Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Возвращение древних богов

Развитие идеи заметки Пародийное переосмысление одного старого текста



> Чья власть, того и вера, чья вера. Чья вера, того и литература. Когда Европой правили христианские государи, на флагах и гербах изображали Крест и основным литературным жанром были житие и рыцарский роман. Сейчас, когда Европой правят из-за кулис масонские государи, на флагах всюду звезда, а основным жанром стали "космическая" фантастика и фентези)
Атеизм-материализм это в глобальном историческом масштабе новое, свежее религиозно-философское учение. Он начал с отрицания богов, вознеся на божественную высоту человека. Но внутренняя логика развития быстро привела его к необходимости "иного разума". Вера в инопланетян это материалистическая религия, которая напрямую вытекает из самой его сущности.

Если разумная жизнь "самозародилась" на Земле, то тем более она должна была уже многократно самозародиться в просторах Вселенной — причём на миллионы или даже миллиарды лет раньше! А значит, сегодня этот иной разум уже достиг невообразимых для нас вершин и наблюдает за нам с небес.

Тем более, если жизнь занесена на землю из космоса — значит, в космосе она по-всякому была уже намного раньше, чем на земле. И если на земле развитие жизни завершилось появлением разума, то тем паче во Вселенной как целом. Значит, иной (притом высший!) разум не может не существовать. И материализм, который начал с атеистического отрицания высшего разума и победного утверждения превосходства человека над природой (гуманизм), закономерно завершается идеей, что человек должен служить этой самой природе ("экология").

Ну, а дальше? Конечно же, изгнанные боги Античности всенепременно вернутся. Да они уже и вернулись, просто вчерашние атеисты пока не замечают их, как муравьи не замечают людей. Проблема тут в колоссальной разности масштабов — земля и Вселенная, человек и Небо. Атеисты поглупее ещё называют себя атеистами, а кто поумнее, те стыдливо прикрываются агностицизмом, потому что уже ощутили гигантскую тень, которая накрыла наш муравейник.

См. развитие этой темы в заметке О значении Галковского для русской мысли

Именины этого ЖЖурнала

Сегодня память Григория Паламы (1296 — 1359), великого православного святого, в честь которого назван мой ЖЖ. Паламан — мой псевдоним в Сети. То есть, у меня своего рода именины. И я ещё вчера думал написать что-то по этому поводу.

Но вот какая странность: ничего по этому поводу у меня не пишется. И я думаю, причина здесь в том, что я последнее время слишком много говорю в Интернете, а чтобы написать что-то от себя, надо дать мыслям и чувствам время тишины, чтобы они накопились и переполнили сердце. Григорий Палама писал о священном безмолвии, то есть о непрестанной молитве, а я последние годы непрестанно болтаю, осуществляя какую-то совсем другую функцию, скорее уже социальную, чем духовную.

И решил для себя: если эта моя работа в Интернете угодна Богу, то пусть Он Сам даст мне Свои слова о великом Григории, ведь Богу не нужно время, и Ему не нужна никакая подготовка, чтобы принести нам пользу: для Него нет правил и законов, нет никакого порядка вещей, кроме того, который Он Сам установил, и который имеет власть в любой момент изменить или просто нарушить, если пожелает.

Господи! Скажи Ты Сам нечто важное о Паламе! Скажи то, что не может изречь ум человеческий и не может уловить ухо или взгляд, разве только если Ты Сам коснёшься ума и Сам направишь этот взгляд. Ну так ведь и нет же иного способа познать Тебя! Если Ты Сам не откроешь Себя человеку, то бесполезны все усилия человеческие, бессмысленна вся философия, лишено смысла образование и ничего не значат никакие таланты. Но мало кто из людей по-настоящему понимает сказанное только что.

Хуже того! Этого не понимает почти никто. Не понимал этого и философ Варлаам, главный противник Григория Паламы, учитель Петрарки, предтеча Возрождения. Суть его философии состояла в следующем: настоящего Бога не может увидеть никто. Он выше всякого чувственного восприятия, неуловим, неощутим — и потому афонские монахи, которые видят Бога, в действительности видят, конечно, не Бога, а дьявольскую прелесть.

Так рассуждал этот несчастный философ: поскольку Бога видеть нельзя, то единственным инструментом Богопознания является человеческий разум, способный проникнуть в сверхчувственные тайны. Разум просвещённый, вооружённый образованием, утончённый классической философией — вот настоящий инструмент подлинного Богопознания. Но никак не безмолвствующие монахи, понятия не имеющие о философии.

Не разумел еретик Варлаам, что Бог так же точно недоступен для человеческого разума, как и для человеческих чувств. Что Бог настолько же выше любых наших мыслей о Нём, насколько Он выше телесных ощущений. Нет никакой философии, способной хотя бы смутно и отдалённо представить себе Бога Истины. И вовсе нет и не может быть даже слова, которым можно было бы обозначить или назвать Самого Бога или хотя бы Его Божественные свойства.

Наличие в человеческом языке Твоих имён, казалось бы, даёт нам право рассуждать о Тебе — так же точно как наличие слов, обозначающих математические абстракции, даёт нам возможность строго и логически правильно рассуждать о математических объектах, совершенно невообразимых — вроде четырёхмерного или даже бесконечномерного пространства. Казалось бы, почему богословам не рассуждать о Тебе так же, как математики рассуждают о предметах своей науки?

Но это иллюзия. Никакое слово само по себе не является Твоим именем до тех пор, пока Ты Сам не делаешь его Своим именем. Ты обещал наказать всякого, кто произносит имя Твоё всуе — но Ты Сам и решаешь, когда то или иное слово обозначает Тебя, а когда оно не имеет к Тебе никакого отношения. Потому Ты участник всякого разговора о Тебе, а если Ты не участвуешь в разговоре, то разговор идёт и не о Тебе, а о каком-то другом боге.

Не разумел несчастный Варлаам, что философия его так же бесполезна в познании Бога, как любые ухищрения йогов, пытающихся достичь непостижимого, устремляя свой ум к сверхчувственному. Потому что сверхчувственное так же бесконечно далеко отстоит от Тебя, как и чувственное. А значит, никакое образование, никакая философия не приближает к Тебе человека — так же точно, как никакие упражнения, никакие дыхательные техники и позы.

Только Ты Сам, если захочешь, касаешься человеческого ума — и тогда в нём является верная мысль о Тебе, именно о Тебе Самом, а не о каком-то ином боге, стремящемся занять Твоё место. Потому что богов много: тварные духи постоянно генерируют новые и новые захватывающие наш ум идеи с целью увести нас от Тебя. И сама возможность размышления о Тебе возникает, лишь только когда Ты входишь в нашу мысль и утверждаешь Себя в ней как Хозяин, Творец и Создатель не только всего материального, но и всего идеального.

Только Ты Сам, если захочешь, касаешься человеческого сердца — и в нём является чувство и переживание Твоей близости. И более того — когда Ты касаешься человеческих органов чувств, мы ощущаем Тебя чувственно. Не Тебя Самого, а Твоё прикосновение. Тогда-то мы ощущаем Твоё благоухание, слышим Твой голос и видим Твой нетварный Свет — вот что совсем не мог понять и принять Варлаам, и не могут представить себе люди, движущиеся в русле философии Варлаама.

Они возвышают идеальное в ущерб материальному — и становятся лёгкой добычей духов, которые по природе своей идеальны и чужды материального. Думая разумно служить Тебе, они служат демонам, выдающим себя за Тебя. Но Ты имеешь власть в любой момент просветить их ум нетварным светом Твоей Истины так же, как Ты только что просветил мой ум, чтобы я написал этот текст, прославив великого Григория Паламу, в честь которого назван этот ЖЖурнал.


См. также Гештальт мировой революции: первая деконструкция

Как появилось зло

Всякий грех это ошибка.
Самая первая ошибка в истории мироздания это ошибка дьявола.
В чем она состояла?

Он хотел творить добро САМ — и только.

Он рассуждал так: поскольку я — часть Божественного замысла, я не могу быть источником зла, ведь этот Замысел совершенен. Поэтому мне не обязательно спрашивать Бога, учиться у Него, что мне делать. Что бы я ни делал, я в любом случае буду делать добро.

Так появилось зло. Это самый-самый момент его зарождения (в умах тех, кто так рассуждает). В момент своего зарождения зло это всего лишь добро-без-Бога.

Величайший философ Античности

Философия Православия — штука нетривиальная. Её упрощением и опошлением является философия Католицизма, сама по себе весьма тонкая и изощрённая. У протестантов разная философия, так или иначе связанная с католичеством генетически. Сложные и разнообразные философии Просвещения — более или менее удачные попытки как-то интегрировать всё это разнообразие, переосмыслив его в ключе гуманизма.

Детищем Просвещения является Модерн с его ублюдком — материализмом, который все мы всасываем с молоком матери, потому что англичане с французами насаждали его Европе весь XIX век с тем же титаническим упорством, с каким последние 30 лет насаждается трансгуманизм. Но первым шагом к формированию всего этого зоопарка стало словесное оформление в Римской Империи на протяжении трёхсот лет (IV-ViI века) философии Православия.

Именно словесное оформление философии Православия стало капканом, который дьявол установил возле входа в Церковь. После того, как христианство было принято Римской Империей в качестве официальной религии Империи, у образованных людей того времени возникли вопросы, а во что мы собственно веруем. Появилась нужда как-то сформулировать свою религию не только в виде Символа веры, но и в виде философской системы. Беда в том,  что сделать это оказалось непросто. Обнаружилось слабое место, а именно вопрос об отличии Иисуса Христа от всех нас.

Каждый человек уникален и неповторим. Даже однояйцевые близнецы чётко различаются между собой ну хотя бы положением в пространстве и вытекающим из него различием в жизненном опыте, которое накапливается со временем. Главный вопрос всей той эпохи: почему Христос не может согрешить, в то время как любой из нас — может? На этот вопрос люди тогда давали и сейчас продолжают давать множество разных ответов, большинство из которых являются ошибочными. Но даже ошибочные ответы на этот вопрос обладают огромным философским потенциалом и способны каждый лечь в основание отдельной полноценной религиозной философии.

Церкви потребовалось время, чтобы разобраться в заварившейся словесной каше. К концу VII века у Римской администрации возникло отчаяние, и была сделана попытка запретить споры на эту тему по принципу "лучше не говорить ничего, чем говорить неправильно". Собственно, это отчаяние было уже признаком отпадения от веры: у начальства возникло подозрение, что ответов на встающие вопросы просто не существует. Собственно, примитивизм философий агностицизма и материализма является, по большому счёту, плодом этого отчаяния и отказом от попыток разобраться в тайне Христа.

Чудовище Модерна было зачато в лоне Римской культуры уже тогда, просто Чужой растёт не девять месяцев, у него свои сроки развития. Но именно в те годы, когда римляне стали запрещать философию, родился величайший философ Античности, до такой степени ненавистный дьяволу, что этого Философа до сих пор стараются не вспоминать преподаватели философии. Даже в курсах Патристики проходит незамеченным как один в ряду всех прочих. Между тем Максим Исповедник дал искомый ответ на все вопросы — дал его в то время, когда Римское государство уже не желало эти ответы слышать, устав от бесконечных споров и раздоров христиан между собой.

Конечно же, раздоры подогревались извне. Я не имею возможности доказать, что не только несторианство, но монофизитство генетически связано с Персией, однако достаточно поглядеть на географию распространения этих ересей, чтобы возникла догадка об этой связи. Конечно, можно объяснять это тем, что к началу VII века Западная половина Империи была уже глубоко и основательно погружена в Средневековье. Там царило варварство и было не до тонкостей философии. На Западе в общем-то просто не понимали, о чём спорят на Востоке, и до сих пор эта средневековая тупость подаётся католиками как образец правильного стояния в вере: "Верую ибо абсурд".

Максим дал ответ на все вопросы в то время, когда люди перестали искать ответы и занялись политикой. Чтобы объединить раздираемую христологическими спорами Империю, была создана объединяющая и всепримиряющая философия монофелитства — первый опыт экуменизма. И Максим Исповедник теперь только мешал. И чтобы он не мешал, с ним поступили по-римски просто и эффективно: ему отрезали язык и отрубили правую руку: чтобы не писал и не говорил, и сослали в Абхазию, которая по понятиям ромеев была чем-то вроде Сибири. Там он и умер.

Но до сего дня всякий, кто желает по-настоящему разобраться в философии Православия, имеет тексты Максима. Увы, желающих было мало тогда, мало их и сейчас. Максим был объявлен еретиком и преступником, и его имя даже не упоминалось на VI Вселенском Соборе, который анафематствовал монофелитство. Это кажется парадоксальным, но главный противник монофелитства, реально отстоявший Православие, оставался под анафемой церковного начальства ещё несколько страшных веков. Пугающий факт: анафему с Максима так никто и не снял до сих пор. Начальство в итоге просто забыло о ней, потому что церковный народ упорно продолжал почитать Максима как святого. Кажется, Максим даже не был канонизирован официально — во всяком случае, я не знаю, когда и кем была совершена канонизация.

Почитание Максима Исповедника — дело Самого Бога. Люди отвергли Философа, и его прославил Сам Христос, тайну Которого Максим сумел выразить в словах. Сегодня память Максима Исповедника — отвергнутого светскими и проклятого церковными властями мира сего, забытого философами мира сего Святого Философа, который завершил философию Античности. Завершил? Именно завершил, потому что гнев Божий пал на Римскую Империю и стёр её с лица земли.

О настоящей философии

> Настоящий философ это святой.

Философ – даже настоящий философ! – не обязательно святой.

Но конечно, настоящий философ должен быть мистиком.
Какая именно мистика там будет – неизвестно. Это зависит от философии.
Не обязательно христианская, потому для философа и не обязательна святость. Философ может, к примеру, оказаться магом, как и маг может оказаться философом. Хотя то и другое необязательно.

В любом случае
Мистик это практикующий философ.
А философ это мистик-теоретик.


Понятно, что мистик-теоретик это смешно, это что-то вроде боксёра-теоретика. Потому если философ не мистик, то он не настоящий.

И да, материализм не исключение. Мистической практикой материалистической философии является физика. Физика это магия материализма. Настоящий материалист, кончено, должен быть физиком, ну или хотя бы химиком. Иначе он просто трепло.

Dima S:

Или биолог ещё. Естественно-научник. Хотя физика как бы обобщенное тоже (фюзис -- природа). Но да, часто, когда с ними общаюсь, там и материализм и атеизм, трансгуманизм, социализм и весь набор прочего. А математики вот более загадочные люди. Да и вообще, меня как-то математика всегда тоже шокирует. Своими доказательствами. Да даже простым решением уравнения. Но мат.доказательства -- это нечто очень странное. Как трюкачество какое-то. Сложность берётся из ниоткуда и это соответствует реальности и это работает. Удивительная штука.

palaman:

Математика не имеет отношения к материализму.
Это самая гуманитарная из наук, так как она изучает чистые идеи, по сути не связанные с материальным миром.

Serge:

А еще математика -- это искусство абстрагирования. Поэтому математический аппарат может применяться к материальному для его описания, а может и существовать сам по себе, без привязки к материальным объектам.

Кирилл:

Как тут не вспомнить Платона.

palaman:

Ну да.
Начинается это всё с Пифагора.
"Всё есть число"
Проблема тех ребят была в том, что они знали только натуральные числа и не знали даже нуля.
Обучить бы их нормальной математике с линейными пространствами, комплексными числами, операторами и матрицами, теорией групп – а по сути это все обобщенные числа! – они бы ещё в Античности полетели а космос.

Dima S

Да... Если они простые числа так продумывали и боготворили, а когда иррациональность открыли у них паника была, то как бы они на современную математику отреагировали бы. Какой бы у них шок был. Вот идея для романа о попаданце математике к пифагорейцам...

palaman:

Да, они были мудрыми и наивными как дети.
Жаль, что европейцы отказались от христианства, которое естественным образом развивало и возвышало эти детские прозрения к настоящей Мудрости.

Я пошёл на физфак из-за красоты, которую я видел в математике. Уже к концу курсов я понял, что мне надо было идти на мехмат. Но эта ошибка — промысел Божий. Богу не угодно было, чтобы я стал математиком, потому Он показал мне математику через физику как прокладку или изолятор, чтобы не случилось короткого замыкания. Иначе я бы там в МГУ и завис на всю жизнь.

Alexey

У меня та же история. Только с ВМК. Я с компьютерами начал с 9 лет, на бумажке программы писал. Пошёл бы на ВМК, там бы и залип

palaman

Господь так устраивает судьбы тех, кто не верит в Него и не говорит с ним. Молча направляет, куда надо — будто имеет дело с животным. Это немного обидный стиль обращения, но а как иначе? Вообще нас не трогать?

Alexey

Я благодарен, что меня так потрогали

palaman

Я тоже благодарен, то всё-таки считаю, что лучше с Богом разговаривать словами, а не жестами.

Неестественное в материализме

В коментарии к заметке О ненависти к Богу пришёл очень милый, девственно-чистый в плане философии материалист wim_winter, и заявил, не поморщившись :

> Естественное не стоит ценить только за естественность. Она сама по себе бывает весьма отвратительна.

[Нажмите, чтобы внимательно рассмотреть как криптодуалист, не осознающий сути своего дуализма, мается со своим воображаемым монизмом]В ответ на это заявление -- вполне предсказуемое и естественное для материалиста, то есть криптодуалиста-манихея, криптопоклонника Великой Матери (Материи) и Великого Отца (инопланетного разума) -- я, естественно, выдвинул христианский антитезис:

-- Не бывает. Человеческое естество прекрасно.

За сим последовал следующий обмен репликами:

> Далеко не все. Я уверен, что почувствовав естественный позыв вы не следуете ему, а терпите и идете в туалет, например.

-- А Вы что же, считаете разум чем-то неестественным или сверхъестественным? Естественным почитаете лишь инстинктивные движения? Ну, так ведь и кошка не гадит где попало.

> Вопрос не понял. Разум естественен, но далеко не все его применения таковы. Инстинкты естественны все. Кошка гадит в положенном месте только если ее воспитываешь. Приучаешь к лотку. То есть ломаешь ее естество.

-- А что, всякий ли условный рефлекс у животного "ломает его естество"? или только некоторые? Если некоторые, то какие ломают, а какие нет? В чём разница?

> Конечно, ведь без процесса воспитания его бы не было. А этот процесс для животного не естественнен.

-- Вся жизнь животного это сплошное воспитание. Оно постоянно сталкивается с поощрениями и наказаниями -- не человека, но самой жизни. Опыт жизни его воспитывает, пока оно не сдохнет. Если воспитание неестественно, то жизнь вообще неестественна.

> Воспитание от жизни" есть воспитание от других естественных процессов (сунул нос в огонь - горячо - больше не надо) и помогает животному в его естественной жизни. Воспитание человеком "человек нажал звонок - начал выделяться желудочный сок" если и помогает, то только в искусственно созданных условиях.

-- Сама концепция "искусственного" кажется мне странной. Разве разумная деятельность человека сверхъестественна? Разве она не часть природы, не одно из природных явлений?

> Разумная деятельность человека состоит, в некотором роде, в уходе от естества. Это если в рамках того понимания естественного, которое придерживаюсь я. Если вы придерживаетесь того, что естественна любая разумная (как и, очевидно, естественна любая неразумная и инстинктивная) деятельность, тогда термин просто теряет смысл, как и наш разговор. Так как естественно становится не верить в Бога, например.

a_lazar:

Разумная деятельность разумного существа является естественной в классическом аристотелевском понимании естества.

-- Нет, термин "естественное" в рамках нормальной философии вовсе не теряет смысл. Ведь существуют разные природы (=естества), и что естественно для одной природы (=естества), может быть неестественным для другой природы (=естества).
Материализм это монистическая философия. Он исходит из аксиомы, что существует одна-единственная природа (мать-материя), а всё существующее это лишь различные формы (тропосы) её бытия. В рамках материалистической философии понятие "естественного" действительно полностью лишено смысла, и Вы его употребляете лишь по неразумию, так как не успели до конца продумать выводы из своих собственных аксиом.
Ведь различая "естественное" и "неестественное", Вы де-факто выводите разум за пределы материи, рассматривая его как феномен, чуждый естественным материальным стихиям. А это отречение от материализма. Оставаясь же материалистом, Вы должны верить и исповедовать следующее: нет реальности кроме материи, и Карл Макс пророк ея, а потому нет и не может быть никакого естества (=природы) помимо материального, и значит понятия "естественное" и "неестественное" равно бессодержательны и лишены смысла.

Выяснив допущенное Вами недоразумение с понятием "естественного", можно вернуться к Вашему исходному тезису:

> Естественное не стоит ценить только за естественность. Она сама по себе бывает весьма отвратительна.

Если Вы ещё не отреклись от материализма, будьте любезны выразить Вашу мысль, оставаясь в рамках материалистического дискурса. Ну, или не мучьтесь и сразу признайте, что отрекаетесь от этой пагубной философии.

Гуманизм

Мне хочется написать интересное о гуманизме. Но не знаю, смогу ли я: очень уж сложная тема.

Я вижу прямую связь между гуманизмом и тем, что обычно называется История Византийской философии.

Именно так и назвал свою совершенно замечательную книгу один из самых интересных людей в современной России -- замечательный богослов, несомненный еретик, блистательный философ и безнадёжный русофоб Вадим Миронович Лурье, более известный как "епископ Григорий Лурье" ака hgr, о котором я уже писал в контексте влияния Франции на Россию (см. заметку Постмодерн и псевдомонашество: Галковский и Лурье).

Название "История Византийской философии" кажется мне не совсем удачным, потому что никакой "Византии" никогда не существовало. Была Восточная Римская Империя -- прямое продолжение той самой Римской Импрерии, о которой по странному недоразумению говорят, будто она "пала" в V веке под ударами готов. В действительности она более или менее благополучно достояла до XIII века и пала под ударми французов (точнее, франков) под предводительством венецианского дожа в 1204 году. Но и перестав быть политической силой, она оставалась источником мощного культурного влияния вплоть до турецкого завоевания в 1453 году, успев передать эстафетную палочку культурной преемственности Италии Эпохи Возрождения.

Но более удачного названия для этой темы я и сам предложить пока не могу. Назвать эту книгу "Историей Античной философии" едва ли возможно, потому что Античная философия распадается на две совершенно неравные части. Если вершиной древней, дохристианской Античной философии является неоплатонизм, то вершной поздней, христианской Античной философии является собственно Православие, величайшим выразителем которого на языке философии является Максим Исповедник, уничтожив которого еретичествующее Римское государство уничтожило духовную основу своего процветания, убило Античность как таковую и было справедливо ввержено во мглу Средневековья (см. Конец Античности).

Можно было бы назвать эту книгу "История христианской философии", но понятие "христианская философия" сегодня безнадёжно засижено католиками и проч. Я употребил слово "засижено", потому что смыслом истории Византийской философии была попытка выразить истину Православия на человеческом языке, а католическая философия занимается выражением на человеческом языке совсем другой религии -- собственно католичества. Ведь католичество это детище Средневековья, отнюдь не Античности. Поэтому самым правильным названием для книги Лурье было бы, на мой взгляд "История античной христианской философии", но это громоздко...

Сам Лурье несомненно является представителем этой самой философии, живым примером того, что она вовсе не умерла, что она продолжает жить -- а значит, вместе с нею продолжает жить и Античность (см. Живая Античность). И совсем не беда, что лично сам он уклонился от Истины. Ведь вся история античной христианской философии это прежде всего история неудачных поисков словесного выражения этой Истины. Именно благодаря еретикам у нас всегда возникала нужда в словесном выражении Истины. Грешные люди пытались охватить своим умом Непостижимое -- и конечно, у них ничего не получалось. Но зато в ответ на это Господь давал нам Откровение, показывал как надо выражать Истину словами, если уж так приспичило выразить Её словами.

Собственно говоря, гуманизм сегодня представляется мне прямым продолжением древних ересей, от которых всегда отталкивалось Православие, находя у Господа ответы на трудные вопросы, которые ставили еретики. Не будь еретиков, не было бы нужды в Православном Богословии -- и я думаю, для того Господь и попускает ереси! Ведь по словам Апостола, надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные. Мне кажется, что гуманизм собрал под свои крылья всё, что было наработано вековой историей античных ересей, заботливо собрано католиками и наконец обильно удобрено неоплатонизмом в лице Плифона.

Итак, я не знаю, хватит ли у меня сил написать подобный текст (или скорее несколько взаимосвязанных текстов), а пока я буду потихоньку собираю сюда всё, что уже написано по этой теме.

Религия профанов
За пределами гуманизма
За пределами гуманизма (Фрейд)
За пределами гуманизма (солипсизм) или Предел беспредельного

Если что забыл -- прошу напомнить в комментариях.

Православие и платонизм

С некоторым запозданием поздравляю всех подписчиков с именинами этого ЖЖурнала!
Сегодня Церковь совершала память Григория Паламы, в честь которого я взял псевдоним Паламан. Этот псевдоним я склеил из слов Палама+Ман, а когда выучил Эсперанто, с удивлением обнаружил, что вообще-то Palam+ano или кратко Palaman' (ударение на an) может быть переведено с Эсперанто как "последователь Паламы".

[Нажмите, чтобы прочитать обсуждение главной темы моего ЖЖ с весьма интересным оппонентом, так же как и я приверженным Античной философии, только совсем в другом её варианте.]На днях я обнаружил в Сети совершенно замечательного оппонента, рассуждающего в очень близком мне ключе, но оценивающего те же процессы с совершенно противоположных позиций. Если я сторонник паламизма, продолжившего традицию Православной цивилизации, то неведомый мне "Акадэмик" — сторонник противоположного течения (варлаамизма), давшего начало Западной цивилизации.
(См. Гештальт мировой революции)

> Правильно ли понимание, что варламисты заразились агностицизмом?

Да, хотя я не уверен, что слово "заразились" тут уместно.
Ведь Бог действительно непостижим. И Богопознание есть вещь действительно невозможная. Но что невозможно для Бога? Если и когда Ему угодно, Он возвышает человека выше тварной природы, приобщая его Самому Себе, Непознаваемому.

> В противостоянии паламистов и варламистов не хватает третьего, и возможно четвёртых. В частности, греко-римских язычников. Внезапно вылезших на приняти Флорентийской унии и "подаривших" много подарков.

Противостояние Варлаама и Паламы интересно тем, что Варлаам максимально близок к Паламе. Этот человек жил на Афоне и был знаком с Иисусовой молитвой и исихамом, и он отверг это таинство не понаслышке, а сознательно, именно из философских сображений, посчитав упражнения афонских монахов в Иисусовой молитве ошибкой, прельщением.

А все остальные — дальше, дальше, дальше...

> Если действительно не постижим, то и как Творец тоже. В смысле изучать его творения до конца невозможно.

Невозможно? Ну, и хорошо.
Надо же чем-то заниматься целую вечность.
Только вот в Православии мы целую вечность познаём Самого Творца, а не Его творение. В этом разница.

Сербская схиигуменья:

Конечно, Вселенная бесконечна, а бесконечность - категория такая же абсолютная, как вечность, и ограниченному человеческому познанию до конца недоступная. В этом агностики правы. В чем не правы? В том, о чем говорит Паламан - мы не можем познать умом, но можем познавать Духом, в соединении с Богом Нетварным Светом.
Варлаам этот опыт исихастов отверг, оставшись, таким образом, на позиции непознаваемости Бога и Его творения, в чем близок агностикам.


Итак, цитирую моего опонента

Нам пишут:

Здравствуйте! Вы много пишете о возвышении цивилизаций под влиянием платонизма (прим.: вопрос к этим постам https://t.me/musaeum_alexandrium/48 https://t.me/musaeum_alexandrium/49). А существует ли комплекс объяснений, почему так происходит? Или это невозможно осмыслить на узком "рациональном" уровне? Ведь философия - это что-то сродни "размышлений о размышлениях". Я, как человек, далекий от философии (что легко заметить по форме вопроса), не понимаю, как в принципе возможно оценить философское учение, если многие из них подразумевают, что находятся на более фундаментальном уровне, чем те "виды мышления", которые в нашем обществе воспринимаются как правильные по умолчанию.

Платонизм и герметизм – истинное интеллектуальное и духовное ядро запада, причём начиная с Ямвлиха они образуют симбиоз – платоно-герметизм, позднее проявляющийся в аббасидском Багдаде, Константинополе и наконец в ренессансной Флоренции, которые становятся цивилизационными центрами своего времени после крушения исходной античной цивилизации.

Начиная с Козимо Медичи, Марсилио Фичино и Пико делла Мирандолы (герметической реформации XVв) платоно-герметизм и основанная на нём prisca theologia прочно усваивается интеллектуальной элитой Европы и даёт рождение таким явлениям как масонство (например Великий архитектор масонов – это вполне узнаваемый Демиург Платона), теософия и интегральный традиционализм.

К слову в похожем направлении в России XIX-XXвв двигались Владимир Соловьёв (здорового человека) и его последователи.

Что касается причин, надо понимать что с Платона западная цивилизация началась, платоновское учение – то что её непосредственно породило. Так что тут нужно сформулировать даже ещё более явным образом: для всего мира западнее Китая Платон – это и есть цивилизация, и цивилизация – там где Платон.


Обсуждение:

> Это варлаамизм?

Это хуже. Варлаамизм это всё-таки форма христианства (хотя и тяготеющая к язычеству). Это платонизм — то есть, уже прямо язычество. Это не варлаамизм, а плифонизм.

> Похоже на попытку играть по масонским правилам и при этом пытаться доказать, что "на самом деле" у тебя градус выше, чем тебе дали в 1917 году.

Типа того. Но я надеюсь, что всё более возвышенно.
Человек действительно думает, будто в Платоне скрыты бездны божественной премудрости, ставшие основой Цивилизации.

> Даже не знаю, какой вариант хуже. Мне кажется, лучше цинично препарировать марксистский дискурс и использовать масонский волапюк так, как тебе выгодно в текущей ситуации, чем действительно верить в волшебную силу "союза трудящихся и партии".

Не, ну Платон всё-таки намного, намного круче масонов.

Алексей:

Насколько я понимаю, неоплатонизм и герметизм родились как попытки создать из из эллинской религии жизнеспособную альтернативу христианству. "Средний платонизм", существовавший в 1-2 вв. был плодородной почвой для христианского богословия. А неоплатонизм формировался позже.

Большая ошибка думать, будто платонизм повлиял на христианское Богословие как-то кроме заимствования терминологии.
"Логосы" Максима Исповедника имеют такое же отношение к платоническим "логосам", как Бог к богам.

Алексей:

Я имел в виду философский язык, разработанный для обсуждения возвышенных предметов.  Содержательно - нет, конечно. А вот тема о влиянии христианства на неоплатонизм как-то совсем не популярна.

Язык — да, тут без вопросов.
Впрочем, тут роль Аристотеля важнее, чем роль Платона.

Алексей:

Вот интересная цитата из "Жизни Плотина", написанной кго учеником Порфирием:

И точно, по самой природе своей Плотин был выше других. Однажды в Рим приехал один египетский жрец, и кто-то из друзей познакомил его с Плотином; желая показать ему свое искусство, жрец пригласил его в храм, чтобы вызвать его демона-хранителя, и Плотин легко согласился. Заклятие демона было устроено в храме Исиды – по словам египтянина, это было единственное чистое место в Риме; и когда демон был вызван и предстал перед глазами, то оказалось, что он не из породы демонов, а из породы богов. Увидевши это, египтянин воскликнул: «Счастлив ты! Хранитель твой – бог, а не демон низшей породы!» – и тотчас запретил и о чем-либо спрашивать этого бога, и даже смотреть на него, потому что товарищ их, присутствовавший при зрелище и державший в руках сторожевых птиц, то ли от зависти, то ли от страха задушил их. Понятно, что, имея хранителем столь божественного духа, Плотин и сам проводил немало времени, созерцая его своим божественным взором. Поэтому он и книгу написал о присущих нам демонах, где пытается указать причины различий между нашими хранителями. А когда однажды Амелий, человек очень богобоязненный, всякое новолуние и всякий праздничный день ходивший по всем храмам, предложил и Плотину пойти с ним, тот сказал: «Пусть боги ко мне приходят, а не я к ним!», Но что он хотел сказать такими надменными словами, этого ни сам я понять не мог, ни его не решился спросить


Звери задрожали, в обморок упали.
А слониха, вся дрожа, так и села на ежа.

Алексей:

Порфирий  был явным врагом христиан и приложил много сил для прославления своего учителя. Мог и преувеличить для вящей славы.

Может, и не преувеличил.
Я не вижу ничего невероятного в этом рассказе.
Мой иронический комментарий относится не к содержанию рассказа, а к забавному восторженному придыханию, с которым Порфирий нам это повествует.

Dima S:

"Платонизм и герметизм – истинное интеллектуальное и духовное ядро запада" Как-то, на мой взгляд, уж больной сильно и очень уверенно сказано. Баумейстер, в какой-то лекции говорил, что стоицизм — такое ядро, Новалис писал, что это ядро — христианство, кто-то мог бы сказать, что Аристотель, кто-то — гностицизм, а кто-то бы сказал, что научный рационализм, который родился где-то веке в XVII и предложил свой собственный дискурс, захвативший умы людей и создавший великую Европу. Мне кажется, что вопрос дискуссионный. А может ядер несколько было.

Алексей:

А что Вы думаете о "Ареопагитиках"? Если принять авторство св. Дионисия, то неоплатоники - его эпигоны. Если признать поздним псевдоэпиграфом, то возникает вопрос о влиянии языческого неоплатонизма на христианское богословие

Я верю в авторство святого Дионисия

> В этом случае современный платонизм (вроде того, который излагает автор-академик) получается в некотором роде христианской ересью.

Разве Дионисий так уж сильно повлиял на них?

> Да, скорее всего я преувеличил.  Я не знаю насколько нынешним платоники следуют неоплатоникам. Тот же Плифон, например, отрицал не только традицию Дионисия Ареопагита-Максима Исповедника-Григория Паламы, но и неоплатоников Плотина-Порфирия-Прокла.

YURII GARASHKO:

https://grnsta.livejournal.com/189988.html
Собственно Кант и вывернул буддизм наизнанку.
Стоики тоже очень сильно завязаны на тхераваду.


Gustav:

Забываютъ всегда Ксенофонта 😢
А вѣдь (по моимъ ощущеніямъ) фигура Сократа возникла какъ литературная игра, соперничество Платона и Ксенофонта.



Далее последовал ответ самого платоника. Цитирую:

А что там с православной цивилизацией?

Православная цивилизация – это осуждённый в т.ч. за занятия алхимией Константинопольский патриарх Михаил Керуларий (при котором собственно случилась Великая схизма) и осудивший его за это монах Михаил Пселл, составитель известного нам списка Герметического корпуса.

Что касается спора Паламы и Варлаама, Лосев вполне красноречиво характеризовал его как конфликт двух версий платонизма. Один тот факт что платонизм пришлось запрещать несколько раз говорит о его истинном положении куда больше чем сам запрет.

Вообще интерес к платонизму и герметизму был повсеместным у византийской политической, духовной и интеллектуальной элиты. Католики его по большей части от православных же и переняли.

Обсуждение:

[Нажмите, чтобы прочитать лучшее, что написал Пелевин]— Что меня всегда поражало, — сказал Чапаев, — так это звездное небо под ногами и Иммануил Кант внутри нас.
— Я, Василий Иванович, совершенно не понимаю, как это человеку, который путает Канта с Шопенгауэром, доверили командовать дивизией.

(Пелевин. Чапаев и Пустота)

Zaregan Vtelegram:

Это же анекдот.
Урок труда в школе: "Дети, сегодня сложная тема: выворачивание канта наизнанку"
Дети фыркают: "А что тут сложного? Звёздное небо внутри нас и нравственный закон над нами"


Ну, творчество Пелевина (за редким исключением) это и есть анекдот.

Но есть и исключения:
 
     И вдруг я поняла, чем София была для ромея: абсолютным авангардом, билетом в будущее, обещанием, что счастливый и свободный век спасения наконец наступил. Я увидела, чем казалось это здание, когда оно было самым новым из всего построенного на Земле.
  
      Я не додумала это, а именно увидела – хоть и очень зыбко, на самой границе восприятия. Голубой дом, похожий на облако благовонного дыма, закругленные окна, перечеркнутые двойными крестами, плавное нагромождение куполов и арок – все это стало безумно смелым футуристическим дизайном.
  
      Я поняла, каково было стоять под этими стенами в шестом веке и видеть невозможное завтра. Примерно так сегодня можно было бы любоваться архитектурой прорыва где-нибудь в Шанхае или Токио – если бы ее одухотворяло что-то еще, кроме надежды разжиться бабками.
  
      То, что я видела на рисунке, за эту секунду не изменилось совершенно. Изменилось то, как я видела. Да, это было удивительно…
  
      Я попыталась в двух словах рассказать о своем переживании.
  
      – Умница, – улыбнулась Со. – Как раз об этом я и говорю.
  
      – Странно, – сказала я. – Время, когда существовала Византия, называется темными веками… А в Софии был такой легкий и радостный свет…
  
      – Темные времена – это изобретение восемнадцатого-девятнадцатого веков. Чтобы создать эпоху Просвещения, нужно придумать эпоху тьмы.

(Пелевин. Непобедимое солнце)

Итак, отвечаю по сути.

"Кто не против вас, тот с вами" — сказал Христос. И ещё сказал: "Кто не со Мной, тот против Меня, и кто не собирает со Мной, тот расточает."

Это очень хорошо, что "Академия" ничего не имеет против Православия, рассматривая его как разновидность платонизма. Я готов принять этот дискурс — в конце концов, я же называют Православие "религией", включая его тем самым в длинный список всевозможных "религий", содержащий в себе между прочим и вуду, и сатанизм, и чего только ни содержащий в себе (сам я даже гуманизм считаю религией, культом самопоклонения человека).

> интерес к платонизму и герметизму был повсеместным у византийской политической, духовной и интеллектуальной элиты. Католики его по большей части от православных же и переняли.

Совершенно верно. Опять-таки см. Гештальт мировой революции

Если Православие считать частью "платоновского учения", то придётся согласиться и с тем, что "с Платона западная цивилизация началась, платоновское учение – то что её непосредственно породило".

Таким образом понятый "платонизм" настолько велик, что даже Иисус Христос становится в этом дискурсе "платоником". Звучит это уже немного забавно, однако нельзя же не согласиться с тем, что Христос наверняка разбирается в платонизме лучше самого Платона, а также Плотина и Плифона.

Я лишь призываю к разборчивости. Расширив "платонизм" настолько, что он теперь охватывает и небо, и землю, и преисподнюю, далее необходимо придирчиво различать течения и направления этого всеобъемлющего "платонизма", чтобы не угодить вместо небес в преисподнюю.

Если платониками были и Варлаам, и Палама — то очень важно понять, в чем же различие между одной и другой формой "платонизма". И сегодня, в день памяти святого Григория Паламы, я попытаюсь кратко ответить на этот (по настоящему важный!) вопрос.

Вопрос же состоит в том, можно ли познать Всевышнего Бога — Того Самого, о Котором Дионисий Ареопагит пишет, именуя Его Причиной всего:

Итак, мы утверждаем, что Причина всего, будучи выше всего, и несущностна, и Ήeжизнeннa, не бессловесна, не лишена ума и не есть тело; не имеет ни образа, ни вида, ни качества, или количества, или величины; на каком–то месте не пребывает, невидима, чувственного осязания не имеет; не воспринимает и воспринимаемой не является; Ей не свойственны беспорядок, смута и беспокойство, возбуждаемые страстями материи; Она не бессильна как неподверженная чувственным болезням, не имеет недостатка в свете; ни изменения, ни тления, ни разделения, ни лишения, ни излияния не претерпевает; и ничего другого из чувственного Она не представляет Собой и не имеет.
Далее восходя, говорим, что Она не душа, не ум; ни воображения, или мнения, или слова, или разумения Она не имеет; и Она не есть ни слово, ни мысль; Она и словом не выразима и не уразумеваема; Она и не число, и не порядок, не величина и не малость, не равенство и не неравенство, не подобие и не отличие; и Она не стоит, не движется, не пребывает в покое; не имеет силы и не является ни силой, ни светом; Она не живет и не жизнь; Она не есть ни сущность, ни век, ни время; Ей не свойственно умственное восприятие; Она не знание, не истина, не царство, не премудрость; Она не единое и не единство, не божественность или благость; Она не есть дух в известном нам смысле, не сыновство, не отцовство, ни что–либо другое из доступного нашему или чьему–нибудь из сущего восприятию; Она не что–то из не–сущего и не что–то из сущего; ни сущее не знает Ее такой, какова Она есть, ни Она не знает сущего таким, каково оно есть; Ей не свойственны ни слово, ни имя, ни знание; Она не тьма и не свет, не заблуждение и не истина; к Ней совершенно не применимы ни утверждение, ни отрицание; и когда мы прилагаем к Ней или отнимаем от Нее что–то из того, что за Ее пределами, мы и не прилагаем, и не отнимаем, поскольку выше всякого утверждения совершенная и единая Причина всего, и выше всякого отрицания превосходство Ее, как совершенно для всего запредельной.


И вот на этот вопрос Палама и Варлаам по одной и той же причине дают совершенно разный ответ.

Вараам говорит: нет, этого Бога познать невозможно в силу Его совершенной запредельности.
Палама же говорит: для человека это невозможно, но не для Бога, ибо всё возможно Богу.

Здесь-то и расходятся два варианта Европейской цивилизации — Западный и Восточный, два совершенно разных варианта "платонизма" (если считать Православие разновидностью платонизма).

Если Всевышего нельзя познать, то и нужно заниматься иными вещами, более важными, актуальными и, главное, возможными. Познание Непознаваемого — пустая трата времени, и духовные потомки Варлаама мало по малу сбрасывают с себя маску христианства. Как пишет мой собеседник, начиная с Козимо Медичи, Марсилио Фичино и Пико делла Мирандолы (герметической реформации XVв) платоно-герметизм и основанная на нём prisca theologia прочно усваивается интеллектуальной элитой Европы и даёт рождение таким явлениям как масонство (например Великий архитектор масонов – это вполне узнаваемый Демиург Платона), теософия и интегральный традиционализм. К слову в похожем направлении в России XIX-XXвв двигались Владимир Соловьёв (здорового человека) и его последователи.

А если Всевышний может всё, то Он может даже и невозможное: дать нам познать Себя, приобщить нас высшему Бытию. И да, это не пустые слова, а объяснение опыта, который на каком-то этапе получает каждый последователь Григория Паламы, если только не уклонится с пути в какую-то иную форму "платонизма". Это опыт Нетварного Света, о природе Которого, собственно, и спорили Варлаам и Палама. Точнее, нетварным (то есть, Божественным) считал этот Свет именно Палама, ведь Варлаам-то утверждал, что Нетварное непостижимо — а значит, тот Свет, Который видели апостолы на Фаворе, Варлаам считал светом тварным. В этом и состояла суть их спора. (см. О Фаворском свете)

> В чем практическое назначение платонизма/герметизма и прочих вытекающих -измов? Какую пользу они несут современному миру?

Какая бы форма платонизма ни имелась в виду, все они дают возможность осознанного, осмысленного отношения к духовному опыту.
Проблема тут в том, что духовный опыт это вещь совершенно повседневная, буквально поминутная, он растворён в нашей обыденности до степени неразличимости и потому не осознаётся как таковой. Плотские люди ведь не лишены духовного опыта, они просто считают его частью опыта плоти. Между тем, даже порнография лишена какого бы то ни было без духовной компоненты, и она никого не могла бы привлечь к себе, если бы не участие духов в её создании и просмотре. Духи блуда это ДУХИ, вот что важно понимать. Потому и практическое значение платонизма невозможно переоценить.

> Какую пользу они несут современному миру?

Они помогают ему заметить (осознать) очевидное, но не замечаемое по несоразмерности масштаба, как муравьи не видят разоряющего их муравейник человека, а только отдельные фрагменты его одежды и обуви

> С чего следует начать погружение в тему?

С Иисусовой молитвы. (См. Умное делание для мирян)
Погружение во тьму требует большой трезвости.

Материализм и культ Матери

Я уже не раз высказывал очевидную для меня мысль, что создатели философии материализма сами-то, конечно, не были материалистами. Материализм -- учение для профанов, но любое такое учение создаётся посвященными, а иначе и быть не может, иначе философия материализма не обладала бы такой огромной внутренней цельностью и убедительностью, не смогла бы стать самой популярной религией целой эпохи человеческой истории.

Но какую религию, какую философию исповедовали посвящённые создатели материализма? Ясно, что речь идёт о конце XVII и начале XVIII века, о Франции (см. Галантные дикари и восстание масс). Приверженцами какого культа были люди, создавшие цивилизацию Модерна?

Сегодня утром я у себя в ленте обнаружил ответ:

Материализм, как извращённый культ Великой Матери... хм. Что-то в этом определённо есть. Опять же Эдип сюда же, как первый материалист, одолевший разумом божественное чудовище и овладевший своей матерью. Правда конец его был немного предсказуем.

Это по-настоящему глубокая идея. Не потому ли материалист Фрейд так залип на Эдиповом комплексе?

Добавлю сюда Мнение Андрея Игнатьева

Собственно, фетишем становится место, которое занимал фармак, именно его потом занимает правитель, отсюда уже мифологема отложенной жертвы, форматирующая ритуал похорон, но что это за место такое? - предположительно, это место становится порталом в "иной мир", то есть, ассоциировано с критически важными практиками дивинации, но непонятно, как.
Вопрос, конечно, критически трудный. Фрейд в качестве ответа предлагает какую- то наивную психологию раскаяния и стыда. Жирар и вовсе считает такую трансформацию случайной, так я, во всяком случае, понял.


[Из обсуждения]
Olga Dikareva:

В смысле, не глубины самого кризиса -это понятно....а глубины, на котроую он проникал с как бы наивным инструментом...

Сергей:

Возникает , конечно, мысль , что кому то надоело бесконечно рассказывать - " жили счастливо и умерли в один день " и он зло воскликнул " вы хочите песен ? их есть у меня" ..и понеслись инцесты и ослепления...да там и после них целый сериал уже с детьми..))

Заметки френолога Chat:

видите ли. почтеннейшая О.В., предшествующие пару недель я наталкиваюсь на сопротивление невероятно высокого, вплоть до прямых оскорблений, уровня (вот, даже Вы сочли необходимым вмешаться), это показывает, что я достаточно близок к деконструкции какого-то чувствительного и очень важного комплекса, скорее всего, того самого, эдипова, отсюда, например, аргументация от авторитета определённых имён или моего возраста

понимаете ли, Сергей, кроме необходимости рассказывать истории, есть ещё необходимость жить и, значит, как-то справляться с кризисами


См. также
Паранормальные явления
Два варианта православной историософии
Инвалидам умственного труда

[Из обсуждения]Из обсуждения:

Solohin Lex:

Ну, моя тут только часть об Эдипе

Maksimo Solohxin:

А кто связал материализм с культом Матери?

Solohin Lex:

https://www.youtube.com/watch?v=A_Ty9ZvO810&t=330s

Да вот вчера решил перед сном Бондаренок послушать, а он там как раз...

Он там как раз говорит, что мол характерный признак материализма, как религии — что убив Отца Небо, он стремится овладеть Великой Матерью. И у меня тут вдруг Эдип в голове как щёлкнет! "Да я же, — говорит, — материалист натуральный!". Кстати вывод, который Софокл делает в конце Эдипа, мол, только когда человек умер, можно сказать, прожил ли он счастливую жизнь и вообще не надейтесь, что вы чего-то сможете добиться и не потерять собственными усилиями — в таком контексте выглядит, как полемика с материалистами того времени.

Опять же получается в терминах мономифа события Эдипа происходят уже после волшебного путешествия. Этакое "а что было потом?...".
Выходит, что самая-самая классическая литература — буквально началась с весьма-таки постмодернового, так сказать, переосмысления ещё более классических народных сказок.

кстати, литературное развитие мысли.

Нежность

Вместо предисловия: Самое невероятное


Пусть будет ещё одно оглавление, чтобы не затерялась важнейшая тема Твоей нежности, для которой я слишком груб, и потому затрудняюсь написать что-то дельное. А ведь без этого невозможно понять и предыдущее (Терапия судьбы).

Нежность (вопрос Лены)
Нежность (постановка задачи)
Нежность и любовь
Табу на нежность