7) Я понял мощь Православия и начал вживаться в эту религию. Но с годами начала возникать догадка, что здесь и сейчас я застал не лучшее время в истории Церкви. Чего-то важного не хватало в картине, пазл не складывался, пока я не наткнулся (~30 лет) на "записки современного пустынножителя". С этого момента картинка начала выстраиваться. Я понял, ЗАЧЕМ на самом деле нужна Церковь, что здесь главное и ради чего всё это затеяно. Как оказалось, ради кардинального изменения всей психики. Об этом же говорилось в книге Иоанна Журавского "О внутреннем христианстве", и в знаменитых "Рассказах странника". Но "В горах Кавказа" среди этих трёх книг даёт самую конкретную, подробную и реалистичную картинку начала пути. До жути обыденную.


8) И вот наконец Бог послал мне книгу (~33 года) архиепископа Антония "Путь умного делания". Полгода я не мог заставить себя прочитать её. Открою наугад, прочту пару абзацев и думаю: надо же, какой дельный текст! Я же собирался прочитать эту книгу... Завтра же начну... И НАЧИСТО забуду на месяц. Она стоит на полке невидимкой. Потом вдруг опять УВИЖУ её, открою, и опять... Пока наконец я не сказал себе, осознав, что происходит: "Стоп! Эту книгу невозможно прочитать ЗАВТРА. Её надо читать здесь и сейчас, пока она вновь не скрылась от меня.
И я прочитал. И мне открылась полная картина Пути от начала до... до бесконечности. И я осознал, что пребываю с самом-самом начале, на первой ступеньке. Да и на неё ещё не ступил! С этого времени я стал действовать систематически, осознав немощь своего ума перед систематическим сопротивлением невидимого противника.


9) Практика Иисусовой молитвы выявила во мне несколько глубоких заблуждений. Я с ужасом осознал, что пребываю в ереси, неправильно поняв некоторые основные догматы Православия. Ужаснее всего было то, что я понимал их как все. То есть, речь шла не о моём индивидуальном косяке, но о распространённом заблуждении! Оказалось, что многие в Церкви фактически исповедуют несторианство, искренне считая себя при этом православными. Ища объяснение этому удивительному феномену, я наткнулся (~42 года) на замечательную книгу "История византийской философии". Её автор был свободен от этого распространенного заблуждения. Правда, он заблуждался в противоположном направлении, и явно вёл своих последователей не туда. Но мне не грозило повторение его ошибки, так как я сразу заметил несоответствие его учения с Преданием Церкви, которое успел хорошо усвоить, читая "Жития святых" Димитрия Ростовского и другие агиографические тексты. Церковь помогла мне избежать ловушки Лурье, а Лурье помог мне заметить предания человеческие, вкравшиеся в Предание Церкви.


10) А вот последний пункт вызывает у меня сомнение. Сюда надо бы поместить какую-то книгу, которая вмещает в себе всё Предание нашей Церкви. Но что это за книга? И бывает ли такая книга? Может быть, я поставлю тут Димитрия Ростовского. Но скорее всего, мне придётся поставить Евангелие или даже Библию целиком. Не потому, что Библия может заменить собою Предание, а наоборот -- в знак того, что никакая книга, даже Библия, заменить его не может. Кто вне Православия, тот обязательно попадёт в ту или иную ловушку дьявола, и ничем Церковь заменить нельзя.


Одна из этих двух книг является прямым продолжением другой. "Жития святых" это продолжение Библии до нашего времени, а Библия, по сути, есть ни что иное как сборник главных Житий святых людей, живших до Христа (Ветхий Завет), во время Его пришествия и сразу после него (Новый Завет).

Правда, теперь у меня получается уже не десять книг, а одиннадцать. Ну, а раз так, то терять больше нечего, и я доведу это число до дюжины. См. особую заметку

Илиотропион


Сон и явь. Превосходство материального.

Эта заметка -- прямое продолжение предыдущей:

Сон и явь. "Темница материального".

Желательно читать её ПОСЛЕ предыдущей.

Ты достигаешь третьих врат сновидения,
когда обнаруживаешь себя во сне
смотрящим на другого спящего человека.
И когда этот другой человек оказывается тобой

(Кастанеда)
Единственный по-настоящему мудрый советчик,
который у нас есть,
— это смерть.

(он же)


Итак, я никого не тяну в своё безумие, а всего лишь предлагаю интересную интеллектуальную игру.

Пусть наша жизнь есть лишь цепочка сновидений, и мы всю жизнь лишь переходим из одного сна в другой. (Эту концепцию в своё время популяризировал Пелевин в повести "Чапаев и Пустота") Чем в таком случае отличается материальный мир? Можно ли его как-то выделить из тысяч прочих миров, сквозь которые мы проходим на протяжении жизни?

Ну, во-первых, сюда мы снова и снова возвращаемся. Иные сны мимолетны, а этот повторяется с удивительным постоянством, пока мы не просмотрим его до самого конца, подобно сериалу с тысячей сезонов по тысяче серий в каждом сезоне. Даёт ли это нам право считать явь чем-то качественно отличающимся от прочих снов? Наверное, нет. Ведь бывают и иные повторяющиеся сны. Когда я, придя в Православие, поселился при храме, я вдруг стал из ночи в ночь возвращаться в один и тот же сон, в котором общался с кем-то, кто продолжал обучать меня магии. Там во сне я не помнил, что я уже православный и оставил магию позади. Всё это продолжалось очень долго и вызывало у меня тревогу, и я каждый раз исповедовался в этих сновидениях, пока не начал осознавать во сне, что я сплю. Тогда я начал молиться во сне, о чем рассказывал в заметке Вещие сны, на чём мои магические упражнения и закончились.

Во-вторых, явь гораздо яснее и чётче, чем обычное сновидение. Но и это "поправимо". На этот случай есть классическое упражнение: надо увидеть во сне свои руки. С этой целью нужно на протяжении всего дня время от времени вспоминать, что нужно посмотреть на свои руки во сне, и на всякий случай смотреть: ну а вдруг это уже сон? Спустя некоторое время (пару дней, неделю, месяц) человек, выполняющий это упражнение, таким же образом подумает во сне: а вдруг это сон? и посмотрит на свои руки. Когда у меня получилось это в первый раз, я просто обомлел -- таким ясным и отчетливым стало вдруг сновидение. Я до сих пор помню каждую деталь, каждую мелочь того сна. Характерно, что мне снилась ночь. Обычно мы спим ночью и нам снится день. Но в магических снах это не так. Если ты спишь ночью, то и снится тебе ночь. Если днём -- то день.

Следующий этап магического сна -- нужно найти во сне самого себя спящего. Надо вспомнить во сне то место, где ты уснул, и добраться туда. И вот на этом-то третьем этапе и начинается настоящая магия. Далее я моего дорогого читателя вести в этом направлении вести не могу и не хочу. Замечу лишь, что вот здесь-то и выясняется настоящее различие между сном и явью. Оно состоит в том, что наяву ты нигде не найдёшь своё спящее тело, потому что ты и так в нём.

Итак, между сном и реальностью действительно есть качественная разница. Она состоит в том, что в сновидении мы раздвоены. У нас четыре руки и четыре ноги. Две руки и две ноги у того меня, который видит сон. И две руки, две ноги у того меня, который спит. Эти два разных "я" и именуются "душа" и "тело". Наяву душа находится в теле, отождествляет себя с ним. А во сне происходит диссоциация, разделение. Замечу мимоходом, что и наяву можно заметить у человека диссоциацию и использовать её для наведения транса. (Подробнее об этом см. заметку Мой личный опыт) То есть, душа и тело это не одно и то же -- не только во сне, но и наяву, просто наяву это труднее заметить. И хорошо, что труднее, иначе хлеб цыганок был бы слишком лёгким.

Обучение магическим снам начинается с того, что человек открывает (осознаёт), что у его души есть руки -- то есть, обнаруживает свою душу как особый, отдельный от тела объект. И заканчивается тем, что человек находит во сне своё собственное спящее тело, достигая тем самым осознания своей диссоциации. На самом деле на этом магия не заканчивается, а лишь начинается по-настоящему, но ходить туда дальше я решительно не советую, потому что смерть есть ни что иное как окончательная и необратимая диссоциация. Глубокое обучение магии проходит на грани смерти, по лезвию бритвы.
Кому интересно, пусть подробнее об этом расскажет Икскуль.

И вот что материалисту полезно иметь в виду, хотя он в это и не верит. Смерть прерывает нашу связь с материальным миром, разрушая тело. И тогда "непроизвольная игра воображения" остаётся единственной нашей реальностью. Потому "воображаемые" реалии духовного мира настолько же важны для нас нынешних, насколько Вечность важна для временного. Эта временная жизнь лишь пролог настоящего Сюжета, пролог, в котором завязываются отношения, которыми и определяется наша Вечность. Можно в это не верить, но полезно, очень полезно иметь это в виду.

Вообще, полезно иметь в виду информацию, которую мы получаем, путешествуя по иными мифам. Верить не надо никому (кроме Бога) и ничему. А вот иметь в виду на всякий случай полезно очень и очень многое. Во всяком взгляде на вещи есть своя небольшая доля истины. Даже в ложном взгляде. Потому что "чистой лжи" не бывает. Если Бог попустил какой-то лжи существовать на свете, значит, и в ней есть какой-то отдалённый отблеск правды. И только правда бывает чистой.

Вопрос читателя:

> Вы правда считаете, что вселенная возникла 7 тысяч лет назад, как написано в Библии?

Мой ответ:


И да, 7528 лет назад Бог сотворил этот мир, которому на момент творения было 18 млрд лет.

> Если мир существовал уже 18 млрд лет, значит его не сотворили 7500 лет назад. Вы замечаете нестыковку? И откуда цифра про 18 млрд лет?

Бог сотворил Адама сразу взрослым. Адам никогда не был ребёнком. На момент творения Адаму было 30 лет.
Так и Вселенной в момент её творения было 18 млрд лет. Это я говорю как астрофизик. Хотя я давненько не слежу за новостями -- может быть, это число уже уточнили.

Андрей Лазар:

> Адаму было 30 лет ИЛИ потому, что он прожил 30 лет, ИЛИ потому, что он был создан 30-летним в момент "0"
 Дерево с сотней годичных колец ИЛИ росло 100 лет, ИЛИ было создано таким в момент "0"
Квазары находятся на расстоянии миллиардов световых лет ИЛИ потому, что они разлетались миллиарды лет, и свет от них шел миллиарды лет, ИЛИ потому, что они были созданы на расстоянии миллиардов световых лет, вместе со светом и с самим пространством в момент "0"



Именно так. А если копнуть ещё чуть глубже, то КАКАЯ РАЗНИЦА?

> На подход (да и на саму концепцию) науки влияет: ИЛИ мы (ученые) изучаем тварный мир, осознавая, что он тварный, и момент его создания - недоступен. (Хотя, при неверии в Нетварного Непостижимого Творца, там остается лазейка.) Или мы (наглые ученые) смотрим на все через концепцию "она сама пришла!" и - фантазируем, как "сама пришла".

Кстати, я ничего не имею против "наглого" подхода. В нём есть своя правда и от него будет ещё польза. Рано или поздно ученые обнаружат "пупок". Точнее, отсутствие у Вселенной пупка. (Адам был создан сразу взрослым, и потому у него не было пупка. Это знак Древнего Царя, Первоотца.) Это будет красивым, самым важным результатом науки.

Но сегодня мне хочется говорить не о космологии и эволюции, не о миллиардах лет и о Шестодневе.

Я хочу говорить о сне и яви, потому что здесь дверца, ведущая из материалистического мифа наружу, в иные мифы и миры. И я хочу сразу указать правильный путь тому, кто сумеет выбраться через эту дверцу, потому что (см. выше).

Выходя из материального мира и убеждаясь, что есть многое-многое за его пределами, надо сразу иметь в виду, что материальный мир действительно выделен, он является особым миром. Он в каком-то смысле действительно более реален, чем мир духовный. Для православного человека это должно быть очевидным, ведь если материя есть лишь игра нашего воображения, то выходит, что и воплощение Христа, и тело Христа есть лишь игра нашего воображения. Для нас в Церкви очевидно, что этот ход мысли ведёт к ереси, и не случайно великий Беркли был еретиком (см. Конец постмодерна -- магия Рождества). Но вчерашний материалист может попасться на эту удочку. Потому-то я и расписываю так подробно, что там к чему.

Из тюрьмы материализма есть и другие выходы. Например, можно поразмыслить над циклом о инопланетных цивилизациях, см. Молчание Вселенной и шепот бессознательного. Но описанный мною сейчас путь не оставляет шансов. Это убийство материализма как мифа. Увидев на опыте диссоциацию своих собственных души и тела, человек уже не сможет больше относиться к материалистической концепции как единственно возможной. Она перестанет быть для него мифом и станет тем, чем она и является -- одним из бесчисленного множества возможных способов описания огромной неописуемой реальности, в которой мы обитаем.

На этом можно было бы и остановиться. Но противопоставляя сон и явь, я не могу не сказать хотя бы несколько слов о духовном понимании сна и яви.

В дискурсе святых Отцов Античности "бдение" это очень важная, одна из ключевых добродетелей христианина. Очень часто "бдение" понимается как бодрствование и противопоставляется сну. Но важно понимать, что эти символическое толкование данной добродетели. Буквально же бдение в дискурсе античных Отцов Православия означает молитвенную память о Боге. Не просто словесную молитву, то есть не просто механическое повторение слов молитвы -- ведь молясь языком, человек может блуждать своим умом далеко от слов молитвы. (Это и происходит с нами, увы, едва ли не поминутно.) Бдение это молитвенное внимание.

Наяву человек может молиться механически, молиться телом  (языком и мозгом) в то время, как его душа занята чем-то иным. А вот молиться во сне таким способом невозможно, так как во сне тело спит, покоится от всех трудов своих. Если человек молится в сновидении, то вот это вот и есть она самая -- умная молитва (что означает молитва ума). Именно поэтому так трудно молиться во сне -- трудно даже человеку, имеющему большой опыт осознанных, контролируемых снов. Потому что умная молитва это уже приличный уровень, достичь которого действительно непросто.

Люди, практикующие языческую мистику, порой достигают невероятных успехов в контроле своего внимания. Но стоит им обратить свои блестящие навыки на молитву, их золото немедленно превращается в черепки. Потому что языческая мистика основана на компромиссе с духами тьмы, а в отношении молитвы ко Господу Иисусу Христу тёмные духи не в силах пойти на компромисс. И потому духовно опытный, реально крутой нехристианский мистик внезапно обнаруживает себя беспомощным младенцем, когда пытается взяться за Иисусову молитву. Механическая словесная молитва у него, конечно, получается как правило лучше, чем у обычного православного прихожанина. Но вот попытка внимательно молиться, не говоря уже об умной молитве -- это почти 100%-ный облом. Исключения из этого правила крайне редки, и они всегда означают одно и то же: что данный мистик давно искал Христа, не сознавая того. Давно был тайноводим Божественной благодатью, и приход в Православие для него всего лишь долгожданное возвращение домой. Такое бывает.

Когда я обратил на молитву свои навыки магических сновидений, когда я решился молиться во сне, дело кончилось полной утратой контроля над сновидениями. Я об этом подробно рассказывал в заметке Вещие сны. Самоцитата:

И тут начался кошмарный период, один из самых тяжелых периодов моей духовной жизни. Мои сновидения стали адом. Когда я осознавал, что я сплю и начинал молиться в сновидении, окружавший мою душу воображаемый мир приходил в движение. Иногда меня просто атаковали во сне чудовищные образы, стремящиеся отвлечь меня от молитвы. Но это был далеко не худший вариант. Чаще начинали происходить вещи тонкие, непостижимые  - но каким-то подлым образом сокрушительные для интеллекта. Иногда дьявол ставил меня в тупик длинными цепочками вложенных друг в друга снов, когда я, просыпаясь в холодном поту, вставал с постели на молитву... и тут же просыпался в следующем сне. (Удивительно, насколько ясными, отчетливыми и убедительными были эти фальшивые "пробуждения". В первую минуту я каждый раз верил, что дело происходит наяву.)
В этот период жизни я получил огромный опыт общения с духовным миром. Опыт настолько обширный, что осознать его содержание мне удалось к настоящему моменту лишь отчасти. Но даже эту часть нельзя не признать крайне интересной и значительной. (См. итоговый текст)
Кончилось все это тем, что я сдался и перестал молиться во сне, опасаясь за своё здоровье, не только психическое, но и физическое. Все-таки превращать сон в пытку, хотя бы и воображаемую - дело не столь уж безобидное. Может быть, со своей гипертонией я где-то тут и повстречался...


Сегодня я лучше понимаю, что пошло не так. Мне помешало именно отсутствие нормального навыка обычной умной молитвы. Молитва моя была слишком сопряжена с телесным действием, и потому молясь во сне умом, я волей-неволей напрягался и телесно -- вначале на уровне очага возбуждения в коре, а потом и просто мышечного напряжения. Дыхание прерывалось, становилось сбивчивым... и я просыпался. Это было естественным следствием попытки перепрыгнуть через ступеньку, сразу приступить к умной молитве в то время, как по своему духовному состоянию я был ещё на стадии молитвы словесной. Опыт духовной контрабанды оказался неудачным -- как и должно было случиться, как и случается со всяким, кто пытается применить полученные вне Церкви навыки и ресурсы на дело Церкви. Намерение это хорошее, но в итоге золото обязательно превращается в черепки. Надо быть к этому готовым и не смущаться.

Молитва по своей природе есть явь, даже когда мы молимся во сне. Это нетривиальное правило, но это правило. У новичка вроде меня это проявляется в простом разрушении сна в результате молитвы. Решившись молиться во сне, лишаешься и самого сна. У людей продвинутых не так. На стадии умно-сердечной молитвы или, тем более, достигший чистоты сердца человек уже способен молиться, не пробуждаясь телесно. Аз сплю, а сердце мое бдит, говорит великий Соломон, автор библейской "Песни песней". Но в этом случае сновидение его уже не является простым сном. Это божественное видение, в котором ему открывается будущее и иные Божественные тайны.

В какой-то мере и у нас -- критерием по-настоящему вещего сна является присутствие в этом сне знаков и образов, относящихся к дискурсу и эстетике Православной Церкви (см. например заметку Этика и эстетика Третьесортного Рима, так как раз об этом), потому что эстетические формы нормального Православия как раз и рождены видениями святых людей, молитвенников русской земли или других поместных церквей. Естественно, у разных народов они немного разные, как и дух разных народов различен. Но Православие везде пронизано одним духом, и разнообразие национальных форм Православия не мешает выражению одного и того же Духа. А если во сне нет таких знаков, то его можно просто игнирировать, как бы он ни претендовал на наше внимание. Сновидение может казаться очень важным и значительным, но если оно не от Бога, то это всего лишь сон. К конечном итоге, ментальный мусор. Явь материального мира отличается от сна прежде всего тем, что она напрямую контролируется промыслом Самого Бога, в то время как обычные наши сны есть продукция тварных духов, то есть вторичный продукт. В то время как настоящее видение от Бога так же первично, как и материальный мир.

В этом мире родился Христос. В этом мире наши родители научили нас своему мифу. В этом мире рождаются и наши дети, которых мы учим вновь и вновь возвращаться в наш миф после каждого пробуждения. Этот мир есть место встречи, где все люди могут пересечься друг с другом. Этот мир -- мир человеческий. В то время как уходя в сон мы отделяемся от мира людей и соприкасаемся с миром духом. Кто-то просто соприкасается, а кто-то и всерьез погружается туда при помощи специальных упражнений. В своих снах человек остается один, один на один с миром духов. Ведь понятно же, что это обман и прельщение, когда мы видим в снах наших родственников или знакомых. Хотя в особенных снах люди в впрямь могут встречаться друг с другом (видеть один и тот же общий сон), но это большая редкость и несомненный признак особого замысла духов или даже Самого Бога. Это всегда сюжет, который обязательно чем-то обернётся потом и наяву.

Мы обсудили, что является общим у сна и яви, что их различает между собой. Обсудили и моменты, когда сон сближается с явью, приобретает её черты. В завершение осталось лишь упомянуть для полноты картины, когда происходит обратное -- когда явь уподобляется сну.

Итак, главная уникальная особенность яви, резко выделяющая её среди всех прочих видений и сновидений, состоит в том, что именно в этом материальном мире воплотился Христос, тем самым и выделив его среди всех прочих миров. Именно поэтому полноценный материализм не мог появиться нигде кроме как внутри христианской культуры. Да материализм и является по сути ничем иным как христианской ересью. Он лишь доводит до абсолюта, да абсурда некоторые черты христианской религии, пренебрегая другими. Нигде за пределами христианского мира материализма не было, да и быть не могло. Потому что сам материальный мир изначально и был предназначен для воплощения Христа, и в этом воплощении заключен смысл бытия материального мира.

Христос это Царь человечества и Хозяин реальности. Конечно, Он является также и Хозяином всех снов, но в сюжеты и образы снов Он попускает создавать духам, с которыми мы находимся в общении и наяву. Если явь Он как правило контролирует напрямую, то сны как правило лишь опосредованно. Но ведь и в материальном мире Он попускает нам контактировать с духами! И здесь в этом мире есть место попущению. Значит ли это, что если мы идём на такой контакт, то и наяву у тварных духов появляется какой-то "люфт", сближающий явь со сном? Несомненно!

Ну вот очевидный пример: когда мы увлечены каким-либо фильмом или книгой, мы и наяву погружаемся в воображаемый мир порой почти так же глубоко, как и во сне. Потому что внутри книги или фильма "богом" является автор данного произведения (а если точнее, его муза, об этом см. например заметку Православный анализ волшебных сказок). Пример из другой области был уже вскользь упомянут выше: это диссоциация, которую используют в цыганском/эриксоновском гипнозе, чтобы навести на человека транс. Человек не может полностью контролировать своё тело, полностью осознавая всё, что с ним происходит. Специалисты говорят, что в течение любой минуты мы хотя бы несколько секунд находимся в трансе, полностью или частично теряя контакт с материальным миром и уходя вниманием в духовный мир. Но даже и находясь в сознании, мы обязательно упускаем что-то из виду. И специалист может использовать это обстоятельство, использовать наше тело в качестве медиума, посредника при контакте с нашим бессознательным. (Лучше сказать "нашим" Бессознательным -- см. заметку Фундамент Бессознательного и далее по ссылкам.)

Гипнотизёр незаметно вступает в контакт с влияющим на нас духом, используя неосознаваемые нами действия нашего тела (микрожесты, микромимику) и далее они вдвоём (человек и дух) совместными усилиями углубляют уже имеющиеся элементы транса, постепено доводя дело до полного отключения сознания. Противостоять этой технике очень трудно или даже невозможно. Милтон Эриксон часто наводил на людей транс, сам находясь в состоянии транса. Описан случай, когда он загипнотизировал коллегу, специалиста, сознательно сопротивлявшегося гипнозу, применив такой приём. Он вышел из кабинета, ввёл в транс какую-то студентку и велел ей (в трансе!) пойти и загипнотизировать упрямца. Цель была достигнута. Идеал эриксоновской психотерапии - это когда оба в трансе, врач и пациент. Общение бессознательного с бессознательным". (См. заметку Природа бессознательного)

Удивительный факт, однако, состоит в том, что пока человек молится, навести на него транс невозможно, потому что он сохраняет контакт с Источником реальности. Необходимо сначало отвлечь его от молитвы, например, занять разговором. Причем наведению транса препятствует не только умная или просто внимательная молитва (это понятно), но и -- что по-настоящему удивительно -- простая словесная! Простого, чисто механического повторения слов молитвы оказывается достаточно, чтобы транс навести оказалось невозможным. Этот странный эффект объясняется просто Дело в том, что немалая сила заключена уже в самих этих словах, даже если произносящий их человек занят не тем, чем надо, и рассеян умом. Всё равно -- эти слова вызывают активное сопротивление со стороны лукавых духов. Дьявол стремится "заткнуть" молящегося человека, не останавливаясь для этого ни перед чем. И здесь одно из двух. Либо человек оставляет молитву, либо упорно продолжает её, невзирая на сопротивление. Но в любом случае, молитва просто не может чисто механической, полностью рассеянной. Такой молитвы лукавый лишит нас очень быстро. А значит, если человек всё-таки продолжает "чисто механически" повторять слова молитвы, то и ум его не остаётся безучастным. Хотя бы тоненькая ниточка всё-таки соединяет его с Господом. Потому и увести его в сторону от реальности невозможно никаким способом, кроме как заставив его прекратить повторение этих слов.

На этом-то эффекте, пусть слабом, но зато постоянном, и основана техника "Иисусовой молитвы". Вроде бы, совсем простое дело -- повторять и повторять без остановки известные слова. Но вот, благодаря упорному сопротивлению духов, старающихся увести нас куда угодно от этого делания, механически молящийся человек волей-неволей "качает" главную "мышцу" своего ума -- внимание. И мало-помалу ум его начинает укрепляться. "Мышца" ума накачивается, а по мере внимания к словам молитвы возрастает и сила молитвы. Молитва начинает реально влиять на события. Это поражает ум и приковывает его внимание к словам молитвы. Теперь, молясь, человек уже сознательно ожидает ответа на молитву, потому что по опыту знает, что этот ответ непременно последует. Хотя ответ этот как правило бывает не таким, как ожидалось, а непредсказуемым. Бог неисчерпаем в сюжетах. На этой стадии человек влияет на события своей молитвой "вслепую". И только затем, достигнув стадии умной молитвы, он обретает возможность полноценного общения с Богом.

Ну, вот теперь я эту неисерпаемую и очень важную и интересную тему -- тему  Яви и Сна, кажется, в общих чертах исчерпал.

Сон и явь. "Темница материального".

Данную заметку можно считать продолжением заметки Лекарство от наивности, но можно читать и независимо от неё.
Среди множества вещей,
присутствующих в наших снах,
имеются объекты,
которые внедрены в наши сны
извне посторонними силами.
В умении находить и отслеживать их
и состоит искусство магии.

(Кастанеда)
Поступай так, словно это сон.
Действуй смело и не ищи оправданий.

(он же)


Преждевременно полученная свобода может оказаться для человека пагубной. Тем более, если в темнице мы находимся с детства.

Но всё-таки обитателю темницы полезно знать, что темница это всего лишь темница, и что выход есть. Люди рождаются, живут и умирают в темнице, и оставляют её в наследство своим детям, приучая их думать, что нет иной реальности и иного способа бытия. Но выход есть, и проблема не в том, чтобы его обрести. Главное – не попасться в лапы дикого зверя в тайге, оказавшись за пределами сравнительно безопасной и привычной «зоны».

Ты заключил нас в эти кожаные ризы, но не лишил возможности выхода. Эти выходы стерегут не ангелы Твои, а враждебные нам духи, заинтересованные в том, чтобы попытка выхода закончилась духовной катастрофой, а не обретением свободы. Впрочем, в наше время принято не замечать духов, и дорогой читатель лучше поймёт меня, если я скажу, что в темницу заключили себя «мы же сами». Естественно, «мы» сделали это «бессознательно» – это понятно, ну кто же будет сам себя держать в неволе сознательно.

Механизм этой несвободы тоже понятен: мы учим своих детей видеть реальность таким способом, под таким углом, что выхода отсюда просто не видно. Отсюда, с этой точки зрения, материальный мир представляется нам вполне замкнутым и самодостаточным, окруженным со всех сторон совершенной без изъяна небесной сферой «бесконечности». Никакого выхода тут нет и быть не может, потому что просто некуда выходить. Нет и не может быть ничего за пределами такого способа восприятия и описания мира.

Любой миф вполне самодостаточен. Попадая внутрь мифа, усваивая его как своё собственное мировоззрение, человек в какой-то момент обретает ощущение его совершенной полноты. Миф -- это полностью усвоенная концепция. И потому всякий миф это своего рода Абсолют, ведь он предоставляет возможность «правильно» интерпретировать любые, абсолютно любые факты. Что бы ни случилось, всё становится частью мифа, его развитием и украшением. Нет, и не может произойти ничего, что не укладывалось бы в миф. Таково свойство мифа. Если миф не самодостаточен или если он ещё не охватил нас целиком, то это не миф, а просто концепция, версия, один из многих вариантов описания реальности. И мифом он станет лишь обретя непробиваемую полноту, универсальность, совершенство замкнутости в себе и на себе.

Материализм это прекрасный миф. Может быть, это самый грандиозный миф, созданный людьми за всю историю человечества. Потому что создававшие его люди предварительно познакомились (хотя бы поверхностно) со множеством других человеческих мифов – едва ли не со всеми мифами всего человечества. Один из способов разрушения мифов это столкновение их между собой. Миф это куриное яйцо. Его невозможно раздавить, но яйца легко бьются друг об друга. В своё время я выскочил из материалистического мифа, столкнувшись с другим столь же крепким мифом. «Реальность» дала трещину, и в неё начала сочиться семантическая Пустота.

Материализм прекрасен тем, что он необыкновенно крепок. Он изначально был создан в расчёте на столкновение с другими мифами, и потому легко выдерживает такое столкновение. Я говорю это как специалист по мифам вообще и по материализму в особенности. Ведь я был зачат в материализме, и в материализме родила меня матерь моя. Долгие годы я прожил в темнице материализма и приобрел прекрасное материалистическое образование, закончив с отличием физический факультет МГУ – то есть, я стал дипломированным жрецом материализма. Любой миф нуждается в жрецах и пророках. Научные работники это жрецы материализма, а великие ученые это его пророки. Этим-то и объясняется необыкновенный авторитет науки в нашу эпоху – эпоху почти безраздельного торжества материализма.

Я знаю выход из этой темницы. Я знаю, как расширить сознание человека, подарить ему возможность иного взгляда на мир. «Неизвестно, кто первым открыл воду, но это сделали не рыбы» – и потому понятно, что невозможно выйти из материализма при помощи материалистических методов. Тут нужны другие методы. Но тем не менее, выход может быть плавным и достаточно безболезненным. Проблема тут в другом. Проблема в том, что из этого выйдет. Получим ли мы на выходе более свободного человека – или напротив, узника иного, ещё более тесного и провинциального мифа. Какой смысл выводить человека из темницы имени Карла Маркса, чтобы ввести его в темницу имени Кашпировского? Ведь преждевременно полученная свобода может оказаться для человека  и пагубной.

Поэтому я так осторожно и даже неохотно спорю с материалистами. Я боюсь навредить. Сидит человек на своей зоне, привык уже – и ладно, не надо трогать его понапрасну. Именно поэтому я даже здесь в ЖЖ так редко и неохотно раскрываю перед моим дорогим читателем магические страницы моей жизни. Между тем, из песни слова не выкинешь – и не будь магии, может быть, я так и не дорос бы до Православия. Это важная промежуточная стадия моей биографии.

Я предпочитаю сразу говорить о Православии, потому что это безопасно. Церковь даёт человеку надёжное пристанище, погружая его в свой миф, который выгодно отличается от всех прочих мифов, которыми живёт человечество. Отличается именно тем, что предоставляет человеку возможность заглянуть за пределы всех и всяческих мифов. Миф Православия принципиально неполон, и в этом его достоинство. Если обычный миф это сфера, охватывающая человека целиком, семантическая темница без выхода, то Православие это полусфера. Именно поэтому Церковь и не даёт ответа на многие вопросы.

Однажды Варсонофия Великого спросили: почему Бог не даёт нам окончательного ответа на все вопросы? Почему Писание нуждается в толкованиях Отцов, а эти толкования в свою очередь – в новых и новых толкованиях? Разве не может Бог дать христианам окончательный документ (Коран), в котором содержались бы окончательные ответы на все вопросы? Конечно, Ты можешь это сделать. Но не хочешь. Потому что смысл религии в живом общении с Тобой. Наша религия не монолог Истины, а незавершённый, вечно незавершённый диалог -- совершенное, но никогда не завершающееся Откровение. Потому-то миф Православия это не сфера, а полусфера. А во второй её половине зияет семантическая Бездна, ожидающая нашего обращения.

Человек не может найти в Церкви ответы на новые и новые возникающие вопросы, и он вынужден обратиться за разъяснениями к Тебе Самому. А диалог с Тобой не может завершиться, потому что получив правильные ответы на свои вопросы, наш ум немедленно обретает возможность задать новые, которые прежде были за границей его чувствительности или решимости.

Естественно, любой по-настоящему серьёзный миф не завершён. Любой миф это миф о собственной незавершенности. И в любом мифе есть окно, выводящее за его пределы, в Непознаваемое. Может быть, в этом окне и следует искать истинный смысл мифа-как-такового. Если миф приходит к человеку извне, как откровение из духовного мира, то он не может не содержать в себе Приглашение на собеседование с его автором. Впрочем, сказав «извне», я тем самым уже задал «координаты», задал некий миф или тип мифа. С точки зрения материалистической мифологии, миф приходит к человеку вовсе даже не «извне», а «изнутри», из его «бессознательного», из глубин его таинственного «мозга». Ведь именно «мозг» есть главное святилище материалиста, в котором обитает его божество – человеческий Гений, творческая Интуиция, научное Озарение – словом, все светлые божества материалиста. Впрочем, там же обитают и его тёмные божества – Безумие, Мания, Омрачение, религиозное Мракобесие и прочие демоны, которые продуцируют тёмные религиозные мифы прошлого, уводящие человека от Единственно-верной научной истины.

В любом мифе есть дверца, открыв которую можно познакомиться с Хозяином этого мифа. И если чуть выше я восхвалял материалистический миф за его «замкнутость и самодостаточность», рисовал его «окруженным со всех сторон совершенной без изъяна небесной сферой бесконечности», это была всего лишь ирония – достаточно тонкая, чтобы материалист мог принять мои слова всерьёз. Материалисту действительно кажется, что «никакого выхода тут нет и быть не может, потому что просто некуда выходить», но это вовсе не потому, будто в материалистическом мифе нет этой волшебной «дверцы». А всего лишь потому, что материалист приучен стоять к ней спиной.

И если я боюсь учить, реально боюсь учить материалиста тому, как отворить скрытую в его «мозге» волшебную дверцу, то лишь потому, что мне не нравятся духи-авторы материалистической концепции. Я знаю по собственному горькому опыту, чем может кончиться попытка бегства из этого мифа. Но всё-таки деваться некуда – времена становятся нелегкими, атмосфера тяжёлой, и выходить ведь в любом случае придётся, хотим мы или нет. Старый мир очевидным образом дал трещину, и пора, пора стелить соломку там, куда скоро посыплются люди, выпадающие из окон родимой темницы.

Чтобы понять, как выйти за пределы привычного способа восприятия мира, достаточно понять, каким способом мы там находимся. Привычное дело кажется нетрудным, и мы вроде бы не прилагаем усилий для того, чтобы оставаться в границах своего собственного мифа. Но на самом деле это не так. Чтобы оставаться внутри своего мифа, человек постоянно совершает некий ряд важных действий, исполняя привычный ритуал, который отождествляет со своим «Я», не помышляя себя за пределами этого ритуала. И главное из этих действий касается внимания. А именно: мы приковываем внимание нашего вечно подвижного ума к вещам, которые в рамках нашего мифа являются важными. И тем самым мы отвращаем наше внимание от вещей, которые в рамках этого мифа считаются неважными.

Чтобы изменить восприятие, достаточно приковать внимание к другим вещам. Количество нашего внимания (и времени) ограничено, и потому привлекая внимание к чему-либо, мы неизбежно уводим его от всего остального. Это очень простая механика: чтобы увести внимание от ритуально-важных вещей, надо привлечь это внимание к вещам ритуально-неважным. Неважным именно с точки зрения обычного нашего ритуала. Вещи делятся на важные и неважные -- это основа любого мифа. Как выглядит реальность вне мифов? В ней нет неважных мелочей, всё важно и осмысленно. И ясно, что для нас невообразимо такое видение реальности.

Миф создается и поддерживается ритуалом. Исполняя ритуал, человек погружается в порождаемый этим ритуалом миф. Погружаясь в миф, человек мало-помалу всё более вживается в важность базового ритуала и наконец в пределе начинает считать этот ритуал естественным, единственно возможным образом жизни, напрямую вытекающим из самой природы вещей. Да ведь так оно и есть, если понимать вещи при помощи данного мифа. Ну, а как ещё? Чтобы сменить ритуал, надо отказаться от порожденного им мифа. А чтобы отказаться от мифа, надо выйти за пределы ритуала. Замкнутый круг. Это и есть устройство «темницы», в которой каждый из нас обитает.

Обратить внимание на неважные вещи это и есть способ выйти из темницы. Начать можно с чего угодно, но этим началом задаётся всё последующее. Вещи, на которые мы обращаем внимание, постепенно обретают важность – уже в рамках нового мифа. Та мелочь, которая захватит твоё внимание, она и породит новый для тебя мир. Так можно не выходя из комнаты совершить путешествие за пределы, за границы известной с детства Вселенной. А хотя бы раз изменив своему мифу, тем более побывав в нескольких разных мирах, человек уже никогда не будет прежним даже после возвращения в миф своих родителей. Осознание относительности всего того, что казалось абсолютным – это очень важное знание, доступное каждому, но почему-то весьма редкое в мире людей. Хотя понятно, почему (см. выше).

Только не надо думать, будто бы мы можем обойтись без мифа вообще. Такие состояния бывают, но это всегда состояния промежуточные. Мореплавание может быть долгим, но рано или поздно оно кончается на твердой земле. Когда разрушен миф, мы не в силах осознать, что с нами происходит. Если есть уже достаточно большой опыт таких состояний, человек может достаточно долгое время «плыть» на каком-то обломке прежнего опыта или даже построить себе корабль для подобных путешествий, но и сам этот корабль суть небольшой, но сравнительно прочный миф, пусть маленький, но достаточно комфортный. Именно такой корабль и называется по сути «достаточно большим опытом таких состояний». Такой корабль не дает эффекта «небесной сферы» или даже «полусферы», он со всех сторон открыт для волн и штормов, но все-таки там есть какая-то система простых, но эффективных ритуалов, позволяющая оставаться на плаву. Совсем без мифа мы находимся лишь в глубоком трансе, в исступлении, когда мы лишены сознания. Как только человек выплывает из бессознательного, он немедленно цепляется вниманием за какой-то простой ритуал (любой порядок внимания суть уже ритуал). Ибо сознание наше и есть ни что иное как миф. Нет мифа -- нет сознания.

Для материалиста неважны видения и сновидения. В рамках материалистического мифа всякого рода видения это лишь бессмысленная продукция почему-либо отключенного от реальности мозга. Они неважны и не заслуживают внимания. Внимания заслуживает лишь материальная реальность, окружающая нас, но никак не самостоятельная деятельность сосредоточенного на себе мозга. Здесь глубокий внутренний парадокс материализма: именно мозг, главное святилище его веры, почему-то оказывается не заслуживающим собственного внимания сам по себе, но лишь как инструмент познания окружающего мира (в частности, чужого мозга -- но никогда не своего собственного). Именно на это обстоятельство я и намекнул выше, заметив, что «небесная сфера» материалиста тоже имеет дверцу, однако материалист приучен всегда стоять к этой дверце спиной.

Между тем, стоит лишь повернуться к ней лицом, обратить внимание на "неважное", как сразу уже само по себе определение «материи» вызывает недоумение. Если материя вообще есть «реальность, данная нам в ощущении», то ведь и сновидение есть некая реальность, так же точно данная нам в ощущении. Когда мы видим сон, эта реальность так же точно реальна для нас, как реальность яви, когда мы не спим. Значит ли это, что в сновидении мы тоже имеем дело с материей? Очевидно, да! Как минимум, с материей нашего мозга. Не её ли мы воспринимаем в ощущении, когда спим? Не так ли? С точки зрения материализма – несомненно.

Цитирую очень любопытную статью "Дефолт-система мозга":

Наше собственное мышление - не есть собственно наше мышление (по крайней мере, если речь идет о непроизвольной мыслительной деятельности человека - в состоянии активизации «дефолт-системы мозга»), а есть вынужденный процесс, происходящий под действием вполне определённых сил. И силы эти отнюдь не мистического происхождения и не метафизического свойства, а так организованные в нас наши собственные фактические отношения с «другими людьми», где, впрочем, и мы сами, и эти «другие люди» - лишь интеллектуальные объекты нашего внутреннего психического пространства.

И далее там же:

Невозможность недумания, таким образом, обусловлена не просто какой-то спонтанной активностью нашего мозга (порожденной, допустим, пейсмейкерной активностью клеток ретикулярной формации), а тем, что он постоянно занят решением социальных задач, пусть и представленных таким вот странным образом».

Что значит "социальных задач"? О каком социуме может идти речь, мы говорим о мозге, погруженном в "самого себя"? А вот поди ж ты:

ДЕФОЛТ СИСТЕМА МОЗГА - зона мозга, которая специально создана у высших животных, чтобы они могли функционировать в стае. Именно она несёт ответственность за создание образов других людей и их накопление в нашей голове. ЖИЗНЬ и взаимодействие в рамках СТАИ непростое занятие. Со всеми нужно ДОГОВАРИВАТЬСЯ, понимать у кого какие полномочия и возможности, поэтому природа наградила нас специальным ИЕРАРХИЧЕСКИМ инстинктом. Который распределяет РОЛИ внутри социальной группы и это распределение позволяет нам спокойно функционировать внутри стаи на инстинктивном уровне, не задумываясь.

(Ага: иерархия, социальные роли... уже традиционная для моего ЖЖурнала тематика теории Власти. Случайно ли всплыла она здесь, в заметке на, казалось бы, совершенно иную тему?)

Непроизвольная игра воображения свойственна всем людям. Даже отрываясь от восприятия материального мира, мы не прекращаем воображать. И вот, эта игра есть общение. Человек не может остаться один. Потому что быть человеком значит быть в общении. Даже оставаясь в одиночестве, он не прекращает интенсивно общаться. С кем?

С «другими людьми», причём «другие люди» - это некие «интеллектуальные объекты» нашего внутреннего психического пространства.

Вот учёные наконец и изобрели велосипед, открыли духовный мир -- ментальное пространство, в котором обитают боги, духи, архетипы -- хоть горшком назови, только в печку не ставь. И как они назвали эти обнаруженные объекты? Так же, как называют их дикари, встречающиеся с духами. Для дикаря духи это «другие люди», именно другие, а не просто люди. Потому что дикарь -- не дурак, и он прекрасно понимает, что эти «другие» никакие не люди, а лишь объекты его собственного внутреннего психического пространства.

Православие это религия Античности, как и католичество -- религия Средневековья, а протестантизм -- Нового Времени.
И нам, людям Античности, с седой древности было ясно, что "духи", насколько мы можем к ним прикоснуться, не погружаясь в тёмную мистику, это ни что иное как непроизвольная "игра нашего воображения".

Только вот бессмысленно называть это воображение "нашим", раз оно зависит от нашей воли не в большей мере, чем материальный мир, в котором мы телесно обитаем.

В действительности это самое "непроизвольное воображение" -- огромный мир, существующий объективно, независимо от нас и данный нам в ощущении так же точно, как дан нам в ощущении мир материальный. Этот-то мир и именуется "духовным миром". Разница между этими двумя мирами кажется очевидной: если с материальным миром мы соприкасаемся наяву, в обычном состоянии сознания, то с духовным -- во сне или в изменённом состоянии сознания.

А далее всем известная притча:

Однажды я, Чжуан Чжоу, увидел себя во сне бабочкой – счастливой бабочкой, которая порхала среди цветков в свое удовольствие и вовсе не знала, что она – Чжуан Чжоу. Внезапно я проснулся и увидел, что я – Чжуан Чжоу. И я не знал, то ли я Чжуан Чжоу, которому приснилось, что он – бабочка, то ли бабочка, которой приснилось, что она – Чжуан Чжоу.

Мой магический опыт подсказывает мне, что мир вообще устроен иначе, чем принято думать. И наши сновидения это не просто иллюзия.
Напротив, этот материальный мир лишь сон, в который мы возвращаемся, вновь и вновь встречаясь друг с другом, пока смерть не разлучит нас. Он отличается от прочих наших снов лишь тем, что в нём воплотился Христос. И потому пока мы не умерли, у всех нас есть связь со Христом -- вот этот вот общий наш мир, в котором жили наши родители и живем мы. А смерть это начало иного сон, от которого уже нельзя будет проснуться, пока Христос не разбудит нас вновь.


Мой дорогой читатель уже понял, что я ввожу его в новый миф. Миф, при помощи которого мне удалось сохранить здравый смысл, будучи сумасшедшим. Интегрировать опыт безумия или того, что принято считать безумием, в опыт той жизни, которую принято считать нормальной жизнью.

Я не придаю этому мифу слишком большого значения. Потому что любой миф относителен. Важно не сойти с ума, приняв какой-то миф за Истину. Потому что Истина это не миф и не концепция, и вообще не та или иная картина мира. Настоящая Истина есть Ты, сказавший о Себе "Я Путь, и Истина, и Жизнь".

Безумие начинается тогда, когда мы принимаем какой-то миф за Истину. И хорошо, если этот миф принимают за Истину многие, многие люди -- тогда они будут считать нас нормальными, потому что мы безумны тем же безумием, что и они сами. Хуже, когда принятая нами за Истину концепция резко отличается от общепринятой. Потому я призываю дорогого читателя не принимать мои слова слишком близко к сердцу, ибо (см. выше)

Итак, я никого не тяну в своё безумие, а всего лишь предлагаю интересную интеллектуальную игру.

Пусть наша жизнь есть лишь цепочка сновидений, и мы всю жизнь лишь переходим из одного сна в другой. (Эту концепцию в своё время популяризировал Пелевин в повести "Чапаев и Пустота") Чем в таком случае отличается материальный мир? Можно ли его как-то выделить из тысяч прочих миров, сквозь которые мы проходим на протяжении жизни?

----

Продолжение см.

Сон и явь. Превосходство материального.

Этика и эстетика Третьесортного Рима


Вы знаете, нам уже сто лет рассказывают
про особый евразийский путь, духовность.
Мол, Ваня, ты подумай,
если у тебя из кармана кошелек тянут,
может это Знак какой, духовное испытание.


Последние дни мне приходится снова и снова объяснять моим собеседникам, зачем вообще нужна православная Церковь. Причём объяснять это приходится не только нецерковным людям, но и церковным.
[Пример спора на эту тему]
Вот заходит речь о послушании. Правда, что по учению Отцов спасительно именно послушание! Послушание это основа этики Православия. Но я напоминаю:

-- Надо слушаться Бога, а не людей. Это АЗЫ.

А вполне церковный человек мне в ответ:

> У нас в храме прекрасные священники. Я им полностью доверяю.

-- Полностью доверять можно лишь Богу.

> Значит, Вам Церковь не мать.

-- Церковь мне мать. Но не священник. А для Вас священник мать, а не Церковь.

И тут церковному человеку вторит человек совершенно уже нецерковный. Какое трогательное единение:

> Глас церкви - глас её настоятеля. Священники следуют распоряжениям Патриарха. Если кто-то это оспаривает, значит он отпал от церкви и ее устава.

-- Похоже, Вы ошиблись конфессией. Тут беседуют православные, а Вы кидаете католические лозунги.

> Хотите поставить авторитет Патриарха под вопрос?

-- Тут нет даже вопроса. Глава Церкви -- Иисус Христос. И всякому, кто ставит кого бы то ни было на Его место -- анафема.

> Вы не поминаете Патриарха, как Великого господина?

-- Патриарх является господином, пока говорит согласно с волей Бога. В противном случае его слова не значат ничего. Властью в Церкви является только Бог. Все остальные -- Его служители.

> Христос сойдет с небес и сам лично даст разъяснения? Или во сне?

Да как Ему угодно. Он не ограничен в средствах.
Нельзя подменять послушание Богу послушанием начальству. Вот это действительно гнойник, который надо вскрыть. Может быть, ради этого Бог и попустил искушение с этим ненужным карантином.

> Значит, пока мне лично Христос чего-то не скажет, я буду игнорировать собрание нечестивых. Вы не протестант случаем?

Нет, не значит.
Вы не улавливаете мою логику, потому что плохо знакомы с Православием. Для Вас Христос это пустой звук, а для меня главная реальность моей жизни. Вам трудно в это поверить, ну так не лезьте очертя голову в непонятное, ведь будут непредсказуемые последствия.

> Логики не вижу. Или Вы лично общаетесь со Христом, или через священноначалие. В первом случае это протестантизм, во втором - православие и католичество.

Я лично общаюсь со Христом, и вот именно это и является Православием. Протестанты и прочие еретики общаются с лукавыми духами, выдающими себя за Христа. А с начальством вместо Христа общаются те, кто ещё не понял суть Православия.

> Ну тогда Вы гностик, как и я. В таком случае не имеет значения, ходите вы в церковь или нет. Ибо не человек для субботы... кто это оспаривает, тот отпал от церкви и ее устава..

Нет.
Гностик общается с дьяволом, выдающим себя за Бога. И не может заметить подмену, потому что лишён Церкви, которая и является критерием Истины.
Не Патриарх, не священник, а Церковь как целое.

> В таком случае Вы все-таки протестант. Не канонический, а ментальный.

Я просто не католик. Это как раз тот пункт, в котором Православие принципиально отличается от католицизма. И потому может казаться похожим на протестантизм.

(Православный собеседник:)

> Есть и противоположный пример - игумен Сергий (Романов). Он вроде бы послушен Богу, но так же требует послушания себе. Человеку трудно быть подчинённым только Богу, слишком большая ответственность. Проще делегировать процесс своего спасения старцу или иерархии. Кстати последователи Сергия много об этом говорят.

Игумен Сергий очевиднейшим образом находится в прелести. Он не подчинен Богу. И потому вполне естественно, что он требует подчинения себе. Подчинение Самому Богу это единственный путь спасения. Остальное -- самообман и прелесть. Важно понимать, что Бог может открывать и часто открывает Свою волю через людей, особенно часто через единоверных и/или начальствующих. Но никакое "непрямое" послушание ко спасению не ведет; это самообман и тщета.
И имейте в виду: новомодное учение о "послушании" НЕ Богу, якобы спасительном -- это опасное заблуждение, которое ведёт к гибели. Можете как угодно отнестись к моим словам, но я утверждаю это с полной уверенностью и определенностью. Спасительно ТОЛЬКО послушание Божественной воле.
Хотя при этом неважно, каким путем мы узнаём эту волю -- из книг, от начальствующих или просто от ближних. Всё равно. Главное -- это должна быть воля Самого Бога, а не Патриарха или ещё кого-то там.

> Вроде бы вы много пишете о властных группировках, теории власти, иерархическом обществе и вдруг отметаете все это одним махом. Похоже на гордыню. Я останусь со своей Церковью и буду слушаться, по возможности, священноначалие, хотя и не понимаю их мотивации. Царя-батюшку тоже никто не понимал. Но надо было просто слушаться. Не послушались. Вы должны понимать, что уровень информированности священноначалия не сравним с нашим.

Власть может действовать и во благо, и во зло. Власть не является безусловным добром. Меня интересует власть, и я её изучаю. Но она меня не очаровывает.
Никакой уровень информированности не является достаточным для того, чтобы знать волю Бога. Даже Ангелы вопрошают Бога, как им следует поступить, каждый раз перед тем, как предпринять что-либо. (См. заметку Православный шаман с острова Акун) Так поступают святые Ангелы, которые ни в чем никогда не прегрешили и имеют невообразимую для нас мудрость благодаря тысячелетиям непосредственного общения с Создателем. Неужели не знают они, как следует поступить в том или другом случае? Знают! Но все-таки указания Бога остаются для них по-прежнему непредсказуемыми и актуальными. Ведь только Он видит будущее как настоящее, только Он знает, к каким последствиям ведет тот или иной наш поступок.
Когда власть считает себя достаточно конпетентной, чтобы подменять собою Бога, она действует во зло. Когда же действует согласно с Его волей, тогда добро. Воля Бога это критерий добра и зла. Быть с Церковью значит действовать по воле Бога. Когда же кто-то из иерархов противится воле Бога, то следовать ему значит разрушать Церковь.
Тем более это относится к светской власти.
Чтобы спасти русскую монархию, тоже следовало действовать по воле Бога, даже и тогда, когда мнимое отречение сделало невозможным следовать воле царя. Царь относителен, Бог абсолютен.

> Ну вам известна воля Бога, вы с Ним напрямую общаетесь. У меня нет такой привелегии))

Эта привилегия даётся нам Крещением. Не отрекайтесь от неё.

> Я использую её в своей профессиональной деятельности, в которой я компетентен. Тут я никого не слушаю, кроме Него. Ну и духовника, если есть какие-то сомнения. А в остальном, стараюсь проявлять послушание. Наших священников я уважаю. От священноначалия же я очень далеко. И не мне его оценивать.

Я тоже никого ни в чем не подозреваю.
Не пытайтесь найти у меня что-то антицерковное. Когда начальство говорит что-то несогласное с волей Бога, я это игнорирую. А они потом сами раскаиваются. Потому что трудно противу рожна прати.


У меня остаётся ощущение, что меня не слышат.
Между тем, я говорю очень простые и понятные вещи.

Я говорю, что всякий, кто ищет Бога, не только может, но и должен искать прямого общения с Богом. А без этого -- какой смысл вообще в религии?! Зачем вера, зачем молитва, если нет этого прямого общения?

Но на этом пути нас подстерегает опасность: лукавые духи, которые стараются подменить собою Бога, выдать себя за Бога, чтобы управлять нами. Эта опасность вполне реальна. В Православии такие состояния именуются прелестью. Прелесть это ложь, принятая за Истину. И это совсем не редкость. Такие подмены совершаются на каждом шагу, в том числе и в Церкви. (Упомянутый выше игумен Сергий Романов -- очередной пример прелести.)

Церковь нужна для того, чтобы различить прелесть. Чтобы заметить подмену. Потому что лукавый дух, ловко выдающий себя за светлого ангела, внутри Церкви непременно обнаруживает себя, вступая в противоречие со Святым Духом, живущим в Православии.

Я уже писал об это в "программной" заметке Капкан дискурса и универсальный ЛОМ дискурсов.

Самоцитата:

Для того, чтобы вот так прямо обращаться к Тебе, надо знать Тебя. Кто плохо знает Тебя, тот может вступить в беседу с тварным духом и обмануться, полагая, что говорит с Тобой. Помоги людям Твоим избежать этой ошибки, а не Твоих сделай Твоими.

И вот тут наступает момент, когда я должен сказать, какую же роль играет в нашем русском деле наша русская Церковь. Поскольку церковная иерархия сегодня не свободна, Церковь не может объединить русский народ, как Она это сделала в прошлом. Но Она может выполнить ту работу и сыграть ту роль, которой у Неё никто не может отнять.

А именно: она поможет нам различить духов.

Подробнее:

Церковь даёт три критерия, позволяющих отличить Духа Божия от духов льсти.
Логический, этический и эстетический.
Каждый из этих критериев обладает своими недостатками, и использовать надо все три.
Логический критерий требует образования, то есть, времени - чтобы им пользоваться, человек должен усвоить церковный дискурс. Этический критерий подвержен фальсификации, поскольку люди часто бывают лицемерны. И потому важнейшим для начинающего оказывается критерий эстетический.

Что такое эстетика? Это концепция прекрасного. Таких концепций может быть множество - так же точно, как существует множество дискурсов. Дискурс и эстетика тесно связаны между собой. Каждый дух имеет свой неповторимый стиль, своё личное обаяние, свой собственный гламур, задаёт свой собственный критерий прекрасного. Подделать чуждую тебе эстетику невозможно, и не заметить подделки тоже практически невозможно.
Потому оказывается, что для начинающего главным критерием Божественной Истины становится КРАСОТА. Та специфическая красота, которая и является критерием подлинной Церкви, единой и неповторимой.

Цитата Галковского:
Эстетика же, в отличие от этики, никогда не врёт. Довольно несложно убедить, что плохой человек это человек хороший. Но практически невозможно убедить, что уродливый человек прекрасен.

Чтобы отличить духа льсти от духа Божия, надо попытаться вписать в Церковь то, что говорит этот дух. И если это чуждый Церкви дух, он не впишется. Будет диссонансом, обнаружит какое-либо несоответсвие: логическое, этическое или - что важнее всего для новичка! - эстетическое.

Итак, вот для чего нам русским нужна Русская Православная Церковь. Не как национальная иерархия - увы! - но как критерий прекрасного во-первых, критерий доброго во-вторых, и критерий истинного в-третьих. Если в прошлый раз я перечислил эти критерии в порядке убывания их важности для человека церковного, то теперь - обратном порядке, потому что именно в таком порядке следует усваивать Дух Церкви.



Древние православные храмы Скандинавии.

Суть дела в том, что в Церкви по-прежнему живёт Святой Дух. Его не оттолкнуло от Церкви ни предательство первого Иуды, ни предательство тысяч последовавших за тем Иудой иуд. Церковь по-прежнему жива, потому что Она дышит не иерархией, а Духом Святым. Церковь живёт во святых своих, а не в иерархах. Что касается иерархов - они продолжают делать то малое, что от них зависит: по мере возможности сохраняют Предание, то есть, специфический дискурс Церкви и Её эстетику.

Действие Святого Духа это чудо. Это дело невозможное, то есть, выходящее за рамки любого дискурса, за исключением прямого обращения к Тебе, ведь прямое обращение к Тебе это само по себе чудо.

Тут вот что важно подчеркнуть.

Божественное чудо невозможно выдумать. Не то что сотворить, ВЫДУМАТЬ невозможно.
Я уже кидал такой вызов знакомым писателям. Не смогли, никто. Выходит либо сказочка, либо тёмненькая мистика. Фантастика.
Чудо - не выходит. (А вы говорите, мол, жития святых сфабрикованы. Да вот Вы попробуйте сфабрикуйте так, чтобы не стыдно было показать. Полезная, кстати, работа. Умный человек, обломавшись на этой непонятке, может и в Бога уверовать.)

У Православия есть интересное свойство, над которым важно поразмыслить. "Непародируемость".
А именно, деятели искусства его НЕ МОГУТ неправильно изобразить.
При попытке спародировать Церковь либо выходит ересь (то есть, не Православие), либо же настоящее Православие (то есть, икона).
Пародия - никак не выходит.
А почему? Причина проста.
Ересь это немного утрированное Православие. Более ничего. Достаточно хотя бы чуть-чуть утрировать Православие, и получается уже не Православие.
А дело тут в том, что не Христос, изображающий из себя Христа, это не просто не Христос.
Это Антихрист.
И не чудо, выдающее себя за чудо, это не просто не чудо, но дьявольская прелесть.
Так же и не православие, притворяющаяся Церковью Христа, это не просто не Церковь.
Это ересь.


Это всё одно и то же, на разных уровнях.

Пародия — имеет целью создать у читателя (зрителя, слушателя) комического эффекта за счёт намеренного повторения уникальных черт пародируемого, в специально изменённой форме.
Но при любом изменении черт Вы получаете не Православие, а ересь, причем в 99 случев из 100 одну из уже существующих, описанных и осужденных. (Выдумать новую ересь непросто, это надо быть глубоко в теме, но при этом дышать иным духом.) И - ах! - нет сходства. Не повторяются те уникальные черты, которые делают Церковь - Церковью.
Невозможно спародировать Православие. Можно лишь выдать ересь за Православие, дьявола за Бога, антицерковную по сути организацию за Церковь. (Чем все еретики, собственно, и занимаются.)

Alexey Matveev:

Что именно нельзя спародировать в Православии? Личности священников, - легко, условные "перегибы", разные виды лицемерия? - легко. Духовный путь прихожанина? Когда он за набожностью прячет всякие пакости? Легко. Таинства? Для этого из нужно понимать на глубоком уровне, артист, наверное, на это способен, но аудитория не поймет. Юмор в Церкви прекрасно существует. Вот реальный пример: давно давно наблюдал за жизнью отряда волонтеров, которые ходили по домам престарелых. Естественно, был там старший, который объявлял время молитвы после окончания посещения. И ему однажды там в молитву вставили "испола ети деспота" в конце, в том контексте это было очень смешно и очень православно, такой небольшой укольчик по самолюбию. Это пародия, по-Вашему или нет? Мне кажется, да.

Maksim Soloĥin:

Всё это не пародия на Церковь, а часть церковной жизни. Другая Её часть - искреннее благоговние. То и другое и есть Церковь. (Со своим Двойником).
А вот однозначная "елейность" это пародия.


Alexey Matveev:

Тогда непонятен изначальный тезис невозможности пародии. Если отталкиваться от концепции Церкви и Двойника, то пародия это двойник и это то, что непрерывно льется с телевизора в РФ.

Maksim Soloĥin:

Нет, Церковь это не только Двойник.
Двойник Церкви без обитающего в Ней Духа - это пародия.
Но вынь из Православиия Дух православия - и получишь ересь.


Alexey Matveev:

Мне кажется, Двойник это и есть та самая пародия. Если логически завершать Вашу мысль.

Maksim Soloĥin:

Ну, можно и так повернуть.
Но эта пародия, как и положено, неудачна. Присмотревшись внимательнее, легко увидеть, что в отрыве от самой Церкви он немедленно скатывается в явную и откровенную ересь.
Это, кстати, хорошо видно на примере фильма "Остров".
В какие-то моменты Мамонов (по сценарию) срывается в ересь.
В том-то и фишка, что не Христос, изображающий из себя Христа, это не просто не Христос.
Это Антихрист.


Alexey Matveev:

Ну тогда вот и получили вполне себе пародию. "Обезьяна Бога".

Michael Skidan:

До этого как-то не понимал глубину понятия...

Maksim Soloĥin:

То есть, пародией на Церковь является сама Церковь, увиденная определенным образом.
Как сказала одной недовольной монахине моя знакомая схиигумения:
"Ты сама выбираешь, кто я для тебя: мать в семье или кум на зоне". Что выберешь, то и будет.


Alexey Matveev:

Ну вот и получили вполне себе пародию на монастырь -- тюрьму.

Maksim Soloĥin:

Суть тюрьмы в том, что из неё нельзя выйти. Из монастыря выход свободный, никто не держит. Значит, для успеха этой пародии надо так исказить веру монахов, чтобы выход из монастыря стал для них невозможным. Но как этого достичь? Ведь монастырей много - выбирай любой, или живи отдельно от всех, или с единомышленными братьями. Кто запретит? Значит, чтобы получить из монастыря тюрьму, надо так исказить веру монаха, чтобы он свой монастырь почитал единственным местом спасения и верил, что вся остальная Церковь в ад идёт. Итог? Получили ересь.
Нет повторения уникальных черт.
Что и требовалось доказать.


Итак, вот он Путь! Каждый русский православный человек да обратится напрямую к Богу, чтобы получить ответ на насущный для него вопрос "что делать". А чтобы не оказаться обманутым дьяволом, пусть использует в качестве критерия Церковь - её эстетику, этику и дискурс.

И тогда Сам Бог будет организовывать русское движение таким образом, что ни одна спецслужба не сможет его ни отследить, ни взять под контроль.


Конец самоцитаты.

Сегодня, спустя полгода, все эти рассуждения стали намного более актуальными.
Всё закрутилось, завертелось со страшной скоростью, как мелодия Грига:



И как раз в то время, когда нам как никогда нужен критерий Истины, появляется новое грозное знамение надвигающейся на нас эпохи беззакония, когда иссякнет любовь.

Построен и освящён новый и совершенно чуждый Православия по своей эстетике храм -- храм Вооруженных Сил.
Храм, на который нельзя ориентироваться при различении духов, потому что оформление там явно иного духа.

Размышляя, что бы это могло означать, я прихожу вот к какой мысли.

Ныне Русская Православная Церковь, распятая при Сталине, начинает своё нисхождение во ад.



На мой вкус, это замечательное знамение нашего времени: появление на русской земле культового сооружения, по своей эстетике совершенно чуждого русскому Православию. Вообще-то Православие шире, чем Россия, и Россией православие не исчерпывается. Если бы подобный храм построили где-нибудь в Мексике, я бы только порадовался: православные начали воцерковлять Атцлан. (См. заметку Богемика Стратегия Атцлана.)  Но зачем ЭТО в России?!

> Да, новоделанное культовое сооружение, фото которого содержится в вашем посте, по своей эстетике, мягко говоря, неприятно. (См. Шедевр, но не православности) Но всё же. Вот вы говорите "сходит во ад". Церковь. К вашей Матери протягивает свои липкие похотливые ручища, пьяный мажор-альфач, одетый в золото, порфиру и виссон (условный "пирующий валтасар" или "прагматичный ираклий"). И что? Это непременно означает, что Она перестает быть Невестой Христа ("сходит во ад" - в вашей формулировке)?

Христос сошёл во ад. Разве он перестал быть Богом в то время, когда душа Его была во аде?

> Конечно же, Христос продолжал оставаться Богом и в тот момент, когда душа Его сошла во ад. Но ведь Он сделал это не для того, чтобы туда сходила Его Церковь. А с противоположной целью. Спасти людей Своих от погибели. И Церковь Христа - это корабль спасения. Почему же вы говорите "церковь ... сходит во ад"?

Христос сошёл во ад, чтобы вывести из ада его узников.



А в храме Вооруженных Сил мы видим почти неузнаваемый образ, совершенно иной эстетики и другого духа:

Нет описания фото.
Среди этих узников были и святые люди, которые сошли во ад лишь потому, что таков был Промысел. Так и сейчас. Церковь сходит во ад вслед за Христом потому, что таков Промысел Божий. Но Она не останется во аде, как не остались во аде Его святые.

> Не есть ли это какое-то новое учение? (Гал. 1:8) Христос во аде с вечера Великой Пятницы и всю Великую Субботу. Воскресший Христос не во аде. Он вывел оттуда всех ветхозаветных святых. И через 50 дней появляется Церковь: Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют Её (Мф 16:18). Ну, пытаются духи злобы протащить и распространить инфернальность здесь на земле. Но "схождение Церкви во ад" - о котором сказано в том посте, это точно описание в Духе о Промысле Божием?
> Промысел Божий, попустивший такую эстетику в том культовом сооружении, может состоять, например, в том, чтобы призвать к трезвости и рассудительности. Призвать к этим добродетелям нас всех, и, особо, ту часть православных братьев и сестер, которые до сих пор наивные государственники. Они чают возрождения симфонии, и искренне веруют в официально провозглашаемое в мiре сем (в РФ) "вставание-с-колен", и в твердую-руку-того-кто-в-бункере как признак скорого приближения возрождения симфонии. Но угодно ли такое государственническое мировоззрение Господу Иисусу Христу? Случившееся ведь может быть призывом к трезвости, Максим? "Не надейтеся на князи, на сыны человеческия, в нихже несть спасения"

Это толкование кажется мне натянутым. Храм это символ, он должен что-то означать. Специфический храм — что-то специфическое. К трезвости же призывает любой православный храм, если понимать под трезвостью молитвенную память Бога. А именно это и означает в Православии слово "трезвость". Я в своём толковании следую мысли Максима Исповедника, что Новый Завет есть пророчество об истории христианской Церкви.

Конечно, мою мысль о схождении Церкви во ад нельзя понимать буквально. Ведь Церковь это тело Христа, а во ад сходила лишь душа Христа -- в то время, как тело Его почивало на земле во гробе. Может быть, правильнее сказать, что русскую Церковь ныне полагают во гроб? Или лучше так: сам ад ныне исходит на землю, потому что кончается тысяча лет, на протяжении которой демонам было запрещено совершать их демонические чудеса на земле (магия всегда оставалась, но она была тайной).

"Жена бежала в пустыню":

И явилось на небе великое знамение: жена, облеченная в солнце; под ногами её луна, и на главе её венец из двенадцати звезд. Она имела во чреве, и кричала от болей и мук рождения. И другое знамение явилось на небе: вот, большой красный дракон с семью головами и десятью рогами, и на головах его семь диадим. Хвост его увлек с неба третью часть звезд и поверг их на землю. Дракон сей стал перед женою, которой надлежало родить, дабы, когда она родит, пожрать её младенца. И родила она младенца мужеского пола, которому надлежит пасти все народы жезлом железным; и восхищено было дитя её к Богу и престолу Его. А жена убежала в пустыню, где приготовлено было для неё место от Бога, чтобы питали её там тысячу двести шестьдесят дней.
И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змей, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним... Горе живущим на земле и на море! потому что к вам сошёл диавол в сильной ярости, зная, что немного ему остается времени.
Когда же дракон увидел, что низвержен на землю, начал преследовать жену, которая родила младенца мужеского пола. И даны были жене два крыла большого орла, чтобы она летела в пустыню, в своё место, от лица змия и там питалась в продолжение времени, времен и полвремени. И пустил змей из пасти своей вслед жены воду, как реку, дабы увлечь её рекою. Но земля помогла жене, и разверзла земля уста свои, и поглотила реку, которую пустил дракон из пасти своей. И рассвирепел дракон на жену, и пошёл, чтобы вступить в брань с прочими от семени её, сохраняющими заповеди Божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа.


Конец цитаты.

> На фото Индия, ЮВА, может быть Африка. "Старые боги", заросшие джунглями города. Такое впечатление.

Скорее Мексика. Ощущение ПУСТЫНИ, притом почему-то именно мексиканской пустыни.
Это же КАКТУСЫ:

На изображении может находиться: растение
Мексика. Дон Хуан и Карлос Кастанеда.

Эстетика этого сооружения в целом выражает чуждый православию дух языческого капища. Однако поскольку здесь присутствуют минимально необходимые элементы Православного храма, служить в этом храме можно, рассматривая его как территорию, только что отвоёванную Церковью у чужих богов и пока не освоенную. Мне думается, этот храм следовало бы назвать храмом схождения во ад. Такое название придало бы эстетике этого места правильной оттенок и задало бы нужный тон её восприятию.

Может оказаться, что этот храм -- пророчество новой страшной эпохи, в которую мы вступаем.

> Я бы предложил об этом храме беспристрастно судить православных Румынии, Антиохии, Грузии, Греции, достаточно далёких от именно русской православной традиции и положиться на их мнение.

У нас в Церкви не принято вмешиваться в дела других поместных Церквей. Потому что общим начальством всей Церкви является лишь Сам Бог. На Него мы и должны ориентироваться
Если мы зайдём в неправильном направлении (удаляясь от Истины) слишком далеко, нас просто исключат из списка верных.

> Это не вмешательство, а вопрос об эстетике. Воспроизводить византийско-греческий или грузинский стили можно и много раз делали. Что воспроизвели - непонятно, я пока не берусь судить. Исакий как построили был очень необычен и сейчас необычен. Даже собор в Петропавловке был большим новшеством в архитектуре.

И предзнаменованием (анти)русской Революции.

> Петровское барокко похожее на что-то лютеранское???

Вовсе нет. Но революция и не была лютеранской.
Если смотреть на религиозные корни, она была масонской. А экуменизм это изначально масонская идея, которую затем освоили англикане. Как усвоили они и плоды социалистической революции, в конечном итоге.

> Чудачества внутреннего убранства (при том, что наиболее одиозные убрали), конечно, несколько напрягают. Попытка воцерковить (конкретную историческую) советчину, которая глубоко антицерковна, -- тяжелая задача. А вот внешний вид меня, скорее, просто удивляет - необычно. Но не напрягает. А элементы "кактусного дизайна" (хотя, это, скорее, типа молочаи) вызывают позитивную улыбку :)

Замечу, что далеко не всякий храм Иисуса Христа принадлежит православной Церкви.
Кому, кстати, принадлежит вот этот конкретный храм? Вот именно как собственность. Уж конечно, не Церкви. (Ведь вовсе не Церкви принадлежит храм Христа Спасителя.)
По стилю и убранству это храм Третьесортного Рима, временно захваченный православными. Готов держать пари, что при ближайшем крупном Расколе он отойдёт именно раскольникам. Кстати, учитывая это, я бы советовал не спешить с размещением там святынь (мощей и чудотворных икон) на этом месте. Можем лишиться.

Несомненно, Храм Вооруженных Сил был задуман как храм Третьего Рима.
Но Рим это прежде всего безусловный политический суверенитет, затем высшего сорта политическая элита



и только после этих необходимых условий "вооруженные силы".
Вполне естественно, что при отсутствии реального суверенитета и суверенной политической элиты мы и получаем Рим третьего сорта, воплощением которого и является Храм Вооруженных Сил.

В надвигающуюся эпоху смуты и (наверняка) расколов каждому из нас надо обратить пристальное внимание на проблему различения духов, потому что каждому придётся самостоятельно решать вопрос, где Истина, а где прелесть.
Каждому придется самостоятельно решать, в чём состоит воля Бога.
Так угодно Господу -- чтобы каждый из нас индивидуально определился в отношении к Нему.

Следовать воле Бога это общий идеал всех христиан. Идеал же христианской Власти (был) свойственен не всем народам, а только европейским. Тема эта заслуживает отделльного обсуждения, пока я лишь кратко намечу пару идей.
Прежде всего, у этой идеи было три воплощения.

  1. Идея христианской Империи -- объединяющей все христианские народы и подчиняющей нехристианские.

  2. Сама Церковь может выступить как наднациональная политическая сила, подчиняющая себе земные царства.

  3. Наконец, христианских Властей может быть несколько -- до тех пор, пока каждая из них следуют воле Бога, между ними не возникнет противоречий.

Русские унаследовали от ромеев первую из этих идей. Католическая церковь началась со второй. Протестанты взяли на вооружение третью.

В идее православной Империи есть опасность подмены. Если Власть оказывается не христианской, а лишь использует христианство как идеологию своего господства, то святоотеческое учение о послушании Божественной воле подменяется учением о послушании воле человеческой. Именно это сегодня и происходит -- в то время как чуждые эстетике Православия сооружения ослепляют нас перед действием бесовской прелести, делая неспособными обнаружить совершающуюся подмену.

Итак, вот этика Третьесортного Рима: слушайся начальства, а не Бога, ибо Бог далеко, а начальству виднее. И эта этика органичнейшим образом сочетается с его эстетикой, идеальным воплощением которой является Храм Вооруженных Сил. Ведь солдат это по определению человек, который слушается начальства.

Начальству угодно превратить воинов Царя Христа в дисциплинированных солдатов. Расчёт тут прост понятен: Ване можно не платить, пусть ему Бог заплатит. За послушание, ага.

Продолжение темы см. в заметке Христианство и демократия: выход есть

Дух пророчества и страх перемен

Сегодня ночью во сне меня учила летать представительница племени Летучих Обезьян. У меня уже начало получаться, когда до меня дошло, что их технология основана на тайном чувстве собственного превосходства, доходящего до презрения ко всему миру. Там же во сне я понял, что не хочу летать такой ценой, и что Летучие Обезьяны означают Королевскую Семью. Я понял, что нам не по пути, и проснулся. Но проснувшись, забыл секрет полёта -- остались лишь слова, которые я сразу записал, чтобы и их не забыть, и снова лёг.

Утром мне было очень трудно молиться.

Фиксирую у себя необыкновенный страх перемен.

Именно страх такого типа обычно и мешает молитве, потому что Бог это Источник перемен, потому и молитва -- их причина. Отсюда рождается подспудный страх перед молитвой, который на поверхности сознания проявляется, как это часто бывает, в виде реактивного образования -- как ощущение бесполезности молитвы.

Собственно, люди потому и не молятся. Это защитная реакция психики на страх перемен.
"Лучше Его не трогать, сделать вид, что нет"

Эта помеха всегда присутствует, но сегодня она необыкновенно сильна.

Что всё это значит? К чему идёт дело?

У меня есть надежда, что всё это не является духом пророчества, энергией Святого Духа. Потому что мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицемерна. Плод же этого духа это: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. А не страх и нежелание молиться.

С настоящим Духом пророчества, святым Духом, мне посчастливилось встретиться несколько раз. Интересно, что впервые это произошло в то время, когда я был страшно далёк от веры в Бога. Современному молодому человеку трудно себе представить, насколько далекими от Бога были мы, выросшие в совершенно атеистическом мире, с младенчества раздавленные атеистической пропагандой -- в мире, где просто-напросто не было действующих храмов. Ну, не то чтобы совсем не было. В моём родном городе (Перми с миллионным населением) их было ТРИ, причем один из них находился в двух-трёх километрах от моего дома, но мне никогда бы и в голову не пришло пойти туда, ибо зачем?

[Как это возможно?]История СССР, если пересказать её в двух словах, такова: захватившие в 1917 власть экстремисты устроили здесь террор, затем самый страшный в истории страны голод, покрыли страну сетью концлагерей, втянули народ в самую страшную в истории войну, к которой готовились ценой огромных жертв, но так и остались неготовы. Затем втянули нас ещё и в бессмысленную Холодную войну и гонку вооружений, а под занавес предали и самих себя, прихватизировав народное хозяйство, и перекрасились в демократов и капиталистов. Худшего правления Россия не знала.

Это внешняя сторона дела. Но духовные последствия этой истории были не менее разрушительными.


Ребенком я вообще не понимал, что значит крест и на что он указывает. Крест для меня означал могилу, кладбище, был знаком смерти. В детстве я любил рисовать православный восьмиконечный крест и под настроение разрисовывал такими крестиками свои школьные тетради. Но это не имело никакого отношения к религии, это была чистой воды готика. Тогда у нас на Урале ещё не было современных готов (субкультура, распространившаяся в конце 1970-х годов в Великобритании на базе панк-движения), но само настроение-то было всегда, и иногда оно требовало выхода, выражения. Могильный крест совсем был неплохим символом для этой цели.

А потом я однажды увидел где-то схимнический крест, и он сразу поразил моё воображение:
Концентрация готики здесь просто зашкаливала, и я сразу же решил запомнить и хорошенько выучить. И затем под настроение, томясь на уроках, покрывал свои школьные тетради изображением этого символа. Правда, из всех букв я запомнил лишь главные IC XC (Иисус Христос) и NI KA (тогда я не знал, что это означает; позже выяснилось, что "ника" значит "победитель").

Ничто, ровно ничто в моём детстве не предвещало, что изгнанное из жизни русских Православие может каким бы то ни было образом вернуться и сыграть в моей жизни какую-то роль. Все эти кресты в тетрадках были лишь деским баловством. Я не мог тогда и представить себе, что играю с огнём. И тем не менее, это был самый настоящий Дух пророчества, предвестник моей будущей жизни.

Спустя годы, уже обратившись к вере, я ради интереса стал выяснять, а не было ли среди моих тогдашних знакомых православных людей, быть может, скрывавших свою веру. И оказалось, что да, такой человек был. Один-единственный! Это была библиотекарь в детской библиотеке, куда я часто наведывался. Но естественно, никакого намёка не религию она себе никогда не позволяла. Выгнали бы с работы немедленно. Это было именно тайное исповедание веры.

А потом я поехал в Москву и поступил в МГУ. И стал жить в Москве.
[Капелька магии]
С этим, кстати, тоже связана странная история, заставляющая задуматься о пророчестве. Когда я впервые в сознательном возрасте попал в московское метро, мне оно необыкновенно понравилось, и я захотел жить в этом городе, захотел крепко и серьёзно. И я... не то чтобы помолился... у меня было некое тайнодействие, скорее магическое чем религиозное. Чтобы что-то сбылось, надо поверить, что это сбудется. При этом понятно, что нельзя просто взять и поверить. Не всегда получается поверить. Можно обмануть себя и сделать вид, что поверил -- но это бесполезно. Но иногда каким-то образом получается. Получилось и в этот раз. Я поверил, что когда-нибудь буду жить в Москве. И это сбылось.

Я очень любил и люблю этот сумасшедший город, хотя бываю в нём всё реже и реже. Мне нравилось гулять по Москве -- просто ехать и идти наугад, забираясь всё дальше и дальше, теряясь в бесконечном, неисчерпаемом лабиринте домов и улиц, которые нельзя изучить полностью, даже потратив на это целую жизнь. Просто не хватит времени.

И вот в сентябре на первом курсе я поехал наугад на метро от Университета, вышел на Парке Культуры и двинулся в сторону моста.

Повернув голову направо, я УВИДЕЛ ХРАМ Николы-в-Хамовниках. Примерно вот так. Правда, издалека и немного под другим углом.

Я не могу объяснить, что меня поразило. Но на какое-то время я буквально забыл себя, погрузившись в необъяснимый восторг этого зрелища. Я пошёл, пошёл, пошёл к Нему, даже не пытаясь понять, что со мной происходит.

И вдруг всё пропало. Пропало ощущение невероятной, неземной красоты, и осталось просто то, что видно на картинке. Я пожал плечами, обошёл Его кругом и ввернулся обратно в метро.

И потом много раз я специально, намеренно ехал на метро Парк культуры, так же точно выходил из него и шёл к мосту, таким же движением поворачивал голову направо, снова видел Храм, и... ничего не испытывал.

Мне хотелось снова пережить этот сверхъестественный восторг, снова испытать упоение неземной красотой... но нет, я больше Её не видел, Она скрылась от меня, для чего-то показавшись лишь на минуту в сентябре на первом курсе.

Это снова был тот же Дух пророчествия, дух Владыки вселенной, на сей раз явившийся более явно и властно, на малое время явивший надо мною Свою власть. Зачем? Для чего? Сегодня понятно, что это было предвестием Будущего. Теперь прошло уже 28 лет с того дня, как я принял Крещение (1992) и почти 27 лет с того дня, как я уехал из Москвы в деревню, посвятив свою жизнь Иисусу Христу. А тогда ничто, ничто не предвещало такого поворота.

Православие было мне просто не интересно. Эта религия ну ничем не могла привлечь моё внимание. Она казалась слишком банальной. Меня увлекала мистика Востока и Запада, но только не мистика Святой Руси...

Но тогда же, на первом курсе, я впервые взял в руки Евангелие. Одна девочка привезла его из дома, дореволюционное ещё издание, и дала мне прочитать. Я открыл, перелистнул наугад и прочёл:

Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола, и, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал.
И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами.
Он же сказал ему в ответ:
-- Написано: «не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих».
Потом берет Его диавол в святой город и поставляет Его на крыле храма, и говорит Ему:
-- Если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: «Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею».
Иисус сказал ему:
-- Написано также: «не искушай Господа Бога твоего».
Опять берет Его диавол на весьма высокую гору и показывает Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему:
-- Всё это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне.
Тогда Иисус говорит ему:
-- Отойди от Меня, сатана, ибо написано: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи».


Ритм священного текста очаровал меня. Я не стал читать более ничего, а просто выучил эти слова, как в детстве выучил схимнический Крест. И потом рассказывал его по памяти своим друзьям. Это короткое повествование заключало в себе нечто, чего я не мог понять и уловить. Некий тайный смысл, который ускользал от моего сознания, хотя был очевиден для моего Бессознательного. Я ощущал его как энергию.  Это снова была та же очаровательная готика, что и детстве.

Весной ребята-студенты позвали меня с собой в Лавру на Пасху. Я поехал, и снова был очарован -- пусть не так сильно, как от видЕния храма Николы-в-Хамовниках, но зато более устойчиво и надёжно. Я поехал на следующий год, и опять, и опять -- очарование не исчезало, восторг Пасхи оказался надёжным и предсказуемым.

Наша Пасха всякий раз начиналось маленьким антисоветским приключением. Дело в том, что молодёжь в храмы тогда не пускали. Стояли специальные патрули, которые разворачивали нас. В храм разрешалось лишь женщинам уже на возрасте, тем самым бабкам, которые и являлись лицом Православия по мнению власть имущих. Но бабка имела право провести в храм своего сына или дочь, или даже двоих. И мы пользовались этим правом, а бабки шли на этот маленький обман -- тем более, что говорить ничего не требовалось, пропускали молча.

Как описать восторг Пасхи, я не знаю. Это странная штука, тем более удивительная, что я был тогда неверующим. Все эти слова -- Христос, смерть, воскресение -- были для меня всего лишь словами. Я не воспринимал их всерьёз. Но они как-то глубоко и таинственно бередили душу. Я пел вместе с хором священный тропарь (не зная ещё, что слово это того же корня, что понятные мне физику слова "изотропия", "анизотропный", "энтропия", "тропосфера" и, увы, психотропный -- это последнее было предвестником сумасшествия):

«Христо́с воскре́се из ме́ртвых, сме́ртию смерть попра́в, и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в!»

Я пел его десять, сто, двести раз -- я хотел его выучить, но он мне не давался. Всякий раз, возвращаясь после Пасхи в Москву в электричке, я напевал его снова и снова, чтобы выучить мелодию. И всякий раз на следующий день или через день я удивительным забывал её и не мог больше вспомнить -- до следующей бабки и следующей Пасхи.



И это был всё тот же Дух пророчествия, на сей раз являющийся уже не таинственно и непресказуемо, но регулярно, по Им Самим установленному правилу.

А ведь было ещё и чудо. Каждый раз, входя в храм, где покоятся мощи Сергия Радонежского, я ощущал необыкновенное благоухание. Тогда я ничего не знал ни про Сергия, ни про мощи, и думал, что просто так положено. Что это действие каких-то особых церковных благовоний.

Потом, когда я уже начал работать в Церкви, я много раз ощущал это же самое благоухание от некоторых икон в храме и тоже думал, что вот, эти иконы кто-то помазывает. А потом в один прекрасный день до меня дошло, что некому помазывать-то кроме меня. Это вот я и должен помазывать. А благоухание вело себя странно. То я ощущал его, то нет. То снова ощущал.

И тут произошёл вообще поразительный случай. Я пришёл в гости с другом к моему знакомому японцу (общежитие в ГЗ МГУ). У того уже сидел в гостях человек. И мы, разделившись на две пары, беседовали о своём. Я рассказывал моего другу о Литургии. И для иллюстрации запел псалом первого антифона (Благослови, душе моя, Господа). И когда я запел, по комнате разлилось благоухание. Его ощутили все. Японец отреагировал так: он открыл окно, чтобы проветрить. А я сказал моему другу просто: "Чувствуешь? Вот это Дух Святый." В тот момент мне почему-то показалось вполне естественным, что когда поётся антифон, должно быть церковное благоухание. Ну, а как ещё?
И это была правльная реакция. Чудеса естественны, когда рядом Бог. Не надо этому удивляться. Так и должно быть.

Но увы, эта спокойная трезвость с моей стороны оказалась непрочной. Я был слишком молод и глуп.
Невозможно уже было объяснить этот невероятный и своенравный аромат естественными причинами, и я физик уже вынужден был предположить, что имею дело с явлением сверхъестественным. Тогда я дурак начал экспериментировать с Духом Святым, пытаясь поймать неуловимое. Дьявол кружил мне голову, подбрасывая всё новые и новые интересные идеи. Я вел себя как Александр Привалов у Стругацких в "Суете вокруг дивана". То есть, как идиот. Наконец, я начал чувствовать, что зарвался. И явилась новая идея: а может быть, я уже впадаю в прелесть? Ведь я недостоин такого чуда! Может быть, это благоухание у меня от лукавого? И тогда я поступил как идиот: я помолился Богу так: Если это от Тебя, то пусть я этого больше не ощущаю! И благоухание исчезло.

Количество нашей свободы измеряется не тем, что и сколько мы делаем, а тем, чего и сколько мы не делаем, хотя и могли бы делать.

Редко, редко теперь я встречаю теперь этот чудесный, неповторимый запах, по сравнению с которым все земные благоухания малоприятны. И самое страшное: я не ощутил его и тогда, когда я в другой раз поехал в Лавру. Какая печаль... Только от самых мощей вблизи я снова ощутил его едва-едва. А ведь когда-то оно наполняло весь храм, я ощущал его даже снаружи, ещё лишь подходя к этой маленькой церкви.

Ощущал всякий раз, когда приезжал в Лавру. Хотя был ещё даже не крещенным.

Потом была магия, и на Пасху в храм я больше не ездил. На какое-то время меня увлек Кастанеда со своей специфической мистикой. На несколько лет я совершенно перестал прикасаться к Православию... как произошёл ещё один странный случай.

Разговаривая о магии с одним магом, я услышал из его уст прямое пророчество. Он сказал мне вдруг:

-- Твои духовные поиски кончатся Русской Православной Церковью.

Я ужаснулся. Это прозвучало для меня тот момент как приговор, как будто "ты умрёшь от рака". Меня словно приговорили к чему-то невыносимо позорному, будто я должен буду стать плоским существом, вроде одной из этих бабок, для меня в то время глубоко неинтересных и презренных.

И это пророчество, как видите, сбылось. И ещё как сбылось.

Кстати, с храмом Николы-в-Хамовниках у меня связано ещё одно, отрезвляющее воспоминание.

Однажды я, будучи уже женатым человеком с двумя детьми, внезпно влюбился. Просто почти буквально по-булгаковски:

Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке, и поразила нас сразу обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож!

По счастью, на сей раз любовь поразила меня одного. И я воспринял её правильно, без индульгирования, как Проблему. Она была психологом и работала с Братусем. (Она меня с ним и познакомила, хотя знакомство это пока не возымело никаких последствий.) Меня поразило в ней что-то и что-то, и в частности, необыкновенный её ум. Я тогда ещё по-прежнему не веровал во Христа, я был магом и поступил как маг. Я не стал тянуть время, просто пошёл к ней и признался, что влюблён. И стал внимательно смотреть, как она себя поведёт. Она надулась от важности и стала смешной. Влюблённость немедленно исчезла, что и требовалось, собственно.

Затем я уверовал во Христа, а у неё начались Проблемы. Я предложил ей поехать в храм и исповедаться -- я был тогда неофитом, и как любой неофит, решал проблемы одним махом. Она поехала со мной, но вместо православного храма привела меня в католический. Как? Да просто: она ещё долгое время оставалась со мною важной, потому что в нелюбви признаваться я посчитал неучтивым, и вела себя соответственно -- а я не противился. Почему? По-видимому, ей тоже не хотелось стать в итоге бабкой, а католичество вызывало у советского человека куда более позитивные ассоциации.

И вот я отсидел католическую Литургию и причастился с католиками. Да не шокирует вас это признание -- я был тогда ещё совершенно невоцерковленным человеком, только-только принял Крещение. И прочитал в одной книжке ("Настольная книга священнослужителя"), будто католическая и православная церкви недавно примирились. А Крещение я в тот момент понимал как допуск к Причастию (о, это отдельная история!), так что не видел причин не причаститься. Потом она уехала куда-то, а я вернулся домой.

Но причастившись, я на следующее утро ощутил болезненный укол совести.  Я пытался понять, что я сделал не так, и у меня сформулировалась следующая мысль: причастившись в "церкви-сестре", я как будто бы переспал с сестрой жены. Вроде родственница, а чувство от этого ещё более нехорошее. И я решил немедленно исповедоваться.

Попал я на исповедь в храм Николы-в-Хамовниках! Я рассказал православному батюшке как было дело, он прочитал надо мною разрешительную молитву, и я попросил благословения. В ответ на это от сказал:

-- Деньги давай.

Вероятно, на моём лице нарисовалось такая бездна изумления, что он посчитал нужным пояснить:

-- Деньги за исповедь.

Надо сказать, что никогда до этого момента и никогда после я не сталкивался с подобным позорным явлением. Я был глубоко шокирован. Денег я ему дал. Будь я поглупее, это событие могло создать проблемы в моих отношениях с Церковью. Но я к тому времени уже многое повидал в жизни, прошел через магию и безумие -- и я не смутился ни на минуту. Сразу же было понятно, что это фигня какая-то, которую правильнее всего просто проигнорировать. И я просто сделал себе заметку, что оказывается, бывает в Церкви и такое.

Я просто пошёл к нормальному священнику и рассказал ему, как было дело. Исповедался ещё раз.  С католиками с тех пор я, естественно, больше не причащался.

Но это я рассказал так, мимоходом. Такие события полезны, потому что добавляют трезвости.

А речь идёт о Духе пророчества, о Святом Духе. О Духе, живущем в Православной Церкви, и более нигде. О Духе, который дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа. Я познакомился с Ним задолго до того, как уверовал в Сына Божия -- Бога, ставшего человеком и нисшедшего во ад, чтобы низвести на нас этого Духа:

-- Наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу. Так будут поступать, потому что не познали ни Отца, ни Меня. Но Я сказал вам сие для того, чтобы вы, когда придет то время, вспомнили, что Я сказывал вам о том; не говорил же сего вам сначала, потому что был с вами. А теперь иду к Пославшему Меня, и никто из вас не спрашивает Меня: «куда идешь?» Но оттого, что Я сказал вам это, печалью исполнилось сердце ваше. Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если Я не пойду, Утешитель не придет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам, и Он, придя, обличит мир о грехе и о правде и о суде: о грехе, что не веруют в Меня; о правде, что Я иду к Отцу Моему, и уже не увидите Меня; о суде же, что князь мира сего осужден. Еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить. Когда же придет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину; ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам. Он прославит Меня, потому что от Моего возьмет и возвестит вам. Все, что имеет Отец, есть Мое; потому Я сказал, что от Моего возьмет и возвестит вам.

Вот нормальный Дух пророчества -- дух Православной Церкви. Не будем придавать значения льстивым духам, наводящим на нас страх перемен. Они не имеют нас нами власти, пока с нами Бог.
Это дух поздней Античности.

Criptaplatonica рассуждает о сути античной философии и глубокой связи её с христианством, и завершает словами:
И в конце замечательное:

... Где-то здесь заканчивается античная и начинается христианская, в особенности православная мысль. И мне вдвойне радостно, что, таким образом, мы не только можем любить "вверх", любить античность в лице Платона, Аристотеля и многих после них — но и античность сама любит нас в лице ближайшего православного быта.

Это правда! И ещё какая. Античность к русским гораздо ближе, чем можно себе представить. Полноценная, сочная, яркая, живая. Она совсем рядом, за стенами ближайшего православного храма.

Вчера был День русских святых.

С небольшим запозданием поздравляю всех русских и всех православных!

Что бы ни случилось, Россия не может исчезнуть, потому что она причастна Вечности.

"Разумейте, языцы, и покаряйтеся, яко с нами Бог"

Цикл "Перезагрузка": оглавление

Хочу сделать отдельное оглавление для небольшого цикла, в котором я связал теорию Власти с глубинной психологией (Бессознательное).

Археология смыслов

Истинные причины наших поступков

Послушание vs повиновение

Откуда в человеке страсть к власти?

Глубинная психология Власти

Цель этого цикла и всего моего ЖЖурнала